Барбара Эрскин - Дитя Феникса. Часть 2

От автора

Повествование об Элейн Map явилось результатом изучения древних семейных архивов; оно также является легендой, на которой я выросла. Эта легенда повествует о бурной жизни Шотландии во времена Изобел Бакан и Роберта Брюса, о которой я впервые написала в «Королевстве теней». Когда я искала исторические данные для романа, то поняла, как тесно Элейн (или Эллен, или Хелен), прабабушка Изобел и мать Изабеллы, первой жены Роберта, связана с их историей. Меня заинтересовало тогда, что же это была за женщина. Это и стало началом большого исследования, которое сопровождалось обилием интереснейших загадок и в итоге вылилось в новый роман.

Как всякий настоящий детектив, я начала свое исследование жизни Хелен с той части, которая была мне уже известна, когда та была уже графиней Map. Жизнь Шотландии XIII века хорошо отражена в документах. Существует множество хроник и записей, есть также чудесная поэма «Брюсы», написанная Джоном Барбуром, архиепископом Абердина, всего через семьдесят лет после осады Килдрамми. Я почувствовала, что мне будет просто разузнать все о Хелен и ее жизни.

Вот как о ней было записано в церковнойкниге: «Дональд, граф Map, женился на Хелен, вдове Малкольма, графа Файфа (умершего в 1266), и дочери Ливелина, принца Северного Уэльса. Она была жива в феврале 1294/5». Ее упоминание в связи с Файфом дало мне ее имя. Но вот слова «дочь Ливелина» заинтриговали меня. Как дочъ принца Уэльского оказалась прабабушкой короля Шотландии?

Однако, к моему сожалению, прижизненных записей об Элейн сохранилось очень мало. Одна из них найдена в архиве короля Эдварда и касается отчета Уолтера де Камбо о земельных владениях, принадлежавших Дункану, графу Файфу; есть еще список «приданого» Эллен (или Хелен) к последнему ее замужеству. Эти записи очень кратки, но без сомнения подтверждают существование моей героини. Так все начиналось. Но как эта дочь Уэльса попала на первые страницы истории Шотландии?

Я обратилась к истории Уэльса. Существовало два Ливелина, которых могли называть «принц Северного Уэльса», хотя этот титул необязательно употреблялся с именем каждого из них. Ливелин Йорверт, или Ливелин Великий, был принцем Аберфрау и лордом Сноудона. Он был также правителем Гвинеда, поэтому его можно считать принцем Северного Уэльса. Но был также и его внук, Ливелин ап Граффид, который во второй половине своего правления называл себя принцем Уэльским. Последний, скорее всего, и был отцом Хелен, так как во всех текстах и в генеалогическом древе есть сведения, что у Ливелина Йорверта и его жены, Джоанны, была дочь Эллен (или Хелен). Ее брат и две сестры вступили в брак с де Броузами. Я удивилась тому, что этот факт уже был мне известен, так как я очень хорошо познакомилась с этой семьей, собирая материалы для «Леди Хей». Сама Эллен вышла замуж за Джона Шотландца, графа Хантингтона и Честера. Здесь сразу же возникла связь с Шотландией, но я продолжала читать.

Хелен вышла замуж за Джона в 1222 году, а моя шотландская Хелен вышла замуж за графа Мара в 1266-м и родила ему пятерых детей. Если это одна и та же Хелен, то даты не совпадают, если только ее не выдали за Джона Хантингтона ребенком. О свадьбе дочери принца Уэльского и наследника великого графства Честер сохранилось немало данных. Мы знаем, где и когда это произошло, какие были подарки и кто был свидетелем. Но нигде не сказано, что невесте была ребенком, а свадьба – условной.

Теперь, усомнившись, что это была та самая Эллен, я стала читать о графине Хантингтон, ища разгадку. Предположим, этот брак был бездетным. Так могло бы быть, если большую часть замужества девочка росла. Если в 1222-м героиня была маленькой девочкой, а ее муж умер в 1237-м, ей тогда еще не было и девятнадцати. Конечно, могло быть много причин для бездетности. В частности, слабое здоровье графа, ведь он умер слишком рано. (Позже я обнаружила такую интригующую информацию: Эллен подозревали в отравлении своего первого мужа.)

Хроники говорят о переезде Эллен в замок Честер, где она жила в почете, пока Генрих не решил ее судьбу, то есть не выдал ее замуж за Роберта де Куинси. Из хроник Данстейбла мы узнаем о позорном для Ливелина браке его дочери с человеком более низкого ранга. Мы также узнаем о двух ее дочерях и можем определить их возраст. Мы знаем о замужестве Джоанны, но теряем след Хавизы после смерти ее отца. Мы знаем, что Роберт де Куинси стал крестоносцем (хотя нет указаний на то, ходил ли он в поход в Святую землю), и знаем, когда он умер.

Я допустила, что если это была та самая Эллен, то тогда она могла выйти в третий раз замуж за Малкольма, графа Файфа. Тогда у нее было достаточно времени, чтобы родить ему двух сыновей, прежде чем он умер в 1266 году.

Но не все так просто.

Изучая дальнейшие записи, я обнаружила, что в 1253 году история графини Хантингтона и Честера резко обрывается, когда ее земли перераспределяются между наследниками. Причина этого могла быть в том, что Эллен умерла. Должна признать, что я была очень разочарованна. Мне было очень интересно вести это исследование жизни Эллен Уэльской, и я чувствовала, себя так, будто расстаюсь сразу с обеими Эллен, жизни которых никак не могла сопоставить.

Как же быть дальше?

Нам покажется странным, что в средневековье в семьях часто были дети с одинаковыми именами, данными при крещении. Могло ли у Ливелина Йорверта быть две дочери, которых звали Эллен?

Ответ был снова найден в Северном Уэльсе: нет, хотя на этот раз обнаружилась еще и интересная информация о рождении Эллен Уэльской. Два источника, один из которых датируется XVI или XVII веком, утверждают, что она не была дочерью Джоанны, как говорят все современные книги по истории, а старшей дочерью Тангвистл, любовницы или первой жены Ливелина. (Если верить этому же источнику, Гвладус и Маргарет – тоже дочери Тангвистл.) Однако здесь есть сведения и о том, что Эллен была женой Джона Шотландца. Другие источники свидетельствуют, что у Джоанны было даже больше дочерей, чем у Тангвистл.

В этот момент я решила сделать шаг назад, чтобы еще больше углубиться в историю Уэльса. В тот период жила еще по меньшей мере дюжина Ливелинов, – они были принцами или лордами. Могла ли моя шотландская Эллен быть дочерью одного из них и мог ли ее отец в течение веков превратиться в некоего нарицательного «Ливелина» – стараниями его потомков?

Все же я ставила этот вопрос, полагая, что «главным» Ливелином – принцем Уэльским – был Ливелин Граффид.

Но из большинства исторических книг мы узнаем, что у него был единственный ребенок – несчастная Гвенлиан, умершая в забвении. Впрочем…

В сборнике традиционных уэльских хроник лондонской геральдической палаты, предоставленном мне Питером Гвинн-Джонсом, есть, по крайней мере, две записи регистрации свадьбы Ливелина и Элинор, дочери Симона де Монфора. Также говорится и об их единственной дочери, Кэтрин Лэкленд, которая сначала вышла замуж за Филиппа Айфора, а потом за Малкольма, графа Файфа!