Барбара Картленд - Приключения в Берлине

— Он старше барона, — сказала Лоилия тихим голосом, — и у него усы, загнутые кончиками вверх, как у кайзера, и они белые, как и его волосы.

Лорд Брэйдон в изумлении посмотрел на нее.

— Каким же образом вы могли все это узнать?

— Я понимаю, что вы не верите мне и считаете все это ерундой, но папа учил меня читать мысли людей, как умеет это он; когда вы говорили об орудии, барон думал о человеке, занимающемся им, и я узнала, как он выглядит.

— Если это действительно так, то определенно может нам помочь, — промолвил лорд Брэйдон.

Он прошел через комнату и толкнул дверь в свою спальню.

Как и следовало ожидать, она свободно открылась: это Уоткинс чуть-чуть приоткрыл ее, чтобы он и Лоилия могли слышать все, что говорилось в гостиной.

Уоткинс разбирал в шкафу одежду лорда Брэйдона.

— Как вы думаете, где можно найти фотографию человека, о котором упомянул барон?

— Это не составит труда, милорд, — ответил Уоткинс. — Я также куплю что-нибудь на ленч для мисс Лоилии, если она будет завтракать здесь.

— Она будет завтракать здесь, — подтвердил лорд Брэйдон, — и, как вы знаете, Уоткинс, я приглашен на ленч.

— Разве вам обязательно ехать? — выразила тихий протест Лоилия. — Я думала, мы должны… предпринять что-то для… спасения моего папы… поскорее.

Увидев выражение лица лорда Брэйдона она быстро добавила:

— Я не придумала все это. Я чувствую, как он страдает и, возможно, испытывает боль.

— Вы хотите сказать, что они пытают его?

— Я… я стараюсь не… думать об этом, но я уверена, что они… не остановятся и перед этим.

Лорд Брэйдон сурово сжал губы, ибо не сомневался, что Лоилия, по сути дела, права.

— Мне кажется, отменить мою договоренность о ленче было бы ошибкой, — сказал он задумчиво. — Я приглашен к капитану корабля «Вайсенбург»и надеюсь узнать что-либо ценное. А вы тем временем, попытайтесь еще раз по-своему связаться с вашим отцом, и, быть может, нам обоим удастся обнаружить нечто полезное.

— Я уверена, вы… спасете папу, я… уверена в этом! — твердила Лоилия. — Мне так повезло, что вы здесь. Я знаю теперь… одна я вряд ли… смогла бы что-то сделать.

Лорд Брэйдон не отвечал, но она знала, о чем он думает.

— Вы совершенно правы. Очень глупо было приезжать мне сюда, к тому же без сопровождения служанки… но я так стремилась… добраться до папы. — Она вздохнула. — У нас дома тоща не было никого, кто мог бы помочь мне, а довериться постороннему я не могла.

— Вы никогда больше не должны так поступать, — сказал лорд Брэйдон. — Нам остается лишь надеяться, что барон сохранит в тайне события прошлой ночи и заставит молчать хозяйку того заведения, где я нашел вас.

— Я думаю, за деньги она согласится на все, — тихо молвила Лоилия. — Я только беспокоюсь… что вам приходится… тратить столько… на меня.

Она была трогательна в своей застенчивости и в самом деле смущена его непредвиденными расходами.

Лорд Брэйдон ответил ей той самой улыбкой, которую большинство женщин находили неотразимой.

— Забудьте об этом, — сказал он. — А когда мы найдем вашего отца, я велю ему в будущем получше присматривать за вами.

— Когда вы найдете его, то можете сказать ему все что хотите! — воскликнула Лоилия. — Но только сделайте это скорее, как можно скорее, потому что меня гнетет ужасное предчувствие, что мы можем… опоздать!

Последнее ее слово прервалось рыданием, которое она превозмогла огромным усилием воли.

Она подошла к окну, задумчиво глядя на улицу. Лорд Брэйдон понял, что она борется со слезами.

Он вспомнил, как, спасенная им, она плакала у него на плече прошлой ночью и все ее тело сотрясала дрожь.

— За вами надо еще хорошенько присматривать! — сказал он угрюмо.

Солнечный свет золотил ее волосы.

Он думал о том, что она еще слишком молода и слишком по-детски мила, чтобы участвовать в столь опасных предприятиях, какими занимался ее отец.

— Я должен незамедлительно обнаружить, где он находится! — неслышно прошептал лорд Брэйдон.

И тогда твердым голосом, совершенно непохожим на ее обычную манеру говорить, Лоилия произнесла:

— Он находится в… высоком здании… с тротуаром перед ним… Там… два часовых возле дома…

Лорд Брэйдон в изумлении смотрел на нее, но она не отвернулась от окна.

— Папа находится… внизу, ниже первого этажа… может быть, в подвале… в комнате с длинным столом посередине, и на стопе бумаги… И я… уверена, что папе приказали… записывать что-то на них… или… начертить какую-то схему.

— Вы можете видеть вашего отца? — негромко поинтересовался лорд Брэйдон.

— Нет… но я уверена, что он — там…

Я… ощущаю его вибрации, направленные ко мне, и… он думает обо мне… говорит мне, что… произошло с ним и… где он находится.

Она умолкла, и наступило молчание.

Затем повернулась к нему.

— Это поможет нам?

— Я думаю, поможет, — кивнул лорд Брэйдон, — но, к сожалению, в этой стране очень много начальства, перед дверьми которого поставлены часовые.

— Если бы вы могли… назвать мне имена некоторых людей, владеющих такими домами, как этот…

— Мы не можем знать этого наверняка, — ответил лорд Брэйдон. — Это может быть конструктор орудия или даже человек, занимающийся его изготовлением, но ни у кого из них не может быть власти и полномочий, достаточных, чтобы держать в заключении вашего отца.

Лоилия тяжело вздохнула.

— Пожалуйста… позвольте мне попытаться… самой… Вы не уверены в успехе… ведь так?

Лорд Брэйдон не мог дать ей ответ, которого она желала.

— Это невозможно, — промолвил он, — но если мы будем действовать вместе, я уверен, мы сможем спасти вашего отца.

Он старался казаться ей более оптимистичным, чем был на самом деле.

Он хорошо понимал: если Тарстон Стэндиш схвачен, то власти сумели позаботиться о прочности запоров.

Желая отвлечь Лоилию от предмета разговора, он попросил ее:

— Расскажите мне хотя бы вкратце о вашей семье. Я слышал о вашем отце и его блестящих способностях, но в действительности ничего не знаю о нем, и хотел бы услышать, например, почему вы предоставлены самой себе в его отсутствие.

Лоилия улыбнулась.

— Мы с папой всегда были белыми воронами в нашей семье. — Заметив удивление на лице лорда Брэйдона, она объяснила:

— Мой дедушка хотел, чтобы папа, его единственный сын, вступил в его полк.

— А кто ваш дед?

— Он — генерал сэр Мортимер Стэндиш-Дрю!

— Боже всемилостивейший! — воскликнул лорд Брэйдон. — А я и не догадался! Я же знаю вашего деда — конечно, знаю! Он был героем к тому времени, как вышел в отставку, и все восхищались его блистательным участием в кампаниях, проводимых в Индии и Африке.