Джо Гудмэн - Любовница бродяги

В этот момент она заметила вмятины на диване и креслах.

— Слишком удобно? — спросила Ренни.

— Именно так.

— Вам нет нужды бодрствовать. Я не собираюсь сегодня ночью уходить из дома.

— Я еще не вполне вам доверяю. Она пожала плечами.

— Как хотите. Какой кофе вы любите?

— Черный.

Ренни налила чашку и подала ему.

— Спасибо.

— Пожалуйста.

Они долго смотрели друг на друга, затем неловко рассмеялись, слегка испуганные таким обменом любезностями.

Придя в себя, Ренни подошла к окну и отодвинула штору. Тогда и Джаррет пришел в себя и заворчал, требуя, чтобы она отошла. Ренни не сдвинулась с места, пока Джаррет не подошел, и не вырвал портьеру у нее из рук, тщательно занавесив окно.

— Вы представляли собой прекрасную мишень, — сказал он. — Вас было отлично видно с улицы. Для этой проклятой крепости, которую вы называете домом, нужна не железная ограда, а каменная стена.

— Что вы сделали с Холлисом, чтобы расстроить нашу свадьбу? — спросила Ренни, пристально глядя поверх чашки.

— Кто сказал, что я с ним что-то сделал?

— Я говорю. Холлис — мой жених, и я знаю его достаточно хорошо. Он не мог просто отойти в сторону.

— Он не просто отошел в сторону, он прямо-таки откатился. — Ренни побледнела. — Извините. Мне не стоило об этом говорить.

— Да, конечно, — спокойно сказала она. — Это было действительно так?

Джаррет был избавлен от необходимости отвечать, так как в этот момент в дом вошли Мойра, Джей Мак и сестры Ренни.

— Я тебе говорила, что он ее найдет, мама, — сказала Мэгги. — Готова спорить, что она даже не успела выйти на улицу. Я права, Ренни?

— Почти, — сказала Ренни. — Мама, я прошу прощения, что причинила тебе беспокойство. Мне просто надо было уйти оттуда.

Мойра подошла к дочери, обняла ее и поцеловала в щеку.

— Я понимаю твое настроение, но всех нас это очень напугало. — Она повернулась к Джаррету. — Слава Богу, что вы были там.

Ренни чуть не поперхнулась кофе.

— А где Мэри Френсис?

— Она вернулась в монастырь, — сказала Скай. — Папа хочет сейчас же отправиться в загородный дом.

Джаррет заметил, что Ренни впервые за время разговора посмотрела на отца. В этом взгляде не было враждебности — только вызов.

— Это так? — спросила она. — Ты по какой-то причине спешишь покинуть город? Может быть, ты испугался Ната Хьюстона?

Джаррет подумал, что вряд ли многие осмелились бы разговаривать с Джеем Маком в подобном тоне. Отец Ренни, однако, не моргнул глазом.

— Не провоцируй меня, Ренни. Ты хорошо знаешь, что меня больше пугаешь ты, чем любой самый жуткий убийца.

— И не без оснований, — сказала она. — Ты должен ответить за многое.

— Холлис Бэнкс не стоит тебя, — сказал Джей Мак. — Он хорош как вице-президент Северо-Восточной компании, но это не тот мужчина, который тебе подходит.

— Большое спасибо, папа, но я сама делаю свой выбор. — Она многозначительно посмотрела на отца. — И ты все равно в ответе за многое.

— Он ответит за это в Судный день, как и все мы, Мэри Рини. Ты не имеешь права судить своего отца.

Это вызвало взрыв смеха у Мэгги и Скай, Всю дорогу домой они слушали, как Мойра произносила речь перед Джеем Маком. Скай взяла за руку Мэгги.

— Пойдем, Мэг, за дорожными чемоданами. Надеюсь, Джаррет поможет нам погрузить их в экипаж.

С этими словами девушки исчезли, направившись вверх по лестнице. Джаррет воспользовался предлогом и, извинившись, тоже ушел.

— Мы не договорили, папа, — сказала Ренни, оставшись наедине с родителями. — Ты не имел права так поступать.

— Если Холлису Бэнксу нужны мои деньги, он может их честно заработать, как и остальные мои сотрудники. А если ты желаешь участвовать в моем деле, то можешь сделать то же самое. Ему не нужно жениться на тебе, и тебе абсолютно нет никакой необходимости выходить за него замуж.

Ренни открыла было рот, но тут вмешалась ее мать.

— Хватит — вы оба! Я не желаю этого слушать, тем более сейчас, когда мы расстаемся. Если уж тебе так хочется поспорить, Джей Мак, попробуй убедить свою дочь поехать с нами в долину, А я пока пойду укладываться.

Мойра величественно вышла из комнаты. Джей Мак проводил ее взглядом, затем снова повернулся к Ренни.

— Ну, Ренни? — спросил он, потрогав свои бакенбарды. — Уже не в первый раз твоя мать оказывается права. Давай заключим перемирие.

— Пусть будет перемирие, — без колебаний согласилась Ренни.

— А как насчет другого? Ты поедешь с нами в загородный дом?

— Нет! — опять не раздумывая ответила она. Он кивнул, ожидая именно такого ответа.

— Скажу твоей матери, что использовал самые убедительные аргументы, но так как ты унаследовала все ее ирландское упрямство…

— Ирландское упрямство? Лучше скажи — уортовскую несговорчивость!

Поставленный таким образом на место, Джей Мак робко улыбнулся.

— Ну, как ни назови, но ты сама это признала.

— Кофе еще горячий, — улыбаясь, сказала Ренни. — Хочешь?

— Пожалуй, я выпью чашку.

Сидя на диване, они провели вместе несколько спокойных минут, пока в комнату не влетела Скай с сообщением, что все готово и скоро можно будет ехать. Тут же она снова выскочила наружу, чтобы проследить за укладкой багажа.

Джей Мак встал.

— Пойду помогу Джаррету с чемоданами. Он сегодня и так достаточно потрудился.

— Да уж конечно.

Испытующе глядя на дочь, Джей Мак провел рукой по своим густым русым волосам.

— Не суди его слишком строго, Ренни. За то, что он сделал, я предложил ему поистине царское вознаграждение. — Которое, как напомнил себе Джей Мак, он все еще не выплатил заместителю шерифа.

— Я не испытываю уважения к людям, которых можно купить, — сказала Ренни. — Он не должен был этого делать.

— Надеюсь, ты еще вспомнишь свои слова, — с серьезным выражением на лице ответил Джей Мак. — Да, непременно, — передразнивая провинциальный говор Мойры, — повторил он, — я надеюсь, что это будет так.

Когда экипаж скрылся за углом, Ренни позволила Джаррету отвести себя обратно в дом.

— С ними будет все в порядке? — спросила она.

Рука Джаррета машинально погладила карман брюк. Прикосновение к чеку на десять тысяч долларов, подписанному лично Джеем Маком, вызывало почему-то некоторые угрызения совести.

— С ними будет все хорошо. Ваш отец, видимо, уверен в тех людях, которых нанял. Это меня удовлетворяет.

— А Мэри Френсис?

— Хьюстон не дурак. Даже если он знает о Мэри Френсис, я очень сомневаюсь, что он попытается что-либо сделать в монастыре. Для этого нужно быть совсем уж в полном отчаянии.

— А Майкл?

— Вас приободрить или сказать правду?