Джил Тэтерсол - Дарованная судьбой

– Как пожелаете, дорогая.

Миссис Пентайер рассмеялась, глядя на Тесс скорее неприязненно, чем дружелюбно.

– Почему бы вам не спешиться, Изольда, и не пройтись с нами? Я как раз собираюсь показать супруге эти места.

– Вы действительно полагаете, что я могу быть так бестактна? Ни за что на свете не нарушу новобрачным их утреннюю прогулку. Кроме того, я не располагаю временем – у меня визит. Ваш кузен Энтони…

– Энтони? Что у него за причина навещать вас?

– Но, Деймон, – рассмеялась она, – как можете вы быть так негалантны, чтобы задать подобный вопрос? Слава Богу, в Англии еще имеются холостяки. И, пожалуйста, не смотрите так сердито, а то ваша жена подумает, что вы ревнуете, а мне это было бы неприятно.

Деймон и впрямь, казалось, был в ярости, однако пересилил себя и промолчал.

– Возможно, Энтони приходит, чтобы видеть не меня, а мою сестру Джудит. На последнем балу в Трелвени-холле они танцевали, и хотя она не красавица, но достаточно прелестна, чтобы сделать мужчину счастливым. Впрочем, в следующий четверг Энтони будет у нас к ужину… Почему бы и вам не оказать нам честь и не пожаловать в Пентайер Мэнор?

Деймон вопросительно посмотрел на Тесс.

– Что думаешь, Тесс?

Ее совсем не устраивало принимать сейчас какие-либо решения, однако насмешливая улыбка миссис Пентайер, ожидавшей от нее смущенного отказа, заставила Тесс ответить твердым голосом:

– Мы с большим удовольствием принимаем ваше любезное приглашение.

Поблагодарив, миссис Пентайер попрощалась и быстро ускакала. К большому облегчению Тесс, Деймон просто взял ее за руку и продолжил прогулку, не обсуждая визита прекрасной соседки. Ей было так приятно ощущать свою руку в его руке. Тесс почувствовала взволнованный стук своего сердца. Они подошли к ручью, через который был перекинут каменный мост с отделкой в китайском стиле. Однако, в каменной арке виднелись трещины, перила обветшали, а частично и вообще отсутствовали.

– Как ты мог допустить, – воскликнула Тесс, – что все здесь пришло в такой упадок?

Деймон небрежно ударил носком сапога по прогнившей опоре.

– Разрушение началось еще много лет назад. Сначала я был слишком юн, чтобы заниматься этим. А потом, когда уже вырос, дух разрушения, царивший повсюду, даже отвечал моему душевному настрою. Я надеялся, что запущенный вид аббатства отпугнет посетителей. У меня было желание скрыться от окружающего мира, от общества.

Деймон глубоко вздохнул.

– Но люди всегда найдут путь вторгнуться в личную жизнь человека.

– Если ты имеешь в виду меня, – сдержанно произнесла Тесс, – то тебя никто не заставлял жениться на мне.

– Нет. Мне следовало лучше разорить твоего отца, а не соглашаться на то, что он мне предложил вместо денег? Ты хоть имеешь представление о том, сколько он проиграл в ту ночь?

– Нет! – умоляющим тоном попросила Тесс. – Пожалуйста, Деймон, нет…

Но он безжалостно продолжал:

– Я никогда не думал обременять себя женой. Видимо, нечистый попутал меня тогда. Сначала он заставил меня все выиграть, а потом влил в меня столько спиртного, что мне все стало безразлично, и я решил попытать судьбу. В-третьих, твой отец – Бог простит ему, а я не могу – так жаждал спихнуть свою младшую дочь. И в-четвертых…

Но Тесс не могла больше слушать, как попутал его нечистый в ту ночь. Она сорвалась с места и помчалась в сторону перелеска.

Деймон побежал за ней, но Тесс с детства прекрасно ориентировалась в зарослях. Она спряталась в густом кустарнике, подавляя рыдания, чтобы Деймон, рыскавший неподалеку, не смог ее найти.

Почему, спрашивала она себя, чувствую я себя такой обиженной? Я же давно знала, что в ту ночь он слишком много выпил, что он попал в ловушку, что на самом деле он совсем не хотел на мне жениться. Тогда почему?

Если прекрасная миссис Пентайер была его возлюбленной, то зачем тогда ему понадобилась жена в возрасте школьницы?

Тут она услышала лай и повизгивание. Обе борзые, за которыми она наблюдала утром из окна, обнаружили ее и теперь шутливо прыгали вокруг. Следом за ними появился Деймон и внимательно поглядел на нее.

Вновь почувствовала себя Тесс униженной, она поднялась и отряхнула юбку. Неохотно взялась за предложенную Деймоном руку и позволила вывести себя из зарослей. И вдруг он заговорил с ней так тихо и смущенно, как не делал этого никогда прежде.

– Прости меня. Я не собирался обидеть тебя. Клянусь, что не хочу никогда сознательно унижать тебя. И ни в коем случае не виню тебя в случившемся. Но я ведь тебя уже предупреждал – не задавай мне слишком много вопросов по поводу моего настроения. И еще раз повторю: если ты будешь проявлять слишком большое любопытство, последствия могут оказаться плачевными. Прошу тебя принимать вещи такими, какие они есть, и учись жить сегодняшним днем. Наше прошлое не было счастливым, а будущее может оказаться еще хуже. Попытайся, по крайней мере, насладиться настоящим, пока это возможно.

– Мне не нравится твоя философия, – горячо заявила Тесс. – И мне никогда не было интересно, как другим, разгадывать загадки и расшифровывать шарады. Но в одном я с тобой полностью согласна: забудем прошлое и не будем вспоминать, что было.

Но было проще сказать, чем сделать – теперь, когда он так откровенно дал понять, что не хочет обременять себя женой.

А Трегарон, казалось, совсем не обращал внимания на их разногласия. В последующие дни он обходился с ней если и не с особой симпатией, то, во всяком случае, с дружелюбным расположением. Больше она ему не задавала никаких вопросов, и он был за это благодарен. Однажды утром он удивил ее подарком, который принес ей много радости: пони арабских кровей с белой гривой и черной полосой вдоль спины.

Тесс была счастлива, что вновь может ездить верхом, и быстро вернулась к привычкам своего детства. Теперь она имела обыкновение вместе с Деймоном рано утром скакать верхом по лесам и торфяникам. Сразу после завтрака они расставались. Он занимался лесом и полями, она вместе с Нэн и одной из ее сестер приводила в порядок салон. После обеда она сидела в библиотеке и перелистывала фолианты, пытаясь таким образом убрать пробелы в своем образовании. В хорошую погоду Тесс надевала кожаные перчатки и направлялась в сад леди Маргарет полоть сорняки и обрезать буйно разросшиеся цветы. Посреди сада находились солнечные часы с надписью:

Часы идут – есть солнце или нет —

Для времени не нужен солнца свет.

Однажды, когда Тесс стояла рядом с часами и читала надпись, невольно размышляя о матери Деймона, она услышала семенящие по гравию шаги. Это была Мальвина. До сих пор она еще никогда не приходила в этот сад, подумала Тесс, разглядывая пожилую женщину в курьезном чепчике и длинной шерстяной шали, свободно свисавшей с плеч.