Рене Бернард - Страсть в жемчугах

Ознакомительный фрагмент

– Вы очень добры, миссис Клей.

– О, пустяки! – Она взялась за ручку двери, потом снова обернулась. – Позвоните, если вам что-нибудь понадобится. Просто посильнее дерните за шнурок звонка. Талли всегда под рукой, если вам понадобится еще уголь. Так что, пожалуйста, не стесняйтесь. Да, должна предупредить: Талли совершенно глухой и к тому же немой. Но он чудесный ребенок. Ему двенадцать лет, и он весьма сообразительный. Я нашла его на улице, голодного грязного кроху, и взяла в дом как родного! У меня нет детей. Талли… Я уверена, вы будете добры к нему, когда познакомитесь.

– Да, конечно! Уверена, что он чудесный мальчик! – Элинор встала, желая быть вежливой. – Миссис Клей, я, конечно же, заплачу за…

– Нет, пока не убедитесь, что жилище вам подходит! Я ни пенни с вас не возьму, пока вы не решите, что оно вас устраивает, – весело отмахнулась миссис Клей. И тотчас же вышла из комнаты.

Ошеломленная таким заявлением, Элинор прислонилась к закрытой двери. После бесцеремонного обхождения прежней квартирной хозяйки миссис Клей казалась щедрой и великодушной феей из сказки. Талли, несомненно, каждый день благодарил Создателя за то, что оказался под опекой такой женщины. «Не помню, чтобы моя собственная мать была такой заботливой, – думала Элинор. – Миссис Клей чудесная!.. Но я не могу позволить себе такую роскошь. Один уголь стоит больше, чем у меня денег в сумочке».

Элинор тронула щеки и не слишком удивилась, обнаружив, что они мокрые от слез.

«Я практичная женщина, и я не плачу», – сказала она себе по привычке.

Но в этот день произошло такое, чего она никак не ожидала. Снова ее мир изменился в мгновение ока, и на сей раз она тоже изменилась.

Ее клятва – никогда не доверять незнакомцам – была забыта в тот самый миг, когда Джозайя ударил мистера Перринга. Казалось, сама судьба вмешалась в ее борьбу за достойную независимость. Или, возможно, ангелы вмешались, хотя она потеряла веру в их существование, когда умерли родители. А может, это дьявол принял облик невероятно красивого художника?

Может, мистер Хастингс умышленно поставил ее в такое положение – чтобы она оказалась у него в долгу? Нет, не похоже. Он был чрезвычайно к ней внимателен, а его безумное предложение работы… Ей до сих пор в это не верилось.

Распаковывая вещи, Элинор пыталась привыкнуть к окружающей обстановке. Красное платье последним отправилось в гардероб, и Элинор, чтобы спрятать, повесила поверх него пальто – на случай если миссис Клей заглянет в шкаф.

Закрыв дверцы шкафа, Элинор осмотрелась. Теперь все было в порядке. А шкатулка стояла на столике у кровати.

– Дом, милый дом… – прошептала она, утирая слезы.

Успокоившись наконец, девушка подошла к камину и села в кресло.

– Так вот, Элинор Бекетт, – сказала она себе, подвинув ноги ближе к теплой решетке, – завтра ты найдешь менее скандальную работу и поблагодаришь мистера Хастингса за его доброту и щедрость.

А если ей не удастся расплатиться за комнату?.. Ох, тогда, вероятно, придется рассмотреть удивительное предложение художника. Пятнадцать тысяч фунтов!.. Да-да, именно так сказал безумный художник с красивыми карими глазами.

Глава 6

– А вот и вы, мисс Бекетт!

Миссис Клей тепло приветствовала ее, когда Элинор пыталась сбить с ботинок снег, прежде чем войти в холл. Весь день она искала работу, но встречала только отказы и унижения. У нее не было свежих рекомендательных писем и совсем никаких – от последней хозяйки. В одном агентстве ей напрямик сказали, что у нее явно нет никаких навыков для домашней работы и что она слишком воспитанная и хорошенькая для того, чтобы какая-нибудь женщина взяла ее в свой дом. Элинор не могла позволить себе нанять карету, поэтому пешком ходила по улицам Лондона, пока погода наконец не погнала ее обратно к гостинице. Она даже начала подумывать, не попросить ли у миссис Клей какую-нибудь работу в ее заведении, чтобы расплатиться за пансион. И, возможно, у нее нашлась бы комната поменьше…

Она не чувствовала замерзших ног, и ей пришлось ухватиться за стену, чтобы не потерять равновесие.

– Добрый день, миссис Клей. Я постараюсь не наследить на полу.

– Чепуха! К вам с визитом мистер Хастингс. Он ждет наверху в гостиной. Там горит огонь, тепло и сухо.

– Мистер Хастингс? Он… давно ждет?

Элинор не знала, что и думать. А миссис Клей, похоже, была довольна, что к ней с визитом явился джентльмен. И с улыбкой ответила:

– Он ждет уже некоторое время. Но мне запрещено говорить, сколько именно, поскольку мистер Хастингс предупредил, что вы непременно спросите, а он не хочет, чтобы вы волновались по этому поводу. Правда, он милый?

– Я не слишком хорошо его знаю, миссис Клей, но, похоже, он очень рассудительный. – Она взглянула на мокрые юбки, задаваясь вопросом: окажется ли мистер Хастингс настолько «милым», что подождет, пока она переоденется? Элинор вздохнула и решила не обращать внимания на свой туалет. В конце концов, это не светский визит. И не важно, насколько красив ее гость. У нее не было достойного гардероба, чтобы произвести впечатление на этого мужчину, так что не стоило и пытаться. Но она же не могла не признать, что ей очень неловко из-за состояния ее подола. – Спасибо, миссис Клей.

– Может, послать Талли, чтобы посидел в уголке? В качестве своеобразной компаньонки, мисс. – Миссис Клей забрала у нее мокрую шаль и помогла снять пальто. – Он не сможет подслушать, – с улыбкой добавила она. – Но порядочной девушке, такой, как вы, будет спокойнее, если он посидит с вами.

– Спасибо, миссис Клей. Если Талли действительно не возражает… Я очень вам благодарна за заботу. – Элинор пересекла холл и направилась к узкой лестнице.

Выходившая на лестничную площадку комната предназначалась для постояльцев, которые жили в гостинице подолгу. Тут обычно принимали гостей и даже иногда обедали, если обитатель апартаментов предпочитал тишину шумной столовой внизу.

Поднявшись, Элинор в открытую дверь увидела, что мистер Хастингс стоит перед камином и оранжевое сияние пламени высвечивает его темный силуэт. Широкоплечий и стройный… Она была поражена его изяществом. Его слишком уж длинные светло-каштановые волосы были завязаны на затылке кожаным шнурком, но этот старомодный стиль очень шел ему. Он казался человеком не от мира сего – как и полагалось художнику по ее представлениям.

Элинор кашлянула, чтобы предупредить о своем появлении.

– Мистер Хастингс, я заставила вас ждать?