Мэдлин Хантер - Грешница в шелках

Нет, она не должна допускать, чтобы он так на нее смотрел! Этим своим взглядом… Ах, он опять как будто загипнотизировал ее.

- Возможно, женщины боятся вас из-за ваших длинных волос, - заявила Селия. - Вы слишком уж необычно выглядите.

- Вы хотите, чтобы я подстригся? Мне не хочется, чтобы меня боялись.

- Нет, мистер Олбрайтон, из-за меня не надо стричься. Меня ваша прическа совершенно не интересует. И даже если бы вы постриглись, я бы этого не заметила.

- О, мисс Пеннифолд, я в отчаянии. Я-то надеялся, что вы с нетерпением ждете, когда я появлюсь перед вами. Думал, вам безумно хочется поприветствовать меня.

Щеки Селии снова запылали. И она злилась из-за того, что Джонатан сказал чистейшую правду - ведь она действительно с нетерпением ждала, когда он появится, хотя и старалась убедить себя в том, что не желает его видеть. А мистер Олбрайтон молча повернулся и, покинув комнату, отправился к садовому колодцу.

Да, он был прав. Она действительно не хотела подниматься в мансарду. Не хотела подвергать себя опасности… Но каким же надо быть тщеславным и самодовольным, чтобы заявлять ей об этом! Что ж, теперь она обязательно отправится наверх, когда более или менее обустроится. В конце концов, ей нужно посмотреть, что из вещей матери осталось в других верхних комнатах. Возможно, она найдет там… что-нибудь такое, что ей пригодится.

Стоя у окна, Селия наблюдала, как Олбрайтон шел по саду, направляясь к колодцу. Когда же он возвращался уже с полным ведром, то нес его с такой легкостью, что, наверное, не пролил ни капли. И он ни разу не поднял голову, - вероятно, не знал, что она, Селия, следит за ним.

Джонатан Олбрайтон, вне всяких сомнений, был красивым мужчиной. И конечно же, очень опасным для женщин - Селия чувствовала это по себе. Когда она видела его, ее влекло к нему неудержимо, так что постоянно приходилось напоминать себе о том, что этот человек - просто се жилец, не более того.

Мистер Олбрайтон умел скрывать свои чувства, но все же Селия не могла не понимать, что означали его взгляды. Она видела в его глазах желание, так что было очевидно: его влекло к ней так же сильно, как ее к нему. Селия прекрасно это понимала, так как кое-чему научилась у матери - женщины, знавшей о мужчинах все.

Через полчаса, после того как мистер Олбрайтон поднялся к себе в мансарду, с улицы вдруг раздались какие-то крики, нарушившие утреннюю тишину. А потом послышался громкий смех.

Селия тут же направилась в комнату, окна которой выходили на улицу, и увидела у дома Томаса, стоявшего в окружении других мальчишек. Лицо его покрылось красными пятнами, и казалось, что он собирался то ли драться, то ли расплакаться.

- Ты говоришь, что она наняла тебя? - со смехом спросил один из мальчишек. - Выходит, ты обслуживаешь ее? - Парень еще громче засмеялся, и ею друзья тут же присоединились к нему.

- Ты, Том, поймал миленькую девицу! - ухмыльнулся другой парень. - Ее мать, мы слышали, была очень дорогой потаскушкой. Похоже, и она такая же. Да ты, приятель, и не сумеешь оценить такую, как она. Так что тебе наверняка понадобится помощь! - При этих словах все мальчишки снова расхохотались.

Селия знала, что эти мальчишки вели себя точно так же, как многие другие их сверстники, так что ничего необычного в их поведении не было. И все же сердце ее болезненно заныло - ведь сцена за окном могла означать только одно: люди в этом районе уже знали, кто она такая. Знали, что рядом с ними живет дочь известной куртизанки Алессандры Нортроп. И теперь все для нее здесь изменится. Возможно, она просто не сможет здесь жить.

Селия со вздохом закрыла глаза и попыталась успокоиться, чтобы преодолеть охватившее ее отчаяние. Ведь она уже давно знала, что самим фактом своего рождения обречена выслушивать насмешки и оскорбления. Но она никогда еще не испытывала такого унижения. Во всяком случае, у Дафны все было по-другому, хотя и там люди знали, кто она такая.

Тут ей вспомнилось, что мать не раз ее предупреждала, говорила, что когда-нибудь она почувствует, что такое оскорбления и насмешки. И все же Селия даже предположить не могла, что до такой степени расстроится.

Но как же жила ее мать? Как ходила она здесь по магазинчикам? А может быть, она вообще никогда не общалась с этими людьми, вообще никогда не покидала дом, когда приезжала сюда?

Тут мальчишки принялись толкать Тома, и казалось, что теперь уж драки не избежать. Вернее, не драки, а неминуемой расправы над Томом, потому что один он не смог бы оказать сопротивление этим парням. Он не мог даже убежать от них - они обступили его со всех сторон и не отпускали.

И тут вдруг Селия заметила высокого крепкого мужчину, приближающегося к мальчишкам. Мужчина был одет как джентльмен, и этим джентльменом… оказался мистер Олбрайтон. И как раз в этот момент самый дерзкий из юнцов направился к двери дома. Все остальные тут же потеряли всякий интерес к Тому и принялись подбадривать приятеля громкими криками.

Неожиданно путь парня был прегражден рукой мистера Олбрайтона.

- Куда вы направляетесь, молодой человек?

- У меня здесь дельце, так что убери свою лапу, если не хочешь, чтобы ее сломали.

- Если это не твой дом, то у тебя не должно быть там никакого дела. Так что убирайся отсюда.

- Это ты убирайся! - крикнул юнец. - Мы здесь не любим посторонних. Ты что, напрашиваешься на неприятности из-за какой-то шлюхи?

Мистер Олбрайтон опустил руку, и парень, ухмыльнувшись, сделал еще один шаг вперед. В следующее мгновение рука Олбрайтона снова опустилась ему на плечо.

Селия толком не видела, что именно сделал ее жилец - казалось, он просто положил ладонь на плечо мальчишки. Однако глаза юнца внезапно расширились, ноги подкосились, а лицо исказилось от боли.

В следующую секунду мальчишка отлетел на несколько метров, отброшенный рукой Олбрайтона словно тряпичная кукла. Друзья подняли его на ноги, и он с побелевшим от боли лицом уставился на человека, победившего его одной рукой, вернее - одним неуловимым движением руки.

- Проклятая шлюха! - заорал парень. - Мои деньги ничуть не хуже твоих, понял?!

- Ты не сделаешь ничего, что могло бы оскорбить женщину, живущую в этом доме, - заявил Олбрайтон. - А теперь убирайся отсюда и больше здесь не появляйся, иначе я тоже окажусь здесь.

Парень что-то пробурчал себе под нос и зашагал на другую сторону улицы. Его приятели тут же последовали за ним. Том же подбежал к крыльцу, положил гвозди и монетку на верхнюю ступеньку и через несколько секунд скрылся за углом. Мистер Олбрайтон поднял деньги и гвозди, затем постучал в дверь.

Стараясь держаться с достоинством, Селия открыла дверь; она видела, что мальчишки наблюдают за домом издалека.