Кейси Майклз - Как покорить герцога

Ознакомительный фрагмент

— Ах да, очаровательная мисс Шарлотта. — Фитц пригладил свою короткую бородку. — Похоже, она сочувствует мне. Как думаешь, ее симпатия дойдет до того, чтобы навестить бедного солдата? Возможно, почитать ему стихи?

Раф нахмурился:

— Она хорошенькая, не правда ли? Это странно. Я никогда не считал Чарли привлекательной. Помню, она постоянно надоедала мне, настоящий репей. Но она была моим другом. Порой единственным другом здесь, в Ашерст-Холл.

Фитц ухмыльнулся в бороду.

— Ну что ж, твоя подруга может надоедать мне в любое удобное для нее время.

— Ты здесь всего одну ночь и уже строишь планы в отношении дам? — сказал Раф, надеясь, что эти слова прозвучали легко и беспечно.

Ему не стоило бы притворяться.

— Придерживаешь ее для себя?

— Нет, — быстро ответил Раф. Не слишком ли быстро? — Тебе известно, что ты иногда бываешь назойливым сукиным сыном?

— Да, и горжусь этим, — ответил Фитц, вполне довольный собой. — Я также горжусь тем, что способен понять намек, поэтому прекращаю дразнить тебя. Но если ты не хочешь пригласить ко мне Шарлотту, то как насчет кого-либо из твоих новых служанок? Может, прикажешь ей принести мне несколько книг, чтобы я мог убить время? Еще лучше, если кто-то почитает их мне. Представь: я лежу в постели, звук дивного голоса Шарлотты окутывает меня, мои веки в блаженстве смыкаются, каждое ее слово — словно бальзам на мои раны… У твоего покойного дяди имелись книги?

— Разумеется, тысячи. Я не помню, чтобы кто-то в имении читал их. Однако не обещаю, что Чарли согласится. Кроме того, у тебя достаточно сил, чтобы самому держать книгу и самому читать ее.

Вставая с постели, Раф качнул матрац и заметил, как его друг поморщился.

— Возможно, завтра тебе станет легче?

— Проклятье! Надеюсь, да, — пробормотал Фитц, снова потирая бедро. — Ты никому не рассказал, как это случилось? Еще не хватало, чтобы ты бегал по дому как городской глашатай, оповещая всех, какой неуклюжий болван твой друг.

— Только Чарли. Прости, Фитц. Но она никому не скажет, если я попрошу ее. Можешь придумывать любую героическую, самую необычайную историю, какую только захочешь.

— Лошадь, которая понесла карету, не впечатляет тебя?

— На самом деле я скорее думал о французах, которых мы прогнали с Эльбы за неделю перед отъездом домой.

— Которые прибыли туда спасать своего императора, — кивнул Фитц. — Но это не я заметил их в трактире и насторожился. Я видел только их спины, когда мы гнались за ними до их баркаса. Нет, это твоя история, дружище, ведь это тебя, а не меня чуть не подстрелили, хотя я благодарю тебя за предложение. Я подумаю о чем-то еще таком же героическом. А теперь будь добр, убирайся. Раненому солдату необходим отдых.

Раф неохотно покинул спальню, понимая, что старается как можно дольше оттянуть время, встречая свой первый полный день в доме в качестве герцога.

Стоял ноябрь. Какие были обязанности у герцога в ноябре? Когда его дядя не уезжал в Лондон или на какой-нибудь загородный прием, он всегда совершал верховые прогулки или осматривал имение со своим управляющим… Вот именно, он найдет своего управляющего и отправится с ним осматривать хозяйство.

Определившись с планом, Раф возвратился в свою огромную спальню, чтобы найти Финеаса, уже приготовившего ему в гардеробной одежду для верховой езды.

— Ах, как хорошо, что мне не придется разыскивать вас по всему дому. Мисс Сиверс говорит, чтобы вы поторопились переодеться, ваша светлость. Я починил и почистил ваш дорожный плащ, но что-то нигде не могу найти чудесную новую касторовую шляпу. Ваша мисс Сиверс говорит, что попробует ее найти, потому что вам нужно надеть что-нибудь на голову в такой холод, как я понимаю. Ваша мисс Сиверс не упоминала, часом, куда вы собираетесь?

— Ох, упоминала, упоминала, — ответил Раф, ощущая необъяснимое внутреннее сопротивление диктату Чарли. Даже если она права, черт побери! — И она не моя мисс Сиверс, Финеас. И возможно, я никуда не собираюсь… Черт, помоги мне снять этот жакет.

— Женщины всегда верховодят мужчинами, когда им позволяют это, ваша светлость, — сказал Финеас, помогая высвободить широкие плечи Рафа из великолепно сшитого жакета. — Об этом предупреждал меня мой отец, когда я был еще совсем малым. Будь он нищим или королем, говорил мой отец, но рано или поздно мужчина непременно обнаружит себя под женским башмаком.

— Спасибо за то, что поделился со мной открытием своего отца, Финеас. Но я не нахожусь ни под каким женским башмаком. Я просто соглашаюсь с предложениями мисс Сиверс, потому что она более знакома с… Но почему я объясняюсь с тобой?

— Не возьму в толк, ваша светлость. — Финеас не успел достаточно быстро отвернуться, чтобы спрятать улыбку. — Пойду повешу ваш жакет на место. У вас всего три выходных костюма, пока не доставят всю эту кучу модной одежды, которую вы заказали в Лондоне.

Раф стоял перед трюмо, поправляя на плечах куртку для верховой езды. Его новый гардероб слишком отличался от военной формы, в которой он ходил, спал, делил ее с вшами и другими паразитами гораздо чаще, чем ему хотелось бы вспоминать, изнывал от жары под палящим солнцем, замерзал холодными зимами.

— Финеас! Где мой мундир?

— Вылетел в трубу, ваша светлость. — Камердинер, отряхивающий пыль с жакета, снова взял в нём верх над сыщиком с Боу-стрит. — Не мог же я пойти продать мундир королевских войск старьевщику! Чтобы потом в нем шатались по Пикадилли всякие лондонские отбросы, прикидываясь взаправдашними солдатами? Ведь он вам больше не понадобится, ваша светлость, не так ли?

— Вылетел в трубу? Его больше нет?

Раф почувствовал внезапное желание увидеть свой Мундир еще раз. Мысль, несомненно, неблагоразумная. Он был частью его жизни так много лет, и Раф собирался оставаться в нем, пока тогда, в парижском трактире, не появился Финеас с поразительной новостью, изменившей всю его жизнь.

— За исключением лент, галунов и пуговиц и тому подобного — да, ваша светлость. Сэр? Ваша мисс Сиверс, весьма вероятно, ожидает вас внизу.

— Хорошо, — сказал Раф, в последний раз оглядывая себя.

Он знал, что его костюм для верховой езды цвета темной бронзы будет выглядеть модно и прилично, но в нем не было ничего красного, а жаль. В красном он, по крайней мере, знал, кто он такой[5].

Кем он был сейчас, он вообще не знал.

Едва прикоснувшись к перилам, он увидел сквозь их стойки Чарли, стоявшую в вестибюле. На ней был плотно прилегающий темно-синий жакет в гусарском стиле и юбка с запахом. Костюм дополняла треуголка, сдвинутая набок. Она ритмично постукивала носком ботинка, одновременно нетерпеливо похлопывая его шляпой о бедро.

Конец ознакомительного фрагмента