Кейси Майклз - Как покорить герцога

Ознакомительный фрагмент

— Да, следует, — согласилась Шарлотта, не слишком на это надеясь. — Начни прямо завтра, с утра пораньше. А теперь принеси мне эти восемь фунтов, и я поговорю с Грейсоном.

Спустя пять минут Шарлотта вышла в коридор с восемью фунтами в кармане и остановилась, прислонившись к закрытой двери. В своем ли она уме? Только глупец мог бы счесть, что этот фарс сойдет ей с рук.

В сущности, на ее стороне было лишь одно: презрительная уверенность Грейсона, что Раф — неприемлемый герцог. А если она найдет правильный подход к дворецкому, сумеет убедить его, что ему поневоле пришлось служить новому хозяину? Да, тогда Грейсон может пойти навстречу.

Она чувствовала себя ужасно из-за того, что не рассказала Рафу правду о том, что вытворяли его сестры.

Но в каких целях? Сейчас Раф, похоже, действительно потерял почву под ногами, но она была уверена, что со временем он полностью освоится. Нет никаких причин расстраивать его: в конце концов, с близнецами все прекрасно, их репутация сохранена, и дом не сгорел из-за всех их проделок.

Кроме того, если рассказать обо всем Рафу, то об этом узнает и Эммелина, чего Шарлотта совершенно не хотела бы: ведь она только что вышла замуж и сейчас ожидает ребенка.

— Ну, убедила себя? — тихо пробормотала Шарлотта.

Она решила, что убедила, и главной причиной была мысль, что Раф не должен узнать правду не только потому, что она будет выглядеть лгуньей, но и оттого, что сочтет ее самой бестолковой женщиной на свете, не углядевшей ложь Николь и Лидии. Собираясь отыскать Грейсона, она направилась к лестнице.

На верхней площадке она остановилась, увидев, что книзу, в вестибюле, полно горничных, лакеев, кухарок и их помощниц… и там находился Раф.

Присев, чтобы ее не заметили, она наблюдала сквозь стойки перил, как в сопровождении чопорного Грейсона новый герцог, заложив руки за спину — она это отметила! — обходил выстроившихся полукругом слуг Ашерст-Холл, кивком выражая свое расположение при каждом представлении, каждом поклоне, каждом реверансе.

Раф выглядел великолепно в своей элегантной лондонской одежде. Его темные волосы, все еще слегка книжные, блестели в свете большого канделябра: он смыл с себя дорожную пыль, пока она оставалась наедине с Николь.

Шарлотта снова сморгнула слезы, когда Раф подошел к концу шеренги слуг, где, выстроившись в ряд по росту, стояли шестеро детей главного повара. Он принял торт из рук самого младшего, взъерошив мальчишке волосы, и Грейсон быстро хлопнул три раза в ладоши, отпуская слуг.

— Благодарю, Грейсон, — услышала она, как произнес Раф, когда вестибюль опустел, и осталось лишь двое слуг, снова занявших свое место у парадной двери, словно ожидая, что в любой момент, громыхая по подъездной дороге, прибудет карета принца-регента.

— Да, ваша светлость, — сказал Грейсон, протягивая руку в белой перчатке к небольшому серебряному подносу. — Я возьму это у вас, сэр.

— Черта с два! Парень дал мне это — единственный, кто предложил мне хоть немного еды с тех пор, как я приехал. Я позволял тебе выказывать недовольство, Грейсон, так как знаю, насколько верен ты был покойному герцогу. Но предупреждаю: я больше не потерплю пренебрежительного отношения ни от тебя, ни от любого обитателя Ашерст-Холл. Прислуга находится под твоим руководством, Грейсон, но ты не настолько незаменим, как тебе кажется. Сомневаюсь, что кто-либо из них захочет последовать за тобой, если… ты понимаешь, о чем я?

— Да, ваша светлость, — сказал Грейсон, поклонившись.

А затем повернулся кругом и с достоинством покинул вестибюль, подняв подбородок и выпрямив, как штык, спину.

Раф оглянулся и посмотрел на Шарлотту. Его молодая искренняя улыбка изумила ее. Отломив кусок торта, он сказал:

— Все прошло хорошо, Чарли, не так ли? Мне даже не пришлось воспользоваться булавкой.

Прежде чем она успела подняться и найти, что ответить, он сунул кусок торта в рот и направился в главный зал. Шарлотта осталась на месте, не уверенная, что ноги удержат ее, если она попытается встать. Что там Николь сказала ей? Ах да: «А как в отношении тебя? Почему бы тебе не выйти замуж за Рафа? Он не уродлив и очень богат. И похоже, ты ему нравишься».

— Он мне тоже нравится, — прошептала Шарлотта, прижавшись горячей щекой к кованым железным перилам. — Очень нравится.

Глава 4

— Надеюсь, ночь прошла спокойно, — сказал Раф, подходя к постели друга и с улыбкой глядя, как Финеас орудует ножницами, старательно подравнивая рыжеватую бородку Фитца. — Как твоя нога?

Финеас последний раз щелкнул ножницами, аккуратно свернул полотенце, лежавшее на груди Фитца, и отошел в сторону.

— Он будет уверять вас, что все в порядке, ваша светлость, но слуга, которому приказано было спать рядом в гардеробной, сказал, что он всю ночь стонал во сне.

— Разве он тебя спрашивает? — Фитц резко ткнул рукой в сторону Финеаса, который легко уклонился. — Я в порядке, Раф. Просто ногу слегка растрясло в карете. А сейчас мои кости на месте. Где мои костыли?

— Можешь требовать сколько угодно, но ты их не получишь. — Раф осторожно присел на край широкой кровати. — У него был жар, Финеас?

— К утру почти спал, ваша светлость. Мы сняли шину, как велел врач, считая, что это должно немного помочь ему. Вам чуть легче, капитан?

— Убирайся к черту, — беззлобно пробормотал Фитц, протянув руку, чтобы потереть левое бедро. — Если б я был лошадью, ты бы приказал пристрелить меня, и, пожалуй, оказал бы мне услугу. Сколько вы еще собираетесь держать меня здесь взаперти?

— Думаю, месяца два, как мне сказали, — ответил Раф, искренне жалея друга. — Нужно найти для тебя какое-то развлечение.

— Отлично. Предпочитаю ту хорошенькую рыжеволосую служаночку, которая приходила сегодня утром поддержать огонь в камине. Благодарю!

— Погибаем, но не сдаемся, да, Фитц? — рассмеялся Раф.

Он подождал, пока Финеас выйдет из комнаты, и сказал:

— На самом деле хотелось бы, чтобы ты был внизу рядом со мной. Вчера я встретился с сестрами.

— Звучит мрачно. Они похожи на лошадей?

— Вряд ли. Гораздо хуже. Откровенно говоря, пояс целомудрия неподходящий наряд для этих юных незамужних сестричек. Могу лишь благодарить Господа, что здесь находилась Чарли. Она помогла мне при первой встрече с ними.

— Ах да, очаровательная мисс Шарлотта. — Фитц пригладил свою короткую бородку. — Похоже, она сочувствует мне. Как думаешь, ее симпатия дойдет до того, чтобы навестить бедного солдата? Возможно, почитать ему стихи?

Раф нахмурился:

— Она хорошенькая, не правда ли? Это странно. Я никогда не считал Чарли привлекательной. Помню, она постоянно надоедала мне, настоящий репей. Но она была моим другом. Порой единственным другом здесь, в Ашерст-Холл.