Шеннон Дрейк - Неповторимая любовь

— Но ведь я уже сказала, что согласна и…

— Просто скажи «да». — Его глаза пылали, как угли, их взгляд был прикован к Сабрине. Она ответила Слоану долгим взглядом, и ее вновь окатила горячая волна. Он умел быть неотразимо обаятельным. Настойчивым. Бесподобно чувственным, сильным и физически, и духовно. Если бы они встретились при других обстоятельствах…

— Слоан, перестань. Поднимайся и…

— Скажи «да».

— Да! Это ты уже слышал.

Он поднялся и присел на край постели.

— Ну, теперь тебе легче?

Сабрина невольно улыбнулась и перевела взгляд на свои колени, где лежала ее рука, пальцы которой были переплетены с пальцами Слоана.

— Да, — призналась она.

— А ведь все могло кончиться гораздо хуже.

— Как это?

Слоан пожал плечами, и на его губах вновь заиграла насмешливая улыбка.

— Видишь ли, ты могла бы очутиться в комнате старого, лысого, гнусного женатого убийцы или вора. И в придачу беззубого.

— Если бы он был настолько стар и немощен, — парировала Сабрина, — он не смог бы… словом, он был бы ни на что не способен.

— Не способен лишить тебя девственности или зачать ребенка? — уточнил Слоан.

— И то и другое, — отозвалась она.

— Нечего сказать, лестное замечание! Ты предпочла знакомству со мной встречу с беззубым и лысым старым мерзавцем!

— Этого я не говорила. И потом, ты забыл о главном — с женатым старым мерзавцем.

— Вот как? Извини, ошибся.

— Конечно, все могло кончиться гораздо хуже, — согласилась Сабрина.

К ее удивлению, Слоан пожал ей руку и поднялся. Сабрина с недоумением взглянула на него, отметив, как напряглось привлекательное лицо.

— Ты права. Например, ты могла бы наткнуться на чистокровного индейца сиу — они часто бывают в Золотом городе. Увидимся на свадебной церемонии, дорогая, — заключил он и направился к двери.

Слоан вышел и плотно притворил за собой дверь.

Сабрина задрожала, обхватив себя руками. Жар, в который ее бросило несколько минут назад, сменился ознобом.

Слоан понимал, как она обеспокоена его происхождением, — в этом не было никаких сомнений. «Все могло кончиться гораздо хуже», — недвусмысленно заявил он. Она могла повстречаться не с метисом, а с чистокровным сиу.

Сабрина испустила протяжный вздох и закрыла лицо ладонями. Сможет ли Слоан понять ее? Она провела на Западе всего несколько дней и знала о сиу лишь понаслышке — из ужасных сообщений о зверствах этого племени, которые читала в газетах и слышала от белых путешественников. Ее тревожила кровь Слоана, а он был не в состоянии понять ее.

Она не просто боялась индейцев.

Она боялась за самого Слоана. Наполовину белый, наполовину сиу, он находился меж двух огней.

И в любую минуту мог стать жертвой.

Сабрину вновь охватила дрожь. Только теперь она осознала, как много значит для нее предстоящее событие.

Слоан ни на минуту не усомнился в правильности своего решения. Сабрина не только была невинна в момент их неудачного знакомства: она оказалась сестрой жены лучшего друга Слоана и носила его ребенка.

И все-таки Слоан чувствовал себя не в своей тарелке, ожидая невесту в часовне древнего замка, в обществе Ястреба и Дэвида Дагласа. Они стояли перед старинным распятием, играл волынщик. Под протяжные, заунывные звуки волнение Слоана нарастало и достигло пика, когда в дверях часовни появилась Сабрина. Идущие перед ней Шона и Скайлар остановились у алтаря, где ждал преподобный Мэсси с сияющей улыбкой. В стороне толпились родные Шоны и кое-кто из жителей деревни. Их присутствие придавало наспех устроенной церемонии праздничный и торжественный оттенок.

Как и при первой встрече, Слоан обратил внимание на то, как прекрасна Сабрина, как бесподобны ее темные волосы, блестящие синие глаза и классические черты лица. Вместо белого свадебного наряда на ней было платье с небесно-голубой юбкой и синим бархатным лифом. Платье подчеркивало цвет ее глаз и контрастировало с оттенком волос. Глядя, как приближается Сабрина, Слоан признался самому себе, что соображения нравственности и благородства были далеко не единственными причинами, побудившими его жениться на этой женщине.

Все дело в похоти, напомнил он себе, и ни в чем ином.

Сабрина околдовала его.

Ее взгляд утратил невинность задолго до встречи со Слоаном. В глазах Сабрины отражались скептицизм и жизненный опыт. Она росла в роскоши, какая только могла быть доступной падчерице богатого сенатора, но провела детство и юность в аду. Со слов Скайлар Слоан знал, какую напряженную борьбу вела Сабрина все эти годы. Со временем она обрела смелость и решимость. Она привыкла к борьбе, вынужденная вести ее слишком долго. Но если этот брак станет началом сражения длиной в жизнь…

Ну что же, ему тоже пришлось воевать чертовски долго. Это не важно. Он решил жениться на ней не только из благородных побуждений. К этому шагу его подтолкнуло желание.

Но пока Сабрина стояла рядом с ним, проклиная и церемонию, и те события, которые привели к ней. Слоан знал: признание в истинных чувствах не приведет ни к чему хорошему — по крайней мере пока. Сабрине понадобится время, чтобы привыкнуть к нему и к чуждой жизни.

А пока оказывать Сабрине любые знаки внимания и привязанности было все равно что гладить дикобраза.

Слоан поразился, услышав, как отчетливо и твердо он выговорил слова клятвы.

Голос Сабрины звучал чуть слышно. Казалось, она сейчас лишится чувств. Один раз священнику пришлось переспросить ее. Но она отвечала на его вопросы без колебаний, и через считанные минуты преподобный Мэсси объявил их мужем и женой, а затем предложил Слоану поцеловать новобрачную.

Сабрина зажмурилась, побледнела и напряглась, словно собираясь с силами перед поцелуем. Слоан легко коснулся ее холодных как лед губ.

Когда Сабрина наконец открыла глаза, ее взгляд был удивленным и благодарным.

Но она сразу отвела взгляд. К ней бросилась Скайлар, Ястреб обменялся со Слоаном рукопожатием, Дэвид Даглас похлопал его по спине, а сын Дэвида и Шоны со всех ног пробежал к ним через всю церковь. Он только что вырвался из рук полногрудой кухарки Энн-Мэри, вытиравшей слезы носовым платком.

— Ох уж эти мне свадьбы — сплошные слезы! — заявила она, пожелав новобрачным счастья и объявив, что обещанный легкий обед будет подан в большой зал.

Слоан подал Сабрине руку:

— Идем?

Она кивнула. Ее щеки и губы были по-прежнему бледны. Слоан в тревоге отвел взгляд. Он знал, что Сабрина не хочет быть его женой, но не подозревал, насколько велико ее нежелание. Несмотря на то что она не протестовала и вела себя вполне благопристойно, вид ее свидетельствовал об отчаянии.