Патриция Поттер - Алмазный король

К удивлению Алекса, первый помощник ненавидел англичан не меньше, чем он сам. Но они никогда не говорили ни об этом, ни о причинах, побудивших их стать каперами.

Тем временем, услышав новость о появлении неизвестного судна, на палубе появился Робин и, подойдя к Алексу, тоже стал всматриваться в даль.

— Я хочу, чтобы вы с Мэг спустились в мою каюту, — потребовал капитан. Его каюта располагалась на противоположном от порохового погреба борту судна.

— Я же могу подносить канонирам порох! — запротестовал мальчик. Загорелый, лохматый, босой, в порванных штанах, грязной, пропахшей потом рубашке, он уже ничем не напоминал юного маркиза, которого Алекс спас в Шотландии. Впрочем, Мэг тоже очень изменилась — коротко стриженная, вихрастая, одетая в матросские рубаху и штаны, она больше походила на парнишку.

Глаза Робина светились радостью — похоже, жизнь на пиратском корабле пришлась ему по душе. Алекс больше не предпринимал попыток вернуть своих подопечных к нормальной жизни. Это был их выбор, и они ясно дали понять, что готовы на все ради того, чтобы остаться на «Ами».

— Нет, — отрезал Алекс, — я запрещаю тебе появляться возле пушек. Поклянись, что выполнишь мой приказ!

Он знал, что Робин не посмеет нарушить клятву. Но тот молчал.

— Поклянись, или я запру тебя и Мэг у себя каюте до тех пор, пока не представится случай отправить вас во Францию!

К ним несмело приблизилась девочка, очевидно, слушавшая их разговор. Посмотрев на Алекса, она кивнула, следом кивнул и Робин.

— Нет, вы должны сказать, что клянетесь, — настаивал капитан.

— Клянемся! — выпалили в один голос дети.

— То-то же, — смягчился Алекс. — А теперь марш в мою каюту!

Понурившись, дети пошли вниз, но Робин то и дело оборачивался, высматривая английский корабль.

Когда они скрылись из виду, Алекс распорядился поднять английский флаг и дополнительные паруса, и матросы бросились выполнять его приказание. Хотя на Мартинике удалось нанять несколько человек взамен отплывших во Францию, все же нехватка рабочих рук ощущалась очень сильно, и поредевшей команде приходилось трудиться не за страх, а за совесть. Тем не менее Алекс не слышал от своих товарищей по команде ни одной жалобы.

Солнце заливало золотом лазурный небосклон и изумрудно-синие воды. Алекс окинул взглядом эту лучезарную картину, корабль на горизонте, и в его сердце снова шевельнулось сомнение — стоит ли искушать судьбу? Может быть, лучше повернуть «Ами» и плыть в Бразилию, как планировалось?

Он снова взглянул в подзорную трубу — у противника было всего четыре пушки, да и те небольшие. «Вот она, английская самонадеянность — гордые британцы уверены, что никто не посмеет посягнуть на их корабль», — с горечью подумал Алекс, и его рука невольно коснулась шрама на щеке — ему вспомнилась боль давних ран, крик Камберленда: «Не щадить никого!», стоны и мольбы раненых, которых безжалостно приканчивали английские солдаты и их шотландские союзники…

Алексу повезло — когда солдаты наклонились над ним, он притворился мертвым, затаив дыхание. Это было страшно: казалось, еще секунда, и он на самом деле умрет от удушья. Однако солдаты наконец оставили его в покое, перейдя к следующей жертве. Этих ужасных мгновений ему не забыть никогда.

Нет, надо все-таки наказать английского купца за высокомерие: пусть знает, что не все трепещут перед британским флагом.

— У англичанина пушки, — заметил шотландец своему первому помощнику.

Тот взял у него подзорную трубу, оглядел потенциальный трофей и констатировал:

— Жалкие орудия! Их не сравнить с нашим вооружением.

— Но у нас на борту дети…

— Имея такие пушки, только глупец окажет нам сопротивление.

Уверенность Клода победила последние сомнения Алекса.

— Ладно, — сказал он. — Мы атакуем. Поднять бом-брамсели!

— Есть, сэр! — Глаза первого помощника блеснули от радости. Он во весь голос повторил приказание капитана для команды, и часть матросов принялась ставить дополнительные паруса, а оставшиеся побежали заряжать пушки.

Алекс вернулся на ют и встал к штурвалу. Корабль легко летел вперед, послушный рулю и ветрам, раздувавшим его паруса.

«У меня больше пушек, больше парусов и маневренности, чем у англичанина, — решил Алекс. — Он будет легкой добычей».

Дженне не спалось — ее тревожила Селия, которая, несмотря на все старания своей госпожи и уменьшение качки, по-прежнему мучилась от морской болезни. Наверное, бедняжке станет лучше только на берегу. Что касается самой Дженны, то она бы с радостью согласилась никогда не покидать борт «Шарлотты».

Когда в иллюминатор начал просачиваться рассвет, девушка поднялась и оделась, чтобы сходить за утренним кофе. На корабле она настолько полюбила этот горьковатый напиток, что стала предпочитать его традиционному чаю. Путешествие принесло и другие открытия, которые помогли ей лучше понять саму себя. У нее появилось неведомое прежде ощущение свободы. Море, иногда спокойное, иногда бурное, то приводило ее в состояние душевного умиротворения, то пьянило разгулом стихии. Дженна одинаково полюбила и штиль, и шторм.

Слегка покачиваясь в такт с кораблем, она прошла на камбуз за кофе, а оттуда, стараясь не расплескать ароматный напиток, — на палубу, куда обычно выходила любоваться восходом солнца.

Матросы тянули веревки, распуская паруса, и судно слегка вздрагивало, словно откликаясь на их усилия.

— Вижу корабль! — послышалось сверху.

Дженна вытянула шею, пытаясь рассмотреть чужака, но, несмотря на превосходное зрение, не заметила ничего, кроме воды и неба. Происходило что-то необычное — матросы помрачнели, стали двигаться быстрее, слаженнее, чем всегда. Дженна подошла к капитану, стоявшему рядом с рулевым.

— Доброе утро, миледи, . — поздоровался Тэлбот. — Я смотрю, вы снова на ногах чуть свет. Как себя чувствует мисс Селия?

— Увы, моряком ей не быть, — вздохнула Дженна. Поглядев в ту сторону, где якобы появился неизвестный корабль, она спросила: — Неужели там действительно виден корабль? Я ничего не заметила.

— Мой Уильяме самый зоркий впередсмотрящий в здешних местах, — не без гордости ответил Тэлбот.

— Как вы думаете, что это за судно? Купеческое?

— Скорее всего, — спокойно сказал капитан, но в его глазах мелькнула тревога.

Отпивая маленькими глотками кофе, девушка всматривалась в морскую даль, но по-прежнему безуспешно. Наконец из глубины моря показался алый шар солнца. И тут Дженна едва не выронила чашку — в его лучах был ясно виден крошечный силуэт корабля.

— Он идет к нам! — снова послышался голос впередсмотрящего.