Эшли Сноу - Опасные объятия

Аманда поняла, что единственный способ справиться с кучей мусора – тщательно все рассортировать. Она читала названия на баночках, скляночках, коробочках, расставляя их на столе в зависимости от употребления, оставляя все ненужное на полу, чтобы затем выбросить. Наконец, с мусором было покончено. С остальным она справится быстрее. Аманда стояла на коленях, спиной к открытой двери, когда вдруг услышала:

– Здравствуйте.

Девушка в смущении вскочила. Посетители были сейчас совсем некстати. Разве что мистер Питере Уоррен проходил мимо. Человек стоял спиной к свету, и она не могла разглядеть лица, но сразу определила, что мужчина выше и полнее адвоката.

– Можно войти? – вежливо поинтересовался незнакомец.

Аманда суетливо отряхнула пыльный передник, закрывавший почти всю юбку. Рука непроизвольно потянулась к полотенцу, которым были завязаны волосы: такой вид испугает кого угодно. «А хоть бы и так, – решила она. – Скорее всего, это заявился кто-нибудь из тех ужасных пьянчуг, которые наделали столько шума на центральной улице в день приезда».

Не дождавшись ответа, человек вошел и, улыбаясь, протянул для приветствия руку.

– Я – доктор Гудфеллоу, – сказал он. – Услышал о вашем приезде и решил зайти.

Аманда испытывала смешанное чувство досады и облегчения.

– О, пожалуйста, заходите, доктор. Рада познакомиться с вами.

Доктор подошел ближе, и Аманда увидела роскошные усы и блестящие бледно-голубые глаза. Он взял девушку за руку и дважды крепко встряхнул.

– У вас столько работы.

– Да, очень грязно, но я уже многое убрала. Садитесь, пожалуйста, – Аманда указала на стулья, стоявшие в углу комнаты рядом с печкой.

– Спасибо, с удовольствием, – сказал Гудфеллоу, пробираясь к стулу. – Я вас долго не задержу. Я знал Джорджа Лэсситера и лечил его во время последнего приступа. Думаю, вам небезынтересно это?

Аманда села напротив доктора.

– Конечно, я плохо помню дядю. Он приезжал к нам лет десять назад. Я надеялась снова увидеть его. Смерть дяди Джорджа потрясла меня.

Доктор вытянул ноги к холодной печке и скрестил руки на груди.

– Это произошло внезапно, как, собственно, все случается в нашей жизни. У Джорджа было больное сердце. Я предупреждал его, но ваш дядя не прислушивался к советам. Он превосходно разбирался в лекарствах, но становился чрезвычайно упрямым, когда дело доходило до собственного лечения, приговаривая обычно, что все это, мол, сказки для дураков.

– Этим он очень походил и на моего отца, недаром они были братьями. Папа не скрывал, что больше полагается на внутренние силы и сопротивляемость организма, чем на лекарства, из-за чего, кстати, и терял многих пациентов, которые считали лекарства панацеей.

– Ваш отец тоже был аптекарем?

– Он был врачом. Папа много раз говорил, что дядя Джордж, если бы захотел, стал даже более лучшим врачом, чем он сам. Видимо, дяде больше нравилось составлять порошки и самому вести дело.

Гудфеллоу фыркнул в ответ.

– Не так уж здорово он этим занимался. Сказать по правде, Джордж Лэсситер больше любил бильярд, чем порошки…

Доктор замолчал, заметив, что Аманда опустила глаза и теребила фартук.

– Извините мою бестактность, пришел, дескать, и так отзывается о человеке, которого уже нет в живых. Я не хотел обидеть вас, мисс, но старина Джордж первый согласился бы со мной.

– Вы работали вместе? – спросила Аманда, посмотрев на него из-под ресниц.

Гудфеллоу немного замешкался: племянница Джорджа – приятная малышка, но слишком уж невинная для дикого Тумстоуна.

– Да. Я мог положиться на него. Джордж умел доставать лекарства буквально из-под земли, не считался ни с какими трудностями. Мне его очень не хватает. Я обрадовался, узнав, что вы приехали, значит, аптечный магазин скоро откроется?

Аманда покраснела.

– Боюсь, вас неправильно информировали, доктор Гудфеллоу. Я убираю здесь, чтобы быстрее продать аптеку и уехать. Чем быстрее, тем лучше.

Доктор с удивлением наклонился к ней.

– Вы не собираетесь здесь работать? Но я думал…

– Не знаю, кто вам сказал, что я буду тут работать. Питере Уоррен знает о моих намерениях и тоже считает продажу аптеки самым лучшим выходом для меня.

– Но, мисс Лэсситер, аптека очень нужна городу. Допускаю, что Тумстоун – не лучшее место для приличной девушки, чтобы начинать свое дело. Однако, если вы здесь останетесь, то вскоре убедитесь, что в Тумстоуне вполне сносно. А когда людям требуется помощь, им абсолютно все равно, кто перед ними – женщина или горилла.

Аманда робко смотрела на Гудфеллоу.

– В самом деле, доктор… Гудфеллоу махнул рукой.

– Извините за резкость. Я – такой же, как этот город, упрямый, безо всяких условностей. Ваш дядя писал обо мне?

– Да. Он приглашал отца приехать сюда, написав, что здесь всего один врач, да и тот…

Аманда смущенно умолкла, а Гудфеллоу громко рассмеялся.

– Джордж назвал меня пьяницей?!

– Ну…

Доктор весело хлопнул рукой по колену.

– Это похоже на старину Джорджа, но это – неправда. Врачи приезжают и уезжают. Их всегда несколько. Вот и сейчас нас двое: я и Джиллингем. Я – не пьяница, хотя выпить люблю, но придерживаюсь железного правила: врач может выпить, но столько, чтобы утром чувствовать свои руки.

Доктор все больше нравился Аманде. Он был моложе, чем могло показаться на первый взгляд. Лет около двадцати с небольшим. Чувствовалось, что повидал он многое. Девушке пришлись по нраву даже его резкость и прямота. Этим доктор напомнил отца, такого же упрямого и прямолинейного.

Аманда слегка наклонилась, положив руки на колени.

– Доктор Гудфеллоу, мой отец умер от тифа два месяца назад. Я приехала в Тумстоун, надеясь работать с дядей, поучиться у него. Но дяди нет… Я одна в этом городе, мне не на кого положиться. Кроме того, мне не хватает знаний, чтобы работать самостоятельно. Думаю, разумнее вернуться в Сент-Луис.

– У вас есть семья?

– Нет. У меня вообще никого нет, поэтому я здесь. Пока.

– Бог мой, если вам не к кому возвращаться, зачем уезжать?! Оставайтесь, открывайте аптеку. Раз ваш отец был врачом, вы наверняка чему-нибудь да научились.

– Совсем немногому…

– Ерунда, – оборвал ее Гудфеллоу. – Любой, кто имеет хоть какие-то мало-мальские знания, научится остальному методом проб и ошибок. Мы все так учимся. Ваш отец полагался на защитные силы организма, но этим силам иногда требуется помощь, к примеру, когда пуля сорок четвертого калибра пробьет грудь. Я готов встать на колени, умоляя вас остаться. Аптека очень нужна, поймите.

– Но новый владелец сделает это не хуже.

– А где вы возьмете его? До сих пор нам не попадались люди, разбирающиеся в этом деле. А у вас, мисс, наверное, остались связи на Западе. Вы могли бы привезти все, что нам понадобится.