Элизабет Эштон - Темный ангел

Боюсь, что мне пришлось слишком много заплатить, — извиняющимся тоном произнесла девушка, — но нам ведь нужно, чтобы машина была на ходу.

Генри взглянул на счет и застонал.

Я не могу вернуть тебе деньги, Фран. Кажется, это последняя капля.

Неужели все так плохо? Генри закрыл лицо руками.

Я разорен, Фран. У меня нет денег, чтобы заплатить налоги, а земля уже заложена. Если у меня потребуют вернуть кредит, «Беллависте» придет конец.

О, папа! — Девушка с сочувствием смотрела на склоненную голову отца. Он совершенно упал духом. — Неужели у тебя совсем ничего нет?

Я мог бы оплатить наш проезд в Англию. Там я вскоре получу пенсию, но английский климат убьет твою мать.

Я буду вам помогать, — сказала Франческа. — Я могу работать поваром, а они хорошо зарабатывают.

Тебе нужна очень большая зарплата, чтобы содержать нас всех, — сочувственно сказал отец, — но есть более простой выход… — Он внимательно посмотрел на дочь. — Если ты действительно хочешь нам помочь, такая возможность есть, но тебе потребуется пойти на жертвы.

Папа, дорогой, ты же знаешь, я сделаю все, что в моих силах, — с жаром воскликнула девушка.

Правда, сделаешь? — Он обвел глазами убогую обстановку комнаты. — Мне жаль покидать это место — это наш дом.

Конечно, но что я должна сделать? Генри взглянул на дочь.

Насколько серьезны твои отношения с этим молодым человеком?

С Десмондом? Он хочет, чтобы я вышла за него замуж, — медленно произнесла Франческа. — Я… мы… почти обручены, но он ждет… — Она замолчала, задумавшись о том, станет ли Десмонд ждать, когда узнает, что ей придется содержать семью, и пройдет еще много времени, прежде чем они смогут пожениться. Внезапно ей захотелось взбунтоваться. У ее родителей своя жизнь, и если они разорились, то это их вина, и они не должны портить жизнь ей. Они даже не воспитывали ее, отдав бабушке, но отчаяние на лице отца глубоко тронуло Франческу.

Я должна поговорить с Десмондом, — сказала она отцу. — Может быть, он придумает какой-нибудь выход.

Мне бы этого не хотелось. — Гордость Генри была уязвлена.

Но я должна это сделать. Это касается и его тоже. Наверняка, ты что-то имеешь против него? — взволнованно спросила девушка.

Генри вздохнул.

Возможно. Мне кажется, что твой молодой человек не проявит сочувствия. Я думаю, он считает тебя богатой наследницей.

Папа, ты несправедлив! Я уверена, у Десмонда нет таких мыслей.

Генри забарабанил пальцами по столу.

Есть один выход, — неуверенно произнес он. — И я надеялся, что ты согласишься, пока ты не привезла этого молодого человека.

Какую роль в этом играет Десмонд?

Большую, если твое сердце принадлежит ему.

Оставь мое сердце в покое и объясни, что ты имеешь в виду.

Ты знаешь, или может быть не знаешь, что синьор Витторини всегда хотел вернуть «Беллависту». Моя мать купила это имение у его брата, ныне покойного. Это была его часть наследства, но участок находится в центре земель маркиза, и теперь он хочет все объединить.

— Ты имеешь в виду, что он хочет купить нашу землю? Но если закладные не будут оплачены, ее выставят на продажу, не так ли?

Да, и он, вероятно, сможет купить ее очень дешево, но маркиз этого не знает, как и то, что имение заложено. Он думает, что оно останется моим навсегда. Поэтому он предложил мне договор, по которому оба имения могут быть объединены.

Так значит для этого он приезжал к тебе?

Да, и он вполне определенно высказал свои условия.

Но каким образом это касается меня?

Маркиз сделал очень благородный жест. Он оплатит все мои долги — более того, он позволит нам всем жить в этом доме… при одном условии.

Франческа облегченно вздохнула.

Это же чудесно, — воскликнула она. — Конечно, ты должен соглашаться на любые условия. Я думаю, он захочет начать культивацию земли… ты же не будешь возражать против такого усовершенствования? — Что-то в напряженном взгляде отца заставило девушку замолчать. — Ты ведь не будешь? — чуть слышно повторила она.

Нет, но это условие касается тебя.

Меня?

По условию завещания твоей бабушки «Белла-виста» должна перейти к тебе, если к тому времени от имения что-нибудь останется. Маркиз считает, что обеим семьям было бы удобно, если бы ты… э-э… вышла замуж за его сына.

Но я не свободна! У меня есть Десмонд.

Но ведь вы еще официально не помолвлены, верно, и кажется не собираетесь устроить помолвку прямо сегодня?

Франческа в недоумении смотрела на отца. Ее первое возражение было инстинктивной реакцией на его слова. Их истинный смысл дошел до нее только сейчас.

Но это же… это же настоящее средневековье! — воскликнула она. — Брак между двумя совершенно незнакомыми людьми только ради того, чтобы маркиз сохранил свою собственность, а ты — свой дом. Невероятно! Нелепо! Я даже не хочу об этом думать.

— Я боялся, что ты это скажешь. В комнате воцарилось молчание.

Франческа облизнула пересохшие губы и сочувственно посмотрела на опущенную голову отца. Она знала, что разрушила его последнюю надежду, но как она могла даже подумать о таком невероятном предложении?

Я ведь совсем не знаю этого молодого человека, — тихо сказала она.

Когда ты приезжала сюда, он в это время был за границей, — объяснил Генри. — Он много путешествовал, но сейчас вернулся домой. Удивительно, что ты не встретила его в Империи; он часто там бывает, и на него нельзя не обратить внимание.

Легкое волнение охватило Франческу. А вдруг это он?.. Нет. Сын маркиза ездит на «ферраридино», и ему не потребовалось бы тайком пробираться на бал к Кальви. Они сделали бы все возможное, чтобы заполучить столь знатного гостя.

Нет, не встретила, — ответила она, — но, папа, ты должно быть сошел с ума, если вообразил, что я когда-нибудь с этим планом соглашусь.

Это был бы очень выгодный брак для тебя, — сказал Генри, — Витторини — аристократическая и очень богатая семья. Молодой человек, которого ты привезла сегодня к нам, не сможет тебя обеспечить. К тому же твой брак решил бы все наши проблемы. Климат Англии губителен для твоей матери. — Голос отца дрогнул. — И есть еще Стейси… Маркиз обещал позаботиться о ней, дать ей образование. Он любит девочку, а она считает замок своим вторым домом. Ты… ты очень эгоистична, Фран, и я, конечно, не мог рассчитывать, что тебя тронет мольба твоей семьи. — Закусив губу, Генри отвернулся.

Ты поступаешь нечестно, папа, — мягко сказала Франческа. — Ты намеренно скрываешь от маркиза, что имение скоро пойдет с молотка, и он сможет получить его, не впутывая в это дело своего сына. А из-за этого условие, на котором настаивает маркиз, теряет всякий смысл.