Роберта Джеллис - Гобелены грез

— Король Дэвид не появлялся под Уорком, — медленно произнес он, стараясь быть уверенным в правильности своего ответа, — та армия, о которой я мог бы судить, была невелика. Один из его приближенных, сэр Вильям де Саммервилль, призвал нас сдаться во имя императрицы Матильды и выступить против…

— Это король Стефан, Хью, — поспешно прервал его Эспек, кивнув в сторону высокого человека, который спрашивал об Уорке.

Хью бросил быстрый взгляд на широкое лицо с правильными чертами и серыми глазами, излучавшими доброжелательность. Казалось, в них не было угрозы, однако то, что сэр Вальтер осмелился прервать сообщение, выглядело как предостережение. Чтобы выгадать время и поразмыслить утомленными мозгами, Хью развязал шнурки на горле и откинул с головы капюшон кольчуги.

Однако король понял уловку сэра Вальтера и отрицательно покачал головой.

— Я не буду винить посыльного за плохие вести, — сказал Стефан. — Саммервилль называл меня узурпатором? — И затем как бы невзначай добавил:

— С такими огненными волосами, юноша, вы выглядите, как типичный шотландец.

— Не знаю, — промолвил Хью, чувствуя себя как никогда сконфуженным замечанием Стефана о своей внешности. — Моя мать скончалась вскоре после того, как я родился, и моим опекуном был архиепископ Тарстен, который передал меня на воспитание сэру Вальтеру.

А затем он вспомнил о том, о чем раздумывал во время длительной поездки верхом, и повторил:

— Король Дэвид не подходил к Уорку. Хотя я никогда не был в самом Джернейве, я видел крепость снаружи. Армия Саммервилля никогда бы не взяла ее. Я полагаю, что главные силы шотландской армии должны быть в подчинении короля и, возможно, наступают на Ньюкасл или Прудго.

— Но, Хью, — возразил сэр Вальтер, — если шотландцы находятся так далеко на юге, у Ньюкасла, то это означает…

— Падение всего севера Англии, — резко оборвал Стефан. — Почему вы считаете, что шотландский король зашел так далеко на юг?

Хью снова прищурил свои горящие глаза, но ответил без затруднений, так как уже все обдумал о столь дальнем южном походе шотландцев.

— Во-первых, потому, что Уорк не является столь крупным бастионом на севере, чтобы удерживать завоеванные земли. Поэтому любой предводитель, если он не дурак, оставит его на потом, чтобы захватить в сеть, когда уже поймана крупная рыба. И это предположение кажется правдоподобным, так как крупные силы не были посланы к Уорку. Другим доказательством можно считать характер требований относительно Уорка, а третьим — поведение шотландцев под его стенами. Они слишком смело и уверенно держались. Похоже, будто они знали, что опасаться нечего.

— Нечего опасаться, вот как? — яростно прорычал Стефан. — Если они считают, что им нечего опасаться, то сильно ошибаются.

Рука сэра Вальтера сжала плечо оруженосца, и Хью с ужасом внезапно осознал, что в его словах мог быть обнаружен смысл, который он никогда бы им не придал.

— Ваше Величество, — воскликнул он, — я не хотел сказать, что…

Стефан похлопал его по плечу:

— Нет, нет, я понимаю, что ты не хотел нанести оскорбление.

— В самом деле, нет, сир, — заверил его Хью. — Я хотел сказать: они были уверены в том, что Уорк будет сдан, и знали, что ни из Алника, ни из Морпета, ни из других соседних крепостей Уорк не получит помощи.

— Я помню, как ты говорил о том, что наш север находится в безопасности, — сказал Стефан, поворачиваясь к сэру Вальтеру.

Хью напрягся, однако сэр Вальтер еще сильнее стиснул его руку и склонил голову к королю.

— В безопасности, но не от шотландцев, сир. Я говорил о том, что не было никаких оснований подозревать северных баронов в больших симпатиях к императрице, и я полагаю, что так оно и есть до сих пор. Король Дэвид — иное дело… Не думаю, что северные лорды желают служить верой и правдой шотландскому королю. Скорее, дело в том, что они не уверены в Вашем Величестве.

— Мой дядя в конце концов склонился на мою сторону, — Стефан проговорил это с трудом, но затем голос его обрел уверенность, — я был коронован и помазан в церкви. Я законный король.

— Да, мой повелитель, — согласился сэр Вальтер, — я не хотел сказать, что они усомнились в ваших правах. То, в чем они сомневаются, — это ваши намерения и способность защитить их от короля Дэвида. Они хотят бороться с шотландцами, но не в одиночестве. По сравнению с югом север Англии беден. Возможно, они боятся вашего мнения о том, что помощь северу обойдется слишком дорого.

— Все части моего королевства находятся на моем попечении, бедные они или богатые! — воскликнул Стефан.

Сэр Вальтер слегка поклонился.

— Я верил в ваши чувства, когда присягал вам, сир.

Слушая этот разговор, Хью уловил какую-то странность в манерах и фразах сэра Вальтера, однако он сильно устал и не мог понять точно, что его обеспокоило. Короткий прилив энергии, вызванный пристальным вниманием нового короля, быстро иссяк. У Хью подкашивались ноги, ему удалось сохранить равновесие, выпрямиться и встать твердо, но ненадолго. Резкий приказ сэра Вальтера заставил Хью вновь собраться с силами, но приказ относился не к нему, и он снова стал оседать. Минутой позже чья-то крепкая рука охватила его за талию и поставила на ноги. Это был не сэр Вальтер, который отвернулся к королю, и Хью, опустив взгляд, увидел, что его поддерживает Джон де Бюсси, племянник сэра Вальтера.

— Идем, спящий красавец, — сказал Джон, — мой дядя отдал приказ уложить тебя в постель.

Хью сначала испугался, затем замешкался.

— Мой конь…

— Я присмотрю и за ним, — обнадежил его Джон — Где ты его оставил?

Хью стал вспоминать, описывая свои новые экипировку и снаряжение, а также место во дворе замка, где бросил поводья груму… затем он забылся и очнулся от того, что кто-то тормошил его ребра носком ноги. Увидев стоящего над ним сэра Вальтера, полностью одетого, он немедленно сел, извиняясь за то, что проспал и не помог одеться своему хозяину. Однако сэр Вальтер засмеялся.

— Просыпайся, — улыбаясь, сказал он, — ты грезишь воспоминаниями. Роберт и Филипп одели меня, так как они этим занимаются два последних года.

Он снова засмеялся, когда Хью замотал головой, как бы пытаясь освободиться от грез, и продолжил:

— Ты проспал почти целые сутки, и, я думаю, теперь тебе больше хочется есть, чем спать. Пока ты мне не нужен, можешь сам выбирать: либо идти обедать, либо выспаться.

— Я поем, хозяин, спасибо, — ответил Хью.

Он поднялся на колени, стараясь разгладить измятую одежду. Очевидно, Джон дал ему упасть на соломенный тюфяк и набросил подбитый мехом плащ, чтобы было потеплее, не потрудившись его раздеть. Одежда его была расстегнута, он оглядел комнату, в которой спал, отыскивая свой багаж, пока не сообразил, что приехал, ничего с собой не имея. Его взгляду предстало достаточно большое, почти пустое помещение со сводчатым потолком. Недалеко от его тюфяка располагался каменный очаг с дымоходом. Ближе всего к этому камину стояла кровать, немного дальше — другая, около боковой стены — сундук. Хью огляделся, рассеянно подтягивая одной рукой чулки, другой одновременно застегивая мундир. В дальнем конце комнаты, занимая почти всю стену, имелось огромное окно, закрытое ставнями и выделанными кожами, спасающими от, холода.