Сьюзен Джонсон - Пылкий любовник

Венера обернулась, и густая краска залила ее лицо. Джек на секунду замедлил шаги, нахмурился, потом решительно продолжил путь. Подойдя к столу, он поклонился и осуждающе глянул на Пегги. Но та как ни в чём не бывало изобразила на лице удивление и радость и принялась рассказывать, как удачно они сегодня встретились с мисс Дюруа, а потом решили попить чаю. Венера, с пылающими щеками, смотрела в стол перед собой и не вмешивалась.

Джек тоже молчал, ожидая, когда иссякнет сочинительское вдохновение герцогини. Но против воли иногда поглядывал на мисс Дюруа и только дивился тому, как хороша она даже в простом темно-зеленом муслиновом платье.

– Я не хотел ехать, – наконец проговорил он, – но ваш посыльный был очень настойчив, герцогиня. Я, честно сказать, чуть не послал его к черту… Но теперь рад, что смогу составить вам компанию.

Когда Джек уселся рядом, Венера с неожиданным раздражением, даже со злостью, подумала, что от него пахнет женскими духами, и это, видимо, нисколько не смущает его… Ну и пусть! Ей, в конце концов, что за дело? И все же украдкой поглядывала на его чеканный профиль, непринужденную осанку, чувствуя, как жаркая волна рождается в груди и становится трудно дышать.

Герцогиня, спасая положение, без умолку болтала и дошла уже до каких-то своих знакомых, которых даже маркиз никогда в жизни не видел. Тут на террасе появилась Молли и закричала испуганным голосом:

– Миледи, вам письмо! Только что пришло! Принесли с посыльным. Что-то очень срочное!

Для убедительности верная служанка размахивала в воздухе белым конвертом.

– Что это с ней такое? – с хорошо наигранным изумлением обратилась герцогиня непонятно к кому. – Может быть, на самом деле что-то важное? Извините, на минуту оставлю вас…

Джек посмотрел на крестную и мрачно усмехнулся.

– Ты не смейся, лучше поухаживай за мисс Дюруа! Я скоро вернусь!

Тут уж и Венера догадалась, если не обо всем, то о многом. Джек, подливая ей в бокал шампанского, кивнул на герцогиню, торопливо пересекавшую аккуратно подстриженный газон, и спросил:

– Надеюсь, это вы не вместе с Пегги придумали?

Венера, еще больше смутившись, ответила не сразу и довольно сухо:

– Если вам нравится так думать… мне все равно. И шампанского я больше не хочу!

– Прекрасно! Мне больше достанется, – сказал маркиз, опускаясь на стул с бутылкой в руке.

– Тоже чувствуете себя не в своей тарелке? – с немалым удовлетворением в голосе проговорила Венера.

– Самую малость… Пегги здорово все придумала, я ничего не заподозрил. И только когда увидел вас… Ничего, я ей еще устрою!

– Думаете, это поможет?

– Да я шучу! – вдруг рассмеялся он.

– Только ничего не воображайте на мой счет!.. А Пегги я сама скажу, что не стоит терять времени, устраивая наше будущее.

Венера говорила отрывисто, почти зло. Воспоминание о прошлой ночи всколыхнулось в ней, и сейчас она больше всего хотела одного – чтобы этого самоуверенного покорителя женских сердец не было рядом. Он, похоже, чувствовал себя легко и непринужденно. Наверняка уже забыл о том, что произошло между ними прошлой ночью. И с чего ему помнить? Сколько у него впереди таких ночей? Только, слава Богу, не с ней!

– Может, это не такая уж пустая трата времени? – не сразу и не очень уверенно отозвался маркиз.

– Абсолютно, смею вас заверить. – Венера взглянула на него, но тотчас отвела глаза. – Кроме того, я не хочу больше быть предметом для пари.

– Дались вам эти пари! – Джек досадливо повел головой и отпил из бокала. – Я, как и обещал, все отрицаю, если меня спрашивают… А кто захочет домыслить, будет иметь дело с моими секундантами.

– Как благородно! Мне бы надо поблагодарить вас… – Венера пожала плечами. – Только вот этот аромат женских духов, которым вы насквозь пропахли…

Джек на мгновение замер и окинул ее взглядом поверх своего бокала.

– И это вам очень не нравится?

– Не смотрите на меня так, я ни в чем перед вами не провинилась! А запах просто дешевый и неприятный. Как он может кому-то нравиться?

– Я, собственно, поехал туда ради компании…

– Зачем вы мне объясняете?! – вспыхнула Венера. – Какая мне разница, где и с кем вы проводите свое время?

– Почему же вас так раздражает этот запах?

– Потому что он слишком похож на вас! Грубый, нахальный… У вас есть в жизни какие-нибудь интересы, кроме развлечений, маркиз?

– А вот это уже вас точно не касается, – с неожиданной холодностью отозвался Джек.

– Именно! Не знаю, к чему вообще весь этот разговор? Но извините, не я это придумала. Моя бы воля…

– К тому же у меня, похоже, не все в порядке с мозгами, – внятно и раздельно произнес он, перебивая. – Глупость какая-то! Несмотря ни на что, я снова хочу быть с вами… И есть у меня подозрение, – маркиз замолчал и глянул на нее вопросительно, – что вы тоже этого хотите…

– Вот и оставайтесь при ваших подозрениях! А меня оставьте в покое, – отрезала Венера, но щеки ее предательски зарделись.

– Я же не говорю, что мы могли бы. Мы только хотели бы… – Джек снова посмотрел на нее, но уже с другим, непонятным выражением. – И для меня это неожиданное чувство – лишь ненужный груз.

Венера готова была ответить еще резче. Но вдруг ее поразило слово неожиданное… Или нежданное? Слово эхом повторялось в сознании, но его точный смысл не давался, ускользал, наполняя каким-то трепетным ожиданием и все больше раздражая.

– В любом случае – о чем теперь разговаривать?

Взгляд Джека стал пронзительным, маркиз напрягся, словно готовясь к чему-то очень решительному. Слишком часто слышал он эту интонацию в голосе женщин. Чаще всего – невольную. И если сама мисс Дюруа не знала, что означает легкое дрожание голоса, то маркиз понимал прекрасно. Эта женщина, даже не отдавая себе отчета, была готова. Сейчас, сию минуту… Но что будет в следующую? Опять опомнится и с еще большей силой оттолкнет его?.. Для маркиза такие неожиданные перепады женских чувств были в новинку.

– Что-то я вас плохо понимаю. Не потрудитесь объяснить?

– Думаю, вам лучше уйти… – произнесла Венера, снова приглушая голос, так что последнее слово он еле расслышал.

– А может… нам уйти вместе? – неожиданно предложил маркиз, и эти слова будто сами собой сорвались с его губ.

– О чем вы говорите?..

Опять ее голос словно угасал, оставляя за собой пустое пространство. И тот же самый тон. Теперь ошибки быть не могло.

– У меня тут неподалеку… есть домик на реке. – Он говорил медленно, словно вынуждая себя находить оправдание каждому слову. – Простой деревенский дом, никакого особого комфорта… Но там нас никто не найдет.