Патриция Хэган - Вино любви

– Но он знает, что я верну деньги!

– Правление банка сочло, что он проявил к тебе излишнюю снисходительность. Как ты вернешь деньги, не имея источников дохода?

– Но ведь он не потерял работу?

– Нет, Джарвис Бонхэм поручился за тебя.

– Черт его побери! Я не желаю, чтобы он вмешивался в мои дела. Оставьте меня в покое, и убедитесь в этом сами. А теперь уходи!

– Неблагодарная девчонка! Скажи спасибо Джарвису за себя и за Локлера. – Скотт пришел в ярость. – От кого ты постоянно обороняешься? Проклятая война закончилась. А теперь послушай: тебе опасно жить одной, вдали от всех. Многие этим возмущены. Нравится тебе или нет, но люди хотят мира и покоя. Они не одобряют твой выбор твою позицию.

– Пусть лучше никто не лезет в мои дела, в том числе и ты.

Холли протянула руку к ружью, но Скотт опередил ее.

– Вот что, маленькая злючка. Это уединенное место не для женщины, которая раздражает радикалов, желающих изничтожить всех сочувствующих мятежникам. Ты должна отправиться со мной в город и поселиться с матерью. Не накликай беду, Холли!

– Проклятый янки, я раздроблю тебе голову! С какой стати ты приходишь сюда и учишь меня, что делать. Будь живы отец и дед, они расправились бы с тобой! Уж не забыл ли ты, что со мной сделал?

– Перестань, Холли, ты сама этого хотела и, полагаю, получила удовольствие.

Увидев самодовольную улыбку Скотта, она испытала страстное желание влепить ему пощечину.

– Ты обманул меня, и сам это знаешь! Я не была близка ни с одним мужчиной!

– Если бы не я, ты отдалась бы другому, возможно, Нэйлу Дэвису, влюбленному в тебя. Он хотел приехать со мной сюда, но я не разрешил ему.

– Черт подери, убирайся отсюда!

– Я не уйду, пока ты не поймешь, что меня не в чем обвинять. – Он встряхнул ее. – Я бы еще тогда признался тебе во всем, если бы не твое отношение к янки.

– И ты солгал! Иначе я никогда не позволила бы тебе прикоснуться ко мне! – Он ласково провел по ее щеке. – Убери руки, Скотт Колтер, или я убью тебя, клянусь!

– Как много в тебе огня! – Он прижался губами к ее лбу. – Но весь он уходит на ненависть, хотя должен разгораться только в постели…

– Проклятый янки, оставь меня в покое!

В его глазах вспыхнул гнев.

– Я просил тебя выбирать выражения. Будь на твоем месте мужчина, я бы вышиб из него всю дурь! – Он легко перекинул девушку через плечо, внес в дом и огляделся. – А вот и то, что мне нужно – кусок мыла. – Скотт усадил Холли возле ведра с водой, намотал себе на руку ее длинные волосы и намылил ей рот. – Следующий раз в дополнение к этому я выдеру тебя.

Холли, отплевываясь, поднялась.

– Ты, ты… – Она задыхалась от ярости.

Скотт удивленно поднял брови, и ругательства застряли у нее в горле. Не выдержав, девушка разрыдалась и тут же прокляла себя за эту слабость.

– Пожалуйста, уйди из моей жизни! Зачем ты мучаешь меня? Разве тебе мало того, что ты сделал со мной?

Скотт почувствовал угрызения совести.

– Прости меня! Я прискакал сюда предупредить об опасности и вовсе не хотел обижать тебя. Но твоя вспыльчивость вынудила меня дать тебе урок. – Он повернул девушку лицом к себе и прижался подбородком к ее волосам. – Холли, маленькая фея! – Скотт заглянул ей в глаза и тут же прижался к губам девушки, теплым и ищущим. Ощутив вкус мыла, он рассмеялся. – Холли, твои поцелуи должны пахнуть медом, а не мылом!

Их взгляды встретились, и в тот же миг исчезла взаимная враждебность. Они молчали, охваченные страстью.

Холли сделала слабую попытку вырваться из его объятий, но он удержал ее.

– Как жаль, что мы не встретились в другое время и в другом месте, – сказал он.

Их вновь разделила пропасть. Холли покачала головой:

– Я хочу забыть все, что было. Прошу тебя, уйди и не возвращайся.

– Ладно, – со вздохом ответил он, – но если это именно то, что ты хочешь. Если я тебе понадоблюсь, дай знать.

Девушка смотрела ему вслед, едва сдерживая желание вернуть его. Однако она сознавала, что отношения с этим человеком не дадут ей ничего, кроме горечи.

Скотт вскочил на лошадь:

– Узнав, что я собираюсь к тебе, твоя мать попросила передать, что вскоре навестит тебя вместе с Джарвисом. Нэйл тоже наведается сюда, а я не появлюсь до тех пор, пока ты сама не позовешь меня.

Холли вернулась к своим сетям. Ей грозит опасность? Ничего, она справится с этим, умея обращаться с ружьем. Пусть только попробуют ее запугать! Она никогда не покинет хижину! К черту Скотта Колтера! К черту всех, кто встанет на ее пути.

Девушка подняла голову. Теплый ветерок с Миссисипи повеял ей в лицо. Она дала клятву деду и сдержит ее!

По пути в Виксбург Скотт глубоко задумался. Когда же все это кончится? Из–за матери он еще до предательства Марлен настороженно относился к женщинам.

Даже в детстве Скотт понимал, что черноволосая Кэт Колтер с огненными карими глазами – красавица. Он видел, как смотрели на нее мужчины из их маленького городка. Отец боготворил жену и слепо доверял ей.

Вспоминая об этой доверчивости, Скотт испытывал глубокую горечь. Бен Колтер, застав жену в постели с Уэнделом Полтером, помешался от отчаяния. Отправив на тот свет злополучных любовников, он покончил с собой.

В этот трагический момент Скотт вошел в комнату. Когда вслед за тем его сестра умерла от лихорадки, Скотта хотели отправить в приют для сирот, но он сбежал.

Пятнадцать лет он скитался, берясь за любую работу, чтобы спастись от голодной смерти, порой доходил до крайности и даже воровал. Если бы не война, Скотт, вероятно, угодил бы в тюрьму, но он стал солдатом, и у него впервые в жизни появилась цель – дослужиться до чина офицера. Это спасло Скотта.

Затем он встретил Марлен Ренфроу, певицу, выступавшую с концертами в лагерях федералов. Она была прекрасна. К ее тугим крепким ягодицам невольно тянулась рука. Полная грудь жаждала ласки. Глаза светловолосой Марлен сияли, как драгоценные камни. Впервые познав с ней наслаждение, Скотт впал в неистовство.

Да, черт побери, он влюбился в эту суку и даже подумывал о том, чтобы остепениться, построить дом и завести семью. Марлен притворялась, будто любит его, и согласилась на брак.

Скотт глубоко вздохнул. А потом ему открылась правда. В ту ночь они занимались любовью в его палатке. Марлен кричала от страсти, и Скотт закрыл ей рот, боясь, чтобы она не разбудила весь лагерь. Проснувшись ночью, Скотт обнаружил, что Марлен нет в палатке, и пошел искать ее.

Как выяснилось, она отправилась на встречу с вражеским разведчиком.

У него не было времени предаваться отчаянию. Шла война, и долг офицера возобладал над чувствами обманутого любовника.