Хизер Кэлмен - Завтрашние мечты

Пробормотав, что Джейк никогда его не простит, если он позволит его бедной сестренке утонуть в собственных слезах, Сет обнял ее. Ощущая его теплое дыхание на своих волосах, Пенелопа вспомнила нежность, которая когда-то их связывала. На мгновение она отрешилась от ужасной реальности и забылась в его объятиях. Постепенно ее рыдания стали затихать.

Когда слезы совсем прекратились, Сет наклонился к самому уху девушки и прошептал:

— Лучше?

Неожиданная нежность Сета едва не обезоружила Пенелопу. Подавив желание снова расплакаться, она молча кивнула.

— Хорошо. — Он улыбался, когда убирал с ее щеки мокрую прядь волос. — А теперь почему бы тебе не рассказать мне о своей проблеме?

Пенелопа вытерла кончиком платка заплаканные глаза. Все, что ей было нужно, — это время. «Три месяца», — уточнила она про себя после быстрого подсчета.

— Через три месяца истечет срок заключенного здесь контракта. И тогда клянусь, что без возражений поеду домой.

Сет наклонил голову, обдумывая ее слова и продолжая непроизвольно сжимать ее подбородок.

— Один месяц, — наконец решил он. — Я как раз успею закончить здесь все свои дела.

— Лорели! — раздался высокий женский голос, которому вторил мужской.

«О Боже!» — испуганно подумала Пенелопа, узнав голос Адель дю Шарм, хозяйки варьете, и Майлса Прескотта, сына хозяйки и ее компаньона. Только этого не хватало, сейчас и эти двое набросятся на нее с руганью. Скрестив пальцы, она загадала, пусть они не сразу найдут ее, и попросила:

— Шесть недель.

— Лорели! — Голоса неотвратимо приближались.

Пенелопа с отчаянием взглянула вниз. Адель пригрозила сурово наказать ее, если заметит, что она станет заигрывать с каким-нибудь мужчиной. А как иначе назвать то, что она устроилась на коленях Сета? Испугавшись, она попыталась высвободиться из его объятий.

Сет, не обращая внимания на голоса и игнорируя попытки Пенелопы вырваться, собирался было не согласиться с новым сроком. Но едва она умоляюще взглянула на него, как слова застыли у него на губах.

Ох уж эти глаза! Сет невольно застонал про себя. Эти серебристо-зеленые глаза, похожие на покрытые инеем иголки новогодней елки, были такими же притягательными и соблазнительными, как и раньше.

Именно просящее выражение этих глаз заставило его уступить ей.

— Ну, принцесса, ты сама заключила сделку, — прошептал он, в то время как мужчина, в котором он узнал исполнителя главной роли в оперетте, сплюнул и стал решительно подниматься по лестнице.

Остановившись в трех шагах от Сета и Пенелопы, актер поднял кулаки и стал размахивать ими, изображая борца.

— Ты, демон! Сейчас же отпусти Лорели!

Пенелопа подняла глаза к небесам.

— Ради Бога, Майлс! Я в порядке! — воскликнула она, возобновив свои попытки вырваться из крепких объятий Сета.

Без труда прекратив ее попытки, Сет наклонил голову и стал наблюдать за действиями Прескотта. Его движения были какими-то неестественными и напыщенными, словно он репетировал сцену борьбы из дешевой мелодрамы.

Критически поглядев на актера, Сет заметил:

— Я бы посоветовал тебе подучить свою слащавую и слюнявую роль или найти кого-нибудь, чтобы тебе преподали урок.

Майлс изумленно разинул рот, залившая лицо краска проступала сквозь белый грим.

— А ты, ты… — залепетал он.

— Забыл свои слова, что ли? — Сет удивленно выгнул бровь. — Полагаю, тебе нужно посмотреть на Лорели и произнести что-то вроде «Я спасу тебя, нежное создание» или подобную ерунду.

Пухлые губы актера задрожали.

— Ты выродок! — выкрикнул он, но его голос сорвался и прозвучал визгливым фальцетом.

Сет тяжело вздохнул и покачал головой.

— Сопрано? Вряд ли оно подходит для таких слов. Тебе следовало бы понизить голос и произнести слово «выродок» с большей силой.

Тут он взглянул на Пенелопу, которая пыталась сбросить его руку со своей талии.

— Почему бы тебе не показать ему, как это делается, принцесса? Вряд ли кто произносит слово «выродок» лучше тебя!

— Сет! — Пенелопа бросила на него разъяренный взгляд.

— Верная интонация, только слово не то, — отметил Сет и подмигнул, глядя в ее нахмурившееся лицо.

Актер с рычанием ринулся вперед, его темные глаза сверкали от ярости.

— Я должен оказать любезность Денверу и сломать твою шею прямо здесь и немедленно, ты… ты… — Его лицо побледнело, когда он пытался подыскать подходящее оскорбление. Он несколько раз запнулся, пока наконец не выкрикнул: — Ты — похититель невинности!

— Заткнись, Майлс! — скомандовал хриплый женский голос.

Все трое резко обернулись, чтобы посмотреть на сногсшибательную блондинку, остановившуюся у лестницы.

— М-мама, — залепетал Майлс, отступая, как побитая собака.

Оставив без внимания хныканье своего сына, женщина холодно взглянула на Пенелопу.

— Что касается тебя, Лорели, то мы позже поговорим о полном отсутствии у тебя профессионализма. Сейчас, однако, тебе придется закончить представление.

Пенелопа кивнула, во рту у нее вдруг пересохло, и она не смогла вымолвить ни слова. Адель смотрела на нее так, что у Пенелопы мороз пошел по коже. Ее пугали возможные последствия ярости этой женщины.

Торопясь подчиниться ее команде, девушка вновь попыталась выскользнуть из объятий Сета, но он опять удержал ее.

— Пожалуйста, Сет, — прошептала она приглушенным голосом. — Ты обещал дать мне шесть недель, чтобы все уладить. Ты обещал.

Не обращая внимания на ее мольбы и попытки высвободиться, Сет сосредоточенно наблюдал за женщиной, поднимавшейся по лестнице.

Одетая в вечернее платье из дорогого фиолетового шелка, она несла себя так величественно, как королева Виктория, которую он однажды имел честь видеть. Однако в отличие от безыскусной Виктории эта женщина была наделена артистизмом и неотразимой элегантностью, которая помогала скрыть ее возраст. Но секрет был раскрыт в ту самую секунду, когда их взгляды встретились. В светлых и холодных как лед голубых глазах женщины сквозила злобность, которая могла появиться только после долгих лет горьких разочарований и трудной жизни.

Ощутив, как Пенелопа непроизвольно содрогнулась всем телом, Сет крепче прижал ее к груди и заявил:

— Лорели перенесла сильный шок. Я считаю, она закончила выступление сегодня.

Женщина окинула его презрительным взглядом.

— Как ее наниматель я считаю, что она должна продолжить выступление.

— А как твой наниматель, Адель, я считаю, что мисс Лерош должна отдохнуть остаток вечера, — перебил ее появившийся Флойд Темпл.

Адель пренебрежительно взглянула на владельца салона. Она была явно возмущена его вмешательством.