Кристи Келли - В вихре страсти

— Некоторые, но немногие, — согласилась она. — И все же мне не нравится, что люди будут считать меня вашей любовницей. Если об этом станет известно моим друзьям…

— Вы имеете в виду леди Селби, Блэкберн и Кендал?

Она столько раз предостерегала их, призывая не вступать в легкомысленные отношения с мужчинами, и вдруг… Подруги придут в ужас!

— Они не должны узнать о том, что я собираюсь делать.

— Можете не волноваться, — Энтони отвел взгляд, — никто из ваших друзей не общается с теми, кто будет на этом приеме.

— Вы уверены?

— Да.

— Ясно. Но если вы думаете, что я позволю вам хоть малейшую вольность, то глубоко заблуждаетесь.

Он слегка переменился в лице.

— Я и не ждал от вас иного. Это строго деловое предприятие. Но вы должны сознавать — нам придется делить спальню и, скорее всего постель.

Виктория прикрыла глаза. Делить с ним постель будет сложно. Ее сердце отчаянно билось просто оттого, что он находился в комнате. Но пять тысяч фунтов обеспечат детей едой, одеждой и теплом на очень долгое время.

— Я согласна.

— Мы отправляемся в четверг. — Он придирчиво оглядел ее с ног до головы. — Завтра я заеду за вами, и мы купим все необходимое.

Виктория принялась сосредоточенно изучать ковер. Пока у нее нет обещанных денег, она не может позволить себе потратить ни пенни.

— Я не могу…

— Платить буду я. Она медленно кивнула:

— Мне понадобится нанять помощницу, чтобы она присматривала за детьми, пока я не вернусь.

— Все расходы, связанные с вашим отъездом, я беру на себя.

— Прекрасно.

Ей необходимо срочно покинуть этот дом. Сомертон подавляет ее своим присутствием, еще немного — и она просто сойдет с ума. После стольких лет прежние чувства нахлынули на нее с новой силой. Тогда она готова была сделать для него все, что угодно. И сделала.

Вот и сегодня она вновь пошла у него на поводу. Она украла ожерелье? У него нет никаких доказательств. Зато множество людей, даже не знакомых с ней лично, знали о том, какое сострадание она проявляет к сиротам. Ее благородная миссия не осталась незамеченной в этом городе, погрязшем в грехе. Никто не поверил бы повесе и распутнику. Но вместо того чтобы постоять за себя, она безвольно и малодушно сдалась.

Она должна помнить, ради чего согласилась выполнить его просьбу. Он тут вовсе ни при чем. Главное — дети. Она сможет устроить для них настоящее Рождество с подарками и большим праздничным обедом. В сочельник она принесет несколько веточек остролиста и украсит дом. Раньше у нее никогда не хватало на это денег. Но важнее всего то, что обещанная им сумма обеспечит детей едой и теплом на долгое-долгое время.

— Мне пора идти, — наконец промолвила она, встала и направилась к двери.

Он поймал ее за руку до того, как она взялась за дверную ручку.

— Виктория, еще кое-что.

Она глубоко вздохнула и повернулась к нему. Что толку вырываться? Он отпустит ее, когда пожелает.

— Да? — сказала она.

— Я обещаю не трогать вас, когда мы будем наедине. Тем не менее, на публике я вынужден буду прикасаться к вам, чтобы наши отношения выглядели более убедительно. — Он подошел ближе: — Вероятно, мне даже придется делать так.

Она не успела оттолкнуть его. Все произошло слишком быстро. Он притянул ее к себе, наклонился и поцеловал. Ощутив горячее прикосновение его губ, она вдруг поняла, что не желает сопротивляться. Ей хотелось обвить его шею руками и прижаться к нему всем телом. Но она обязана удержаться от этого!

Его язык скользнул по ее губам в поисках намека на возможную уступку. Виктория тихо застонала. Она едва не сдалась под напором охватившего ее желания. Именно так все началось в прошлый раз. Сначала он просто поцеловал ее, а потом… Мучительные воспоминания заставили Викторию вырваться из его объятий.

— Я предупреждал вас, — хрипло вымолвил он. — Привыкайте.

— Не знаю, возможно ли это.

— Вы будете притворяться, что наслаждаетесь моими поцелуями, иначе нам никто не поверит.

Он приподнял ее подбородок и посмотрел на нее. В наступивших сумерках его глаза снова казались темно-зелеными. И он был возмутительно красив. На случай грядущих атак ей придется продумать и выстроить надежную линию обороны.

Виктория отвернулась и шагнула к двери.

— Не беспокойтесь. Я уверена, что смогу сыграть преданную любовницу.

— Помилуйте, какое беспокойство? Я верил в вас с самого начала, ведь вы такая мастерица по части лжи. — Он подошел к двери и оперся рукой о косяк. Затем снял с Виктории очки и поднес к глазам. Посмотрев сквозь стекла, он презрительно рассмеялся: — Так я и думал. Очередная ложь.

Она вырвала очки из его рук и решительно водрузила нанос.

— Вы оставите их дома. Моя любовница не должна выглядеть как убогий «синий чулок».

— Как вам угодно. — Она потянулась к дверной ручке.

— И последнее, — угрожающе произнес он. — Я презираю лжецов. С этой минуты вы будете говорить мне только правду.

Она улыбнулась:

— Вы хотите, чтобы я притворялась вашей любовницей и при этом всегда говорила вам правду? Думаете, такое возможно?

— Я настаиваю на этом. Виктория опустила глаза:

— Как пожелаете, милорд. Но я требую того же от вас.

— Разумеется. — Он повернул ручку и открыл дверь. — Я заеду за вами в полдень.

Энтони неторопливо направился в кабинет, постепенно погружаясь в уныние. Без всяких на то оснований. Очевидно, ставшая уже привычной декабрьская тоска вновь накатывает на него. Сколько ни вспоминай — в декабре с ним никогда не происходило ничего хорошего.

Тем не менее, свидание с мисс Ситон, вопреки ожиданиям, прошло весьма удачно. Впрочем, если бы она вернула ожерелье, он чувствовал бы себя намного счастливее. Но она по-своему права, он понимал это и на ее месте, скорее всего, действовал бы точно так же. Она воспользовалась ситуацией и приобрела возможность влиять на него.

Слава Богу, она не догадалась о самом главном своем преимуществе. Если бы она поняла всю глубину его раскаяния в том, что произошло десять лет назад, тогда, вероятно, извлекла бы из этого немалую выгоду. Он не смог бы отказать ей ни в чем и, полностью был бы у нее в руках. Она никогда не должна узнать, до какой степени он чувствует себя виноватым.

Энтони сел за стол и просмотрел накопившуюся почту. На несколько приглашений он, пожалуй, ответит сам, а на остальное не стоит тратить время.

Он сложил письма в стопку и сверху написал «нет». Хантли отлично справляется с обязанностями секретаря и сможет должным образом ответить вместо хозяина.

— Сэр, — произнес Риз, возникая в дверном проеме. — К вам пожаловала ваша сестра.