Карен Хокинс - Поединок сердец

— Но сейчас она знатная дама до кончиков ногтей!

— Точно, но она ничего не забыла. Она была ткачихой на одной из фабрик герцога. Он взглянул на нее — и надумал ее заполучить. Но даже тогда она была девицей весьма умной и потребовала обручальное кольцо. Значит, герцог на ней женился, и тут же в дом понаехали всякие гувернантки, портнихи да учителя танцев. Целая пропасть народу, чтобы учить ее, как разговаривать, как себя вести.

— Боже правый! А кто-нибудь… кто-нибудь знает об этом?

— Мало кто! Но я-то уверена — это правда, потому что на следующий день горничная ее светлости и так и сяк старалась меня убедить, что выдумала всю историю от начала до конца.

Невозможно представить эту элегантную, высокомерную даму, сидящую во главе обеденного стола, кем-нибудь иным, нежели высокородной герцогиней!

Мьюрин положила щетку в серебряной оправе на туалетный столик.

— Мисс, вы готовы ложиться? Уже поздно. Знаю, вы, должно быть, устали.

Кейтлин забралась в постель и укуталась в теплые одеяла, прислушиваясь, как служанка задула свечи и поворошила угли в камине.

— Спокойной ночи, Мьюрин.

— И вам доброй ночи, мисс. Спите спокойно.

Горничная вышла из комнаты, осторожно притворив за собой дверь.

Кейтлин зевнула, забираясь глубже под ворох одеял. Ее утомленный мозг, однако, так и сяк прокручивал потрясающие новости: герцогиня была когда-то работницей на фабрике, и Александр Маклейн был когда-то любовником герцогини. Стоило Кейтлин представить рыжеволосую красавицу вместе с Маклейном, как у нее болезненно сводило живот. Кейтлин взбила подушку и попыталась думать о чем-нибудь другом. Безуспешно! Конечно, она никак не предполагала, что Маклейн ведет монашеский образ жизни, — он и не скрывал, что является отъявленным повесой. Просто ее воображение никак не желало успокоиться. Кейтлин закрывала глаза — и тут же видела, как темноволосая голова склоняется к бледному прекрасному лицу герцогини и…

К черту! Кейтлин села и принялась взбивать постель кулаками. Матрас комковатый — разве уснешь? Упала на подушки, уставилась в темноту. Если бы можно было стереть возникающие в мозгу картины! У нее нет никаких притязаний на Маклейна и никогда не было. Просто она переутомилась. Да, в этом все дело: она переутомилась. Добавьте сюда удивление от встречи с Маклейном — почему он оказался именно здесь? Неудивительно, что нервы не выдержали.

Кейтлин вздохнула. Жаль, она не захватила книгу из отцовской библиотеки. После потрясений сегодняшнего дня ей долго не уснуть.

Глава 4

Держите в узде свой норов, мои дорогие. Иначе он взнуздает вас.

Кейтлин открыла глаза. В спальне царил полумрак, но сквозь плотные шторы пробивался яркий луч солнца. Она взглянула на часы и быстро села. Ее сон как рукой сняло. Почти десять! Боже, она проспала!

Она хотела было немедленно вставать, но вдруг поняла — в доме ни звука. Улыбнувшись, она снова упала на подушки и уютно устроилась под одеялами. В спальне уже побывала Мьюрин, потому что в камине весело трещал огонь. Она так устала к тому времени, когда ей удалось наконец заснуть, что даже не слышала, как хлопочет служанка.

Как не похоже это было на дом викария, где утренний свет свободно попадал в комнаты сквозь тонкие занавески и будил их обитателей, заставляя приступать к делам с самого рассвета. Это настоящая роскошь — лежать в постели, в теплой спальне, в разгар холодного осеннего утра, нежась под тяжелыми одеялами. Кейтлин улыбнулась и натянула стеганое покрывало до самого подбородка. К роскоши можно быстро привыкнуть. Слишком быстро.

Зевнув, она перекатилась на бок, легла щекой на руку и стала наблюдать, как в единственном луче солнечного света, которому удалось пробиться сквозь шторы, танцуют крошечные золотые пылинки. Три месяца назад у Кейтлин была такая же роскошная постель в доме тетки в Лондоне. А у нее завязался роман с Маклейном, и все ее помыслы были только о нем. Она боялась, что начинает в него влюбляться, и всерьез задумывалась, чувствует ли он то же, что и она. Маклейн в открытую искал ее общества, и Кейтлин не могла забыть, как блестели его глаза, когда она входила в комнату.

Но теперь Кейтлин поняла, что служила ему лишь мимолетной забавой, и ничем больше. Слава Богу, она не сваляла дурака, поведав ему о своих чувствах. Он бы недоверчиво рассмеялся, вот и все.

Она поморщилась. Было больно думать, что Маклейн, совершенно очевидно, зол на нее. Но не может же он возлагать вину за случившееся в Лондоне и последующий затем скандал исключительно на нее? Кейтлин охотно взяла бы на себя часть вины, ведь это она проявила глупую беспечность, — но и Маклейн тоже был хорош. Они оба допустили, чтобы снедающие их страсти пошли наперекор чувству долга и ответственности за честь своих семей. Значит, оба заслужили порицания в равной мере.

Жаль, у них не было времени поговорить об этом, когда все случилось. Родители Кейтлин увезли ее обратно, в сельскую глушь, так поспешно, что она не успела с ним увидеться. А потом ее посадили под замок на три долгих, смертельно тоскливых месяца, когда ей оставались лишь воспоминания и неизвестно откуда возникшее чувство утраты.

И теперь, когда Маклейна не было рядом, она сумела убедить себя, что взаимного притяжения между ними вовсе нет, а то жаркое ощущение, что накатывало на нее каждый раз в его присутствии, всего-навсего плод ее слишком живого воображения.

Однако в тот же миг, когда Александр вошел в гостиную герцогини, Кейтлин поняла, что лгала себе все это время. Она и сейчас неравнодушна к нему, точно так же, как и в Лондоне.

На Кейтлин нахлынули воспоминания. В мозгу вспыхнули томительные видения — вот жаркие губы Маклейна, нашли ее рот, его руки ласкают ее груди и бедра, теплое дыхание щекочет шею… Кейтлин сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться, и усилием воли прогнала видения прочь.

Когда чувство между ней и Маклейном только вспыхнуло, она позволила себе увлечься, отдаться течению страсти, что привело к прискорбным последствиям. Сейчас ока не может позволить себе подобной роскоши. Возможно, это к лучшему, что Маклейн забыл об их сумасшедшем флирте, потому что она вовсе не была уверена, что может сказать о себе то же самое.

Сев в постели, Кейтлин простонала:

— Забудь его! Что тебе действительно нужно, так это поесть.

Сбросив одеяло, она спустила ноги на пол и тут на столике возле камина заметила изящный поднос с чайником. К сожалению, пирожные к чаю не предлагались.