Вирджиния Хенли - Без маски

В тот вечер Монтгомери долго сидел за столом в своем кабинете, пытаясь заставить себя составить рапорт генералу Джорджу Монку, как они и договорились. Ему претило помогать врагу, пусть даже этот враг мог в дальнейшем стать союзником. Наконец он заставил себя взяться за перо и написал всю правду о том, что видел и слышал в Лондоне за прошедшие несколько дней.

После этого Грейстила охватило необоримое желание написать письмо Карлу II и сообщить, что Кромвель опасно болен. Он хотел, чтобы король знал о том, что жители Лондона устали от пуританской диктатуры, а некоторые из них даже высказывались в пользу восстановления монархии. Но, поразмыслив, он решил, что с письмом королю спешить не следует, чтобы не внушать ему, возможно, ложные надежды.

Внимательно перечитав письмо, написанное Монку, он запечатал его и запер в ящике стола. После чего поднялся на ноги и долго расхаживал по комнате, обдумывая свои дальнейшие действия.

Велвет рассматривала свое отражение в зеркале. Хотя большинство молодых женщин ее круга сказали бы, что серенькое суконное платьице с белым воротничком и манжетами ее простит, она все равно чувствовала себя почти счастливой. Ведь платье было совершенно новым и прекрасно на ней сидело.

Взяв с туалетного столика серебряную щетку для волос, Велвет тщательно расчесала свои золотистые волосы, после чего надела белоснежный льняной чепец и сбежала по лестнице в столовую. Там ее уже дожидалась Кристин, не любившая завтракать в одиночестве.

— Доброе утро, дорогая! Ты чудесно выглядишь! — воскликнула пожилая графиня. Внимательно посмотрев на девушку, она продолжала: — Велвет, у тебя удивительный цвет лица. Ты как будто вся светишься изнутри. В чем твой секрет?

Девушка вспыхнула и в смущении пробормотала:

— Простоя пользуюсь холодной водой для умывания, вот и все. Правда, мама говорила мне, что для кожи хорош глицерин с добавлением розовой воды. Но ничего этого у меня нет, хотя я и не прочь попробовать.

Старуха весело рассмеялась.

— Что ж, дорогая, у меня есть и глицерин, и сад, где в изобилии растут розы. Можешь пойти туда и набрать столько цветов, сколько тебе нужно.

— О, благодарю вас… — Велвет вытерла губы и положила салфетку на стол.

Кристин же, внимательно наблюдавшая за ней, со вздохом подумала: «О Господи, она выглядит так, будто ей предложили бриллианты из королевской короны…»

Монтгомери выяснил, что вдовствующая графиня Девоншир ныне обитала в огромном особняке неподалеку от ворот в Бишопсгейт. Остановившись у дома старухи, он передал свою лошадь груму, стоявшему у ворот конюшни, и направился к парадному входу. Поднявшись по широким ступеням, сказал дворецкому:

— Я хотел бы засвидетельствовать свое почтение вдовствующей графине, если она, конечно, принимает. Вот моя визитная карточка.

— Да, милорд. Сюда, пожалуйста.

Дворецкий провел его в библиотеку, куда минуты через две вошла вдовствующая графиня.

Пожилая дама окинула посетителя оценивающим взглядом. Гость произвел на нее самое благоприятное впечатление. По ее мнению, это был, что называется, настоящий мужчина с сильным, властным характером, а ей такие нравились. Она посмотрела на его карточку.

— Лорд Монтгомери?

— Да, миледи. Мой отец — граф Александр Эглинтон. Я приехал, чтобы расплатиться с вашим управляющим за приобретенных у вас недавно овец.

— Если мне не изменяет память, вы, Роберт, в свое время служили в роялистской армии в звании капитана, не так ли? Ах, у меня всегда была слабость к военным…

В этот момент в библиотеку вошла Велвет, разглядывавшая содержимое корзины с цветами, которую держала в руках.

— Такая жалость, Кристин, что на некоторых кремовых розах есть черные крапинки, похожие на пятнышки сажи… — Тут девушка подняла голову и, увидев, что у хозяйки гость, пробормотала: — Ах, прошу извинить за вторжение…

В следующее мгновение она внимательно посмотрела на стоявшего перед ней посетителя, высокого и широкоплечего, с военной выправкой… Но более всего ее поразило смуглое лицо с резкими чертами, а такой же пронзительный взгляд серых глаз. И как только она всмотрелась в эти глаза… Велвет вдруг поняла, что еще никогда не видела такого привлекательного мужчину.

— Велвет, дорогая, позволь представить тебе капитана Роберта Монтгомери, — сказала старая графиня.

— Велвет?.. — Темные брови сошлись на переносице.

— Грейстил?.. — пробормотала девушка, и ее изумрудные глаза широко раскрылись.

Глава 4

— О, ну конечно! — радостно воскликнула Кристин; она наконец-то поняла, почему имя молодого человека показалось ей знакомым. — Это же Грейстил Монтгомери, твой суженый, не так ли?

— Ничего подобного.

Велвет густо покраснела и потупилась.

— О, ведь это было много лет назад. Тебе тогда едва исполнилось семь, так что, возможно, ты забыла, — высказала предположение Кристин.

— Да, я забыла.

Девушка по-прежнему смотрела в пол.

«Нет, я ничего не забыла. Хотя бы потому, что именно в тот день решила назваться Велвет. Именно в тот день я поняла, что люблю Чарлза. А тебя, Грейстил, заставили обручиться со мной из-за моего богатства, и ты возненавидел меня за это. Хотя я уже лишилась своего состояния, ты по-прежнему ненавидишь меня, и тебе не хочется вспоминать о нашей помолвке».

— Возможно, вы действительно забыли меня, мистрис Кавендиш. Я был тогда тринадцатилетним юнцом, и с тех пор моя внешность сильно изменилась.

Велвет окинула его высокомерным взглядом — и вдруг в ужасе поняла, что ее влечет к этому мужчине. В нем почти ничего не осталось от прежнего долговязого и нескладного юнца, но пронзительный взгляд серых глаз был такой же, как прежде; казалось, эти глаза смотрели ей прямо в душу. И конечно же, этот самоуверенный дьявол прекрасно знал, что она притворяется и на самом деле помнит его.

Судорожно сглотнув, Велвет проговорила:

— Я уверена, что после всех этих лет граф Эглинтон считает помолвку недействительной. Мой отец, впрочем, тоже.

— Мало ли что они считают, — процедил Грейстил сквозь зубы. — Это мне решать — действительна она или нет.

— Вы, должно быть, с ума сошли! — выпалила Велвет.

— Прошу вас, милорд, простите ее, — поспешно вмешалась старая графиня. — Поверьте, она не хотела грубить вам.

— Напротив, очень хотела, — возразил Роберт. — Более того, она была бы не прочь проткнуть меня моим же мечом, но не отваживается.

— Вы просто читаете мои мысли, — с язвительной улыбкой сказала Велвет.

Кристин с любопытством посматривала на молодых людей, казалось бы, враждебно настроенных по отношению друг к другу. Но при этом было совершенно очевидно, что их невольно влекло друг к другу — в том не было ни малейшего сомнения.