Вирджиния Хенли - Без маски

— Нет, не в этом дело. Просто если мальчик родится в апреле, то у меня на руках будут двое мужчин со знаком Овна. А Овны славятся своим стремлением контролировать всех и вся.

— А что, если у тебя родится такая же ведьмочка, как ты сама? — спросил Грейстил.

— Ну, тогда я назову ее Пейсли.

— Так звали мою мать! — радостно воскликнул граф. — Ты замечательно придумала, Велвет.

— Просто мне очень нравятся красивые имена, — ответила Велвет. Она поднялась из-за стола. — Прошу меня извинить, но я должна покинуть вас, чтобы написать письмо одной важной персоне, к которой испытываю самые дружеские чувства. — Она одарила мужа насмешливым взглядом. — Любяще-дружеские, если можно так выразиться.

Грейстил последовал за ней, а когда она уселась за письменный стол, внезапно сказал:

— Пожалуй, я выйду, чтобы не мешать вам, леди Монтгомери.

Велвет молча кивнула, когда же, дописав послание королю, она уже приготовилась посыпать его песком, за окном раздался стук колес подъезжавшего к дому экипажа. Велвет подбежала к окну.

— Ах, это Кристин! — закричала она, бросившись к лестнице. — Грейстил, ты что, так и не написал ей?!

— Конечно, написал. И пригласил посетить нас.

Женщины долго обнимались и радостно щебетали, рассматривая друг друга. Потом Кристин, ненадолго задумавшись, спросила:

— А что ты наденешь на коронацию?

— Я не поеду на коронацию, — ответила Велвет. — Мне нужно сделать кое-что другое… Например — произвести на свет следующего графа Эглинтона.

— Дорогая, скорее всего ты родишь лишь на следующий месяц после коронации. Во всяком случае, король Карл надеется увидеть на торжествах вас обоих.

— Полагаю, король Карл вполне способен возложить на себя корону Англии без того, чтобы мы держали его за руки. У нас с Грейстилом своя собственная жизнь. К тому же у нас много хозяйственных забот. Прежде всего надо перегнать всех наших лошадей в Болсовер, где мы намереваемся провести Рождество и всю весну. И вообще мы хотим, чтобы наш ребенок родился в замке.

Последние слова Велвет явно озадачили вдовствующую графиню.

— Неужели ты хочешь сказать, что не собираешься возвращаться в Уайтхолл до тех пор, пока Екатерина Браганса не станет королевой Англии?

— Я вообще не собираюсь туда возвращаться, если не считать возможных случайных визитов, — заявила Велвет. — Я только что написала Чарлзу письмо, в котором отклонила его предложение стать главной фрейлиной опочивальни ее величества.

— Ты шутишь, дорогая?

— Нет, я говорю совершенно серьезно. Я уже все обдумала.

— Как же ты будешь жить без интриг и сплетен?

— Положусь в этом смысле на вас, Кристин, ведь вы всегда все знаете.

— Твои слова напомнили мне о том, что Джеймс, герцог Йорк, который, по слухам, тайно обвенчался с Анной Хайд, требует теперь от нее развода!

— Распутная свинья! — закричала Велвет. Немного помолчав, она со вздохом добавила: — Между прочим, никакой это не слух. Я сама была в королевской часовне, когда Джеймс и Анна сочетались там узами брака. Кстати, при этом присутствовал и Чарлз. Я также находилась рядом с бедняжкой Анной, когда у нее начались спазмы из-за выкидыша. Стало быть, этот сукин сын Джеймс, узнав, что ребенка не будет, требует развода? Похоже, мне придется добавить к своему письму постскриптум с предложением выступить в роли свидетельницы, если Чарлзу будет угодно, чтобы я подтвердила законность этого брака.

Ошеломленный словами жены, лорд Монтгомери смотрел на нее, не произнося ни слова. «Неужели Велвет действительно готова оставить блестящую жизнь при дворе?» — спрашивал он себя. Перехватив взгляд мужа, Велвет лукаво улыбнулась и, обратившись к Кристин, заявила:

— Полагаю, я буду очень занята в качестве главной фрейлины спальни лорда Монтгомери. Потому что этот мужчина просто ненасытен!

Примечания

1

Стил (Steel) — сталь (англ.).

2

Король (лат.).