Виктория Джоунс - Поединок ревнивцев

– Бетти, детка, но, возможно, стрела предназначалась тебе! – вдруг ужаснулась леди Мэрион. – Дорогая моя, тебе придется не выезжать. По крайней мере, до ярмарки или приезда лорда Ноттингема! И надо сказать отцу, чтобы он поторопился с венчанием!

– Мама! Мама! О чем ты?! Мэтью погиб! И сейчас ты можешь думать о моей свадьбе?! Это же невозможно! Как я смогу предаваться любовным утехам в постели мужа, когда убит мой брат?! – Бетти была возмущена странной предусмотрительностью матери. – По-моему, сейчас не стоит спешить с моим замужеством!

– Ты не права, Бетти! Как раз есть необходимость поторопиться с венчанием! Не может же отец или лорд Эдвард охранять тебя и ночью! Надеюсь, после похорон Мэтью мы обсудим сложившуюся ситуацию! – леди Мэрион поправила черный кружевной шарф, накинутый на ее золотистые волосы, и предложила: – Тебе надо пообедать, Бетти! А потом посидеть в зале у гроба покойного, чтобы помолиться за его душу!

– Я не хочу есть! – Бетти тряхнула колокольчик – Да где же эта Марта?! Почему она не несет воду! Мне необходимо умыться! Я не могу спуститься в зал с таким лицом! Скоро на траурную церемонию начнут съезжаться соседи, и нам придется встречать всех, кто явится порадоваться нашему горю, мама!

– Не злись, Бетти! Никто из наших друзей не желает нам зла!

– Теперь я ни в чем не была бы уверена на твоем месте, мамочка! Ни в чем! Возможно, Мэтью убил кто-то из людей Ноттингема! Из ревности! Или боязни, что лорду придется подыскивать новую невесту! Он ведь не только богатства жаждет! Судя по всему, ему нужна леди богатая и невинная! Я слышала, что в Париже и Лондоне с этим туговато! Где искать девственность и целомудрие, как не в нашей глуши! – от горя Бетти не контролировала себя и выплеснула матери все накопившееся зло на будущего жениха, не особо выбирая выражения.

– Бетти, ты – знатная леди, тебе не пристало рассуждать столь грубо и цинично! – леди Мэрион с неподдельным ужасом смотрела на свою дочь. – До чего же ты не похожа на обычную девушку, Бетти! Рассуждаешь так непристойно о таких деликатных вещах, будто мечом машешь направо и налево!

– А Вы настолько стыдливы и стеснительны, леди Мэрион, что не удосужились даже по приезде поговорить о том, что ожидает меня в замужестве! Например, о том, что будет делать со мной муж, и как мне себя вести с ним в первую брачную ночь! Да если бы не Анна, я до сих пор не знала бы ничего о том, что творится с моим телом! И почему у меня появляются странные желания! Отчего я мучаюсь и стыжусь собственных сновидений!

– Бетти! – только и смогла простонать леди Мэрион, продолжая со страхом смотреть на дочь.

От подобной откровенности дочери леди Стэнли буквально потеряла дар речи и теперь только беззвучно открывала и закрывала рот, потихоньку пятясь к двери. Уже у порога она столкнулась со служанкой, несущей кувшин с водой для умывания.

– Осторожнее, мама! Не споткнись о порог!.. Я скоро спущусь в зал!.. Марта, наконец-то!

Тщательно умывая раскрасневшееся лицо, Бетти неожиданно пообещала служанке:

– Однажды я все-таки узнаю, Марта, кто и зачем убил Мэтью!

Глава 3

Когда леди Мэрион, обиженная дочерью, скрылась за дверью, Элизабет словно очнулась. Она не понимала, что с ней происходит. Зачем она поссорилась с матерью, когда в доме и так полно горя? Зачем наговорила столько всего? И зачем так запоздало раскаивается? Пожалуй, надо следить за собой и не делать того, за что после становится стыдно, досадно и неуютно на душе!

– Марта, скажи, – Бетти испытывающе посмотрела на служанку. – А тебе и остальным слугам нравится новый хозяин и этот его управляющий? – и, видя, что девушка замялась, Бетти успокоила: – Отвечай, не стесняйся! Никто не узнает! Слово чести, Марта!

– Хозяина мы еще не видели, миледи! Но управляющий не очень понравился крестьянам и ремесленникам! Он приказал собрать всем к первому числу следующего месяца полный налог. Раньше деньги в королевскую казну выплачивал сам лорд Эдвард Стэнли, зная, что деревня не очень богатая, и каждая золотая монета дается тяжким трудом! А уже остальное мы собирали сами. Но теперь доверенные люди нового хозяина требуют к натуральным выплатам прибавить и денежный налог. Да еще и увеличили его… Моим родителям придется отдать все, что они собрали мне в приданое! А кто меня возьмет без денег, леди Элизабет? К тому же я такая некрасивая! Придется мне вековать в девках!

– Ты огорчена, Марта? Потому что хочешь выйти замуж? И есть за кого? – заинтересовалась Бетти, с любопытством поглядывая на расстроенную служанку. – Быть может, тебе стоит поехать со мной, возможно, на год-полтора к Ноттингему?

– Я там буду совсем чужая, леди! А вот сын деревенского лавочника Майкл Харви может и согласился бы стать моим мужем! Но ему нужны деньги, чтобы начать свое дело! И без приданого я ему вряд ли нужна! Теперь он найдет другую девушку, хотя знает, что я очень выносливая и сильная! И так же, как мама, нарожаю много здоровых детей! – Марта рассказывала о своих переживаниях с такой горячностью и гордостью, что Бетти прониклась к этой простушке самым искренним сочувствием.

– Марта, я хочу, чтобы ты и дальше прислуживала мне. Хотя бы год, пока я освоюсь с жизнью в замке лорда Гарольда Ноттингема! Ты ведь никогда не предашь меня, Марта?.. За это я дам тебе очень хорошее приданое. Ты ведь свободна и можешь выбирать, где жить? Впрочем, посоветуйся с родителями, Марта, я тебя не тороплю, – Бетти заметила, что служанка призадумалась над ее предложением, и ей стало немного спокойнее на душе.

Бетти боялась оказаться в малознакомом доме Ноттингема, словно в западне, опасалась стать подневольным существом при чужих и, как ей казалось, враждебно настроенных людях.

– Вы, похоже, не спешите идти в зал, леди Элизабет? – вернула Марта к реальности свою хозяйку. И Бетти поняла, что девушка довольно проницательна. – Идите, не надо бояться мертвого сэра Мэтью! Он Вас любил, и душа его не желает и не сделает Вам ничего дурного!.. А мне нужно прибрать в Вашей комнате и помочь на кухне. Скорбящих собирается много, и всех надо накормить после погребения усопшего, леди Элизабет.

Бетти медленно спускалась по лестнице, ярко освещенной смоляными факелами. У нее было чувство, что все обитатели замка напуганы до такой степени, что боятся даже полумрака, будто смерть затаилась в каждом неосвещенном углу.

В теплом воздухе зала, переполненного скорбящими родственниками и знакомыми, стоял непривычный сладковатый запах. Мэтью лежал в гробу на высоком постаменте, бледный, сосредоточенный и очень серьезный, будто в отличие от живых познал что-то очень важное и значительное. Его темные брови были удивленно приподняты, словно нечто, увиденное в последнее мгновение жизни, сильно изумило его своей, нереальностью… Возможно, он увидел своего убийцу? И был ошеломлен этим!