Персия Вулли - Гвиневера. Дитя северной весны

— Королева-мать уверена, что ты не станешь сердиться. Давай забудем это недоразумение. Теперь, когда мужчины ушли на войну, у нас наконец есть возможность познакомиться поближе, как и подобает сестрам. Я уже много месяцев пытаюсь встретиться с тобой, но всегда что-то мешало.

Моргана сделала знак девушкам в белых одеяниях, и те исчезли из комнаты, а она за руку подвела меня к окну, где стояли пяльцы. На раму был натянут кусок чистого полотна, и она показала на корзинку, где в беспорядке лежали мотки ярких ниток.

— Если бы я знала, что застряну в Саруме надолго, то привезла бы с собой работу из дома. Ну, а раз так получилось, пришлось посылать гонцов по рынкам, чтобы купить хоть какой-нибудь шелк. Вышивка — одно из немногих домашних дел, которые меня действительно успокаивают.

Я подумала о ножнах, сделанных ею для Эскалибура, и одобрительно кивнула. Умение Морганы было воистину волшебным.

— Ты, должно быть, ловко обращаешься с иглой, — продолжила она. — Плащ, в котором уезжал Артур, вряд ли пошит обычной швеей.

Мне было приятно ее замечание, и я улыбнулась, радуясь, что мы нашли общую тему для разговора.

Мы сели у окна, и Моргана взялась за свое вышивание, а я исподтишка рассматривала ее. Энергия, делавшая мою золовку таким грозным противником, превращала ее и в очаровательную собеседницу, и казалось, что она искренне старается забыть наш разлад.

Разговор вертелся вокруг стежков и узоров, пряжи, цветов и составов красок, а ее ловкая игла тем временем работала неустанно.

— Дома у меня очень много красок, — призналась она. — Я даже научилась получать королевский пурпурный цвет из нортумбрийских улиток. Ты же знаешь, этот цвет весьма редкий и получить его трудно. Большинство людей не связывают святилище с умением составлять краски, — добавила она небрежно. — Мы больше известны как лечебный и духовный центр.

Я смутилась при упоминании о Черном озере, испугавшись, что разговор может зайти о нашей первой встрече.

— И, конечно, школа, основанная Вивиан, заслуженно знаменита, — продолжала Моргана, умело ссучивая пальцами синюю нитку. — Наши первые студенты уже достаточно взрослые и готовы выйти в мир. Все они прекрасные молодые люди.

Она взглянула на меня, и я нервно улыбнулась. Ничто в ее поведении не выдавало гнева по поводу отказа моих родителей отпустить меня в ее школу. Может быть, Катбад не рассказал ей об этом?

От неловкости у меня вспотели ладони. Как бы узнать, что ей известно, не испортив с ней отношения?

— Там есть девушки? — спросила я, гадая, кто из нас сейчас кошка, а кто мышка.

— Нет и, думаю, никогда не было. Сначала Вивиан хотела набрать больше учеников, но я предпочла качество количеству.

В ее голосе зазвучало раздражение, как будто ей не нравилось, что Вивиан была первой. Возможно, этим и объяснялось ее чрезмерное рвение при исполнении обязанностей верховной жрицы.

— Иногда к нам забредают местные ребятишки, — продолжила она, яростно дергая узелок на нитке.

У меня перехватило дыхание, и я сидела тихо, уверенная, что она намекает на нашу встречу у озера.

— Но их достаточно легко отпугнуть. — Моргана пожала плечами. — В конце концов, нельзя же позволить им бродить вокруг святилища, когда захочется… это может плохо подействовать на учеников, и кто знает, какие неверные представления и россказни они увезут с собой домой?

Резким рывком она развязала узел на шелковой нитке, и мое напряжение улеглось. Оказывается, я все эти годы боялась вспоминать о событии, которое для Владычицы было настолько обычным, что она даже не признала во мне одну из тех детей. Это выглядело неправдоподобно забавным, и мне стало ужасно смешно.

В какой-то момент мне захотелось рассказать Моргане о давней встрече в лесу, но воспоминание о ее вчерашнем гневе остановило меня. Поведение жрицы накануне нельзя было назвать фантазиями провинившейся девочки. Поэтому я подавила радостный смешок и предоставила Моргане возможность вести разговор так, как она пожелает, убежденная в том, что теперь ничто не помешает моей дружбе с золовкой.

Вернувшись домой в приподнятом и бодром настроении, я обнаружила, что узлы и корзинки сложены за дверью.

— Бедивер приказал, — немногословно объявила Винни с мученическим лицом. — Он говорит, что будет проще присматривать за всеми тремя королевами, если они будут жить под одной крышей в главном доме.

Я кивнула, подумав о том, что это, конечно, разумная мера предосторожности, однако несколько рискованная, если принять во внимание столь разные характеры.

Винни неожиданно очень понравилось новое место, отвечающее ее представлению о «женской половине», которая, как она считала, полагалась любому приличному двору.

Каждая из нас заняла по комнате, и теперь мы могли есть вместе или отдельно, в зависимости от желания, а мне стало проще заходить к Игрейне, когда королеве-матери хотелось повидать меня.

Нимю переехала вместе с нами, и собаки тоже, хотя Бедивер сказал, что одна из местных девушек, работавшая на кухне, вызвалась приглядывать за ними. Эта девушка оказалась Фридой, и я в шутку предположила, что, ухаживая за щенками, она сможет поддерживать отношения с Грифлетом.

— Ну, — ответила саксонка тягуче и с резким акцентом, — пока мы оба играли и возились с ними, собаки привыкли ко мне, и, кроме того, мне они вообще нравятся. И если, — добавила она серьезно, — Грифлет собирается стать воином, мне придется доказать ему, что я способна на большее, чем быть просто судомойкой.

Я подозревала, что богиня сплетает нити их судеб, как проделала это с Мерлином и Нимю.

Жизнь в Саруме текла спокойно и беззаботно; каждый старался не мешать остальным. Моргана и Нимю полностью избегали одна другую, и, хотя я навещала Игрейну каждый день, две жрицы, казалось, чередовали вечера, проводимые в нашем обществе. Компаньонка Игрейны Эттарда всегда была с ней, наблюдая и слушая, но не произнося ни слова. Я уже начала гадать, не слабоумна ли она.

Спустя две недели пришло известие, что вторжение оказалось гораздо серьезнее, чем ожидал Артур, и главное сражение разыгралось около Каэрлеона, недалеко от реки Аск. В этом городе Артур получил христианскую корону, и казалось обидным, что он вынужден восстанавливать свое королевское право там же, где и четыре года назад.

Сам верховный король ранен не был, хотя многие с обеих сторон были убиты или покалечены. Похоже, что переметнувшихся к ирландцам придется гнать от королевства к королевству, поэтому нам надлежало оставаться в Саруме до конца лета.

Я вздыхала, опечаленная тем, что Артуру пришлось преследовать ирландцев вместо того, чтобы вернуться в семью, тем более что после нашей первой близости я не забеременела.