Барбара Эрскин - Дитя Феникса. Часть 2

– С ней все будет в порядке, просто она очень устала. Ты повидаешься с ней позже. – Они оба понимали, что не было нужды бежать наверх и смотреть на ребенка – дочь могла подождать.

– Мне очень жаль, – она склонила голову, пораженная. – Я была так уверена, что твой сын будет продолжателем королевского рода.

Роберт улыбнулся.

– Я сам продолжатель королевского рода. – Он устало поднялся. – Не вините себя. Я готов ждать, пока свершится судьба. У нас будут еще дети.

– Надеюсь, – грустно сказала она.

Он нахмурился.

– Что-то не так?..

– Нет! Нет! – Волна тяжелой печали прошла так же быстро, как нахлынула. – Нет, я просто очень устала, и все. Прости меня, Роберт, я пойду отдохну. Я уже слишком стара, чтобы не спать всю ночь. – Она улыбнулась ему. – С Изабеллой все хорошо, и с ребенком тоже. Как ты назовешь ее?

– Марджори. В честь моей матери.

– Да хранит тебя Господь, мой дорогой. – На секунду она коснулась рукой его щеки, а затем пошла в свою спальню.

На следующий вечер Роберт и Элейн ужинали одни за высоким столом. Отца Гиллеспи куда-то вызвали, управляющие объезжали поместья Гариока, прислуга Элейн ужинала в дальнем углу стола, а Мэри и Кирсти были с Изабеллой. Первый раз Элейн и Роберту представилась возможность поговорить наедине.

– У тебя есть новости о том, что происходит на юге? – Весь день ей хотелось поговорить о войне и Дональде.

Роберт кивнул, отхлебнув вина.

– Гратни сейчас у короля Эдварда; он подал ему прошение об освобождении Дональда. Всех знатных пленников отправили на юг. В Честер или в Тауэр. – Он заметил, что его слова испугали ее. – Не волнуйтесь, с ним будет все в порядке. С пленными хорошо обращаются. Меня беспокоит другое: что теперь Эдвард будет делать с Шотландией, когда наш благороднейший король Джон отрекся, как последний дурак. – Его речь была полна презрения к человеку, который после разгрома попал в плен и лишился короны.

– Ты, как и я, ждешь самого худшего от нашего скверного соседа. – Элейн склонилась вперед, поставив локти на стол. – Когда ты начнешь действовать, Роберт? Страна ждет, когда власть перейдет к вам.

За год до этого, в Прощеное воскресенье, 31 марта, ее старый друг и племянник Роберт Брюс, лорд Аннандейл, умер, завещав корону молодому Роберту. Потеря этого человека была невосполнимой утратой для Элейн, как и для всех последователей Брюсов.

Роберт ответил не сразу.

– А что я могу сделать? Мой отец не будет сражаться, хотя наследник и первый претендент на трон все еще он, а не я. Как бы дед ни хотел этого, он не мог вот так просто сбросить со счетов отца, и я боюсь, что должен буду ждать. Я не поддержу ни Джона Баллиоля, ни Коминов, а пока буду ждать. И поскольку мир для меня разделился на черное и белое, я буду создавать видимость того, что поддерживаю Эдварда. До поры. – Он усмехнулся. – Мы-то с вами знаем, что это такое.

– Будь осторожен. – Она улыбнулась: на нее, как всегда, действовало очарование юноши. – Ты ведешь опасную игру.

– Я знаю. – Он дотянулся до вина и наполнил ей кубок. – Мой дедушка любил это, и я тоже люблю. Я буду играть и рисковать, но я выиграю. Пусть это даже займет много времени, но я получу главный приз.

– Я тебе верю. – Она заколебалась, затем повернулась к нему снова. – Скажи мне, Роберт, раз уж мы так откровенны друг с другом и вместе пьем вино. Ты изменяешь моей дочери? – Задав вопрос, она изучала его профиль, почувствовав внезапное напряжение.

Тишина длилась слишком долго.

– Я люблю свою жену. И я верен ей, как подобает мужу и рыцарю.

– А если бы ты не был мужем и рыцарем? Что тогда?

– Ничего. Эта леди тоже замужем.

– Ясно. – Элейн лениво посмотрела на кусок хлеба, лежавший перед маленьким ножом с костяной рукояткой, подавив свой гнев и разочарование в Роберте. – Спасибо за то, что был откровенен со мной. Ты без памяти влюблен в эту леди?

– Нет. – Он осушил свой кубок и покачал головой. – Нет, я знаю, что это безумие. Она приносит беду, только беду всем, кто с ней рядом. Даже когда я рядом с ней… – Тут он осекся.

– А эта женщина знает о твоих чувствах? – не отступала Элейн.

Он кивнул.

– Но ты никогда не изменишь Изабелле. – Это был скорее приказ, чем вопрос.

Он покачат головой.

– Я люблю Изабеллу и никогда не причиню ей боль, никогда. – Вдруг он нахмурился. – Но это же не Изабелла вам сказала?

– Как бы ты ни прятал свои чувства, твои слуги все заметили. А ты думал, что они будут держать твой секрет в тайне? – Ее голос был хриплым.

Роберт устало закрыл глаза.

– Я думал, они будут держать это в тайне, ведь здесь и нечего было рассказывать, – обескураженно вымолвил он. – Мне очень жаль, и лучше бы, чтобы это никогда не случилось. Меньше всего мне хотелось бы расстраивать Изабеллу. Вы должны мне верить. Она сказала вам, кто эта женщина?

– Нет, я не хочу даже знать, кто она. Я думаю, что Изабелла тоже не знает, – сказала Элейн уже мягче. – Если даже она и подозревает кого-то, то мне не сказала.

Он вздохнул с облегчением.

– Я сам ей скажу. И еще скажу, что эта женщина и я – мы не свободны, и мы не можем снова быть вместе.

Элейн подняла бровь.

– Да, сделай это, – сказала она.

Через неделю он уехал из Килдрамми. Ни она, ни Роберт больше не возобновляли этого разговора снова, но из того нарочитого обожания, которое Роберт выказывал к жене, она убедилась, что он сдержал слово. На прощание она тепло поцеловала его, посмотрела, как он поцеловал Изабеллу и маленькую Марджори, у которой уже были яркие рыжие волосы, как у ее бабушки, и такой же темперамент.

Кирсти наблюдала, как уезжает брат, затем повернулась к свекрови и взяла ее за руки.

– Что это, мама? Что не так?

– Почему что-то должно быть не так, дитя мое?

– Я не знаю, просто чувствую что-то, – пожала плечами Кирсти, – и это касается Роберта.

Элейн выглядела озадаченно.

– Я ошиблась насчет него. Я сказала ему, что у него будет сын. Все мои предсказания, все указывало на то, что этот ребенок будет наследником престола… – Ее голос затих. – Мои силы никогда не были особо велики. А теперь, по-моему, они и вовсе оставили меня. – Она гневно сжала губы. – Я ничего не вижу, Кирсти, ни твоего отца, ни Сэнди, как бы я ни старалась. Я вижу только бедствия для Шотландии. – Ее передернуло. – Я слишком стара и зажилась на свете.

– Это неправда, мама. – Кирсти мягко взяла ее руку. – Я хочу вас кое о чем попросить Я хочу, чтобы вы поехали со мной в Гариок. У меня есть план, который я хочу обсудить с вами.

– Мне надо остаться с Изабеллой.

– В этом нет нужды. Она отпустит вас на пару дней. – Кирсти умоляюще посмотрела на нее. – Вам нужно проехаться верхом так же, как и мне. Тут слишком душно, и все слишком много сплетничают. А подняться на холмы и поехать в Беннахи и вверх к Драмдарно будет полезно нам обеим.