Барбара Эрскин - Дитя Феникса. Часть 2

Дональд поднял бровь.

– Королю Англии Эдварду это не понравится!

– Да, не понравится. – Старик поцокал языком и склонил голову набок. – Мой внук, Роб, совсем уже взрослый мужчина. Не назначить ли нам сейчас день его свадьбы? Ваша Изабелла, должно быть, уже и не надеется, что он вырастет из своих игрушек. – Он запрокинул голову и расхохотался.

Элейн неодобрительно покачала головой.

– Думаю, тебе будет приятно узнать, что молодые люди уже решили, что готовы к свадьбе, – радостно сказала она. – Осталось лишь назначить дату.

Роберт Брюс-младший посмотрел на отца, затем на Маров и многозначительно откашлялся.

– Я хочу кое-что сказать. Роб теперь – граф Каррик. Ему уже девятнадцать. Как вы говорите, он взрослый мужчина. А я, по-вашему, нет. – Он уставился в землю и сглотнул, все увидели, как подрагивает его горло.

– Нет, нет, я этого не говорил, – резко вмешался его отец. – Ты преувеличиваешь, мой мальчик. Я ничего такого не имел в виду…

– Имели, отец, и вы правы. – Он расправил плечи и взглянул в глаза Роберту Аннандейлу. – Я лучше буду фермером, а не солдатом, и мне вовсе не хочется сражаться за трон. И хорошо, что мы говорим об этом прямо. Сделай Роберта своим наследником, а я откажусь от своих притязаний.

Мгновение стояло молчание. Старший Роберт прокашлялся.

– Это смелое решение, сын мой. Но я не уверен, что это возможно.

Его сын пожал плечами.

– А почему нет? Я всегда тебя поддерживал и поддержу Роба. – Он улыбнулся. – И думаю, народ Шотландии скорее пойдет за Робом, чем за мной.

Дональд пожал ему руку.

– Это были слова мужчины, мой друг, и я тоже поддержу Роба как наследника его деда.

Элейн потянулась и поцеловала внучатого племянника.

– А Роб знает об этом?

– Скоро узнает. Я хотел с ним это обсудить. У него есть задатки короля, а у меня нет. Я поступаю так только из-за этого.

Изабелла Map и юный Роберт Брюс, граф Каррик, были обвенчаны в Большой часовне Килдрамми, за восемь недель до Рождества. Ему было девятнадцать, его невесте двадцать три. На ней было серебряное платье с голубой накидкой, подбитой белым лисьим мехом. Роберт в алом и зеленом был выше любого из братьев невесты. Изабелла уже давно считала его настоящим мужчиной, достойным стать ее принцем. Она смотрела на него снизу вверх, когда оба они встали на колени у алтаря во время мессы. Почувствовав ее взгляд, он улыбнулся и протянул руку. Изабелла заколебалась. Секунду она не могла двигаться – чувства так переполняли ее, затем медленно протянула ему руку. Их руки встретились.

Элейн, стоявшая за ними, видела это, и ее глаза наполнились слезами. Дональд обнял жену за плечи и шепнул ей на ухо:

– Они будут счастливы. Не сомневайся.

Глава тридцать первая

Февраль 1296

Сэнди нашел мать в часовне. Он замер в дверном проеме, наблюдая, как она, не заметив его присутствия, стояла на коленях у алтаря и молилась. Ее глаза были открыты, а руки стиснули край кафедры, так что побелели суставы. Он не видел ее лица, но знал, что оно выражает глубокую сосредоточенность.

– Мама!

Она не слышала его.

– Мама! – Он слегка повысил голос.

Она подняла плечи, затем повернулась к нему. Элейн была бледна; вокруг ее глаз легли красные круги.

– Я не слышала тебя, Сэнди. – В семьдесят восемь ее голос все еще был сильный и четкий. – Отец тоже вернулся?

Сэнди кивнул и помог матери встать.

– Мы присутствовали на заключении договора. Шотландия и Франция теперь союзники в борьбе против короля Англии Эдварда.

Он стоял, грустно глядя на нее, словно пытаясь прочесть что-то в ее лице.

– Мы уже почти объявили Англии войну, мама. И Эдвард уже приказал войскам обосноваться в Ньюкасле. Боюсь, нам придется воевать.

Элейн схватила его руку.

– Тебе и твоим братьям? – Во рту у нее пересохло.

– И отцу. Он должен вести войско из Мара. Все лорды Шотландии возьмутся за оружие.

– Но отец слишком стар для битв, – ужаснулась Элейн. – Твой отец не может ехать.

– Он едва старше короля Эдварда, мама, – сказал Сэнди, – и он здоров и силен, как и я. Отец не останется в тени, и мы оба это знаем. – Сын взял ее руки в свои и испугался: такими, ледяными они были. Он пытался подбодрить ее. – Роб и Изабелла были в Скоуне. Он хочет, чтобы она пробыла здесь с тобой последующие месяцы, пока не родится ребенок. Замкам Лохмэйден и Тернберри может угрожать нашествие, поэтому она приехала с нами.

Лицо Элейн просияло.

– Да, это разумно. Он присоединится к верным шотландцам…

– Нет, – покачал головой Сэнди. – Похоже, мой шурин скорее будет сражаться за Англию, чем поддержит Баллиоля. – Сэнди не пытался скрыть отвращения. – Он заверяет, что ждет своего часа, но, на мой взгляд, все это довольно странно. Действительно, это похоже на измену! – Сэнди, который так редко повышал голос, теперь дрожал от гнева.

Элейн почувствовала, как у нее сжалось горло: ее второй сын всегда был таким мирным и тихим. Она закрыла глаза, увидев его скачущим с мечом в руках: глаза сузились, скулы напряглись, каждый мускул начеку…

– Мама? С тобой все в порядке? – Его рука мягко взяла ее под локоть. Меча при нем не было. Он держал его в руках только на занятиях с наставниками или на игоровых поединках с братьями. Он не был рожден солдатом, как и его отец. Глаза Элейн сами собой опустились на пол часовни. Александр, ее Александр, – тот был солдатом, но не Дональд. Не ее муж-поэт. Она сомневалась, приходилось ли ему вообще за всю свою жизнь прибегать к оружию, даже в моменты крайней ярости.

– Пойди повидайся с Изабеллой, мама. – Сэнди обнял ее за худенькие плечи.

Мгновение она молчала, потом кивнула. На мгновение ей показалось, что в сумерках, за окном с тройной решеткой, она увидела фигуру человека. Затем фигура исчезла.

Изабелла была на шестом месяце беременности. Она сидела рядом с Сэнди за высоким столом, и они ели из одной тарелки. В дальнем углу сидел Дункан, который только что приехал с запада, где оставил Кристиану с сыном, малышом Рори. Рядом с ним сидели Кирсти, затем Гранти, затем ее мать и отец. Они сидели, слегка нахмурясь, и очень близко друг к другу. Время от времени Изабелла замечала, как рука ее матери касалась руки Дональда. Атмосфера за столом была крайне тяжелой.

– Она никогда раньше не провожала его на войну, сказал Сэнди тихо, следя за взглядом Изабеллы. – Все годы, что она замужем, отец никогда не брал в руки оружия.

Изабелла горько улыбнулась.

– Кажется, они по-прежнему любят друг друга, а ведь матери уже почти восемьдесят!

– Это все ее волшебство! – полушутя сказал Сэнди. Он глубоко вздохнул. – И мы с тобой умрем, пожалуй, раньше нее. – Он сказал это не подумав и запнулся, увидев лицо сестры. Та побелела как полотно, автоматически схватилась за живот, который был еще едва виден.