Розалинда Лейкер - Танцы с королями

Музыкальный салон находился через три комнаты от малинового зала, и поскольку двери всех этих помещений располагались одна против другой и были, как правило, открыты, Жасмин увидела родителей еще издалека. Их фигуры окутывал мягкий, рассеянный солнечный свет, который проникал в окна салона через листву деревьев, полыхавшую на солнце ярким огнем. При первых же звуках ее шагов мать обернулась и теперь стояла, сцепив руки перед собой; отец же сидел на диване вполоборота к Жасмин, и она хорошо видела его в профиль. Он пристально смотрел куда-то за окно. Когда она переступила порог музыкального салона, Лорент повернул голову к дочери.

На его лице застыло выражение крайнего недоумения и горечи, которое странным образом гармонировало с гневным взглядом матери. Жасмин почувствовала, как по ее телу пробежала дрожь. Похоже, что дело обстояло хуже, чем она предполагала.

— Вы хотели видеть меня? — спросила она, взглянув по очереди на каждого из родителей и надеясь, что они не замечают ее волнения.

Маргарита коротко кивнула и тут же, грозно сверкнув глазами, задала вопрос:

— Правда ли то, что я слышала сегодня? Ты тайно встречалась с маркизом де Гранжем?

Несмотря на то, что она заранее готовила себя к этому вопросу, Жасмин почувствовала, что под ней подгибаются ноги. Но затем любовь к Фернанду придала ей силы, и она, выпрямив плечи, с вызовом ответила:

— Да, встречалась, и не стыжусь этого!

— Как ты смеешь говорить со мной так дерзко?

— А вы предпочли бы, чтобы я вам солгала? — огрызнулась Жасмин.

И тут вмешался Лорент:

— Успокойтесь обе! Давайте обсудим это дело здраво. Прежде всего нужно сесть.

Маргарита, кипевшая возмущением, вздернула подбородок и продолжала стоять. Она чуть было на забегала по гостиной, но сдержала себя. Жасмин же, напротив, вняла призыву отца и села на краешек ближайшего к нему стула, бросив в его сторону признательный любящий взгляд.

— Мне очень жаль, что все так получилось. Очевидно, у мадам Тортен слишком длинный язык.

Недовольный этим предположением, Лорент нахмурился:

— Ты несправедлива к этой добропорядочной женщине. Твоя мать совсем недавно разговаривала с ней, надеясь, что она опровергнет сплетни, которые уже начали распространяться. Мадам Тортен даже и не подозревала ни о чем! Она была недовольна твоим поведением на балу, но подумала, что после хорошей взбучки ты больше не повторишь подобной ошибки, в противном случае, она бы первая предупредила нас. Однако после разговора с Изабеллой все твои другие неблаговидные поступки выплыли наружу…

Жасмин, огорченная предательством бывшей подруги, могла лишь благодарить судьбу за то, что даже Изабелле не была известна вся правда о том, как далеко она зашла в своих отношениях с Фернандом. В самом начале этого романа Изабелла, находившаяся в плену романтических представлений, была ее союзницей и оказывала Жасмин всяческую помощь, отвлекая на себя внимание того, кто ее опекал, чтобы любовники могли использовать несколько драгоценных минут, а то и час для свидания. Однако скоро это занятие стало вызывать у Изабеллы скуку и даже ревность, и вскоре между подругами произошла ссора, непосредственным поводом к которой явился преждевременный отъезд семьи Тортенов с бала.

— Фернанду и так выпало слишком мало радости в жизни, — пыталась оправдать своего любовника Жасмин. — Он был помолвлен с этой тупой и сварливой особой, которая стала его женой, еще когда они оба были детьми, и они никогда по-настоящему не любили друг друга. Да, у него и в самом деле не очень хорошая репутация, но с тех пор, как мы познакомились, он стал совсем другим человеком!

Маргарита застонала и всплеснула руками:

— Как ты можешь быть такой наивной? Разве он думал о тебе и твоем добром имени, когда на балу в Версале или в Париже украдкой отводил тебя в сторону, как только к вам поворачивались спиной?

Жасмин упорно защищала де Гранжа:

— Не вините его одного! Я хотела быть с ним. Я сделала этот выбор по доброй воле и без всякого принуждения и виделась с ним тайком всякий раз, когда позволяли обстоятельства.

— Простой здравый смысл должен был подсказать тебе, что порядочный человек не стал бы добиваться свиданий с тобой! — с неотразимой логикой парировала этот довод Маргарита. — Что мог женатый человек сказать тебе, молодой, невенчанной девушке, чего он никогда не говорил другим?

— Что он любит меня! — гордо воскликнула Жасмин. — Так же, как и я люблю его! — Краешком глаз она заметила, как отец в отчаянии низко опустил голову, закрыв лицо рукой и опираясь локтем о колено.

Жасмин почувствовала угрызения совести. Отец так во всем доверял ей, надеялся на нее, гордился ею, а она заставила его испытать, возможно, одно из самых сильных потрясений в жизни. Никогда еще между ними не возникало такого отчуждения, никогда им не приходилось ссориться. Маргарита выдвинула ультиматум:

— Ты больше не должна разговаривать с маркизом де Гранжем. Если он попытается заговорить с тобой, твоему отцу придется вызвать его на дуэль.

— Нет! — Жасмин охватила паника. Она вскочила на ноги. — Отец старше его более чем в два раза. Фернанд в лучшем случае ранит его!

— Ну, значит, теперь ты в полной мере осознаешь последствия своего упрямства. Твоему флирту с маркизом пришел конец.

Жасмин отступила на шаг и ухватилась за спинку кресла, инстинктивно ощущая необходимость дополнительной поддержки.

— Только не это… — еле выговорила она сдавленным голосом. — Я умру, если вы разлучите нас.

— Он уже соблазнил тебя? — в упор спросила Маргарита угрожающим тоном.

— Хватит! — Лорент встал. Его лицо побледнело. Он не желал слышать ответа, в котором могла содержаться ужасающая правда, и поэтому обратился к дочери с подчеркнутым спокойствием:

— Пусть тебя не постигнет слишком горькое разочарование, но пойми, что только вместе, единой семьей мы сможем выбраться из этого неприятного положения. И я, и твоя мать поможем тебе справиться с болью, которую причинит тебе это расставание.

— Но я повторяю, Фернанд любит меня! — в смятении воскликнула Жасмин. — Он хочет добиться признания своего брака недействительным, чтобы жениться на мне! Увидев на лицах обоих родителей непреклонное выражение, она разразилась громкими, беспомощными рыданиями, обхватив голову руками. — Он для меня все, так же, как и я для него…

Лорент, которому было нестерпимо больно видеть муки дочери, подошел к ней и ласково обнял за плечи.

— Это не может продолжаться, моя красавица, сколько бы слез ты ни пролила. Попытайся привыкнуть к этой мысли.