Кейти МакАлистер - Последний из страстных вампиров

Сара ласкала мою руку.

– Она также остроумная, очень любопытна, мягко позорит проигравших и непоколебимо лояльна к любому, кого она называет другом.

– Я могу потерять одного прежде, чем кончится день, – проворчала я, успокоенная ее похвалой.

– Я вижу, – сказал человек, нахмурившись, посмотрев на меня. Мои пальцы напряглись вокруг основания лампы.

Сара засмеялась и положила руку на меня.

– Она – также моя лучшая подруга, и та, кому я доверяю мою жизнь. Если ты будешь нуждаться в ее помощи, то она сделает все, что она может, чтобы заставить это случиться.

– Прекрати, наконец, отпускать слова в мой адрес! Я не одобряю преступников!

– Я не преступник, – сказал человек, задумчиво смотря на нас обеих. Он взял стул, стоящий у конца кровати, установил его перед дверью, и уселся на него, с воинственным видом глядя на меня,.

– Я могу закричать, чтобы позвать на помощь, ты знаешь, – сказала я ему.

– Никто не услышал бы тебя из-за шума, – ответил он. – Я собираюсь узнать правду даже если на это потребуется целая ночь. Когда ты последний раз видела Хоуп?

– О! Волшебство? – спросила Сара, сжимая ее руки вместе. – Я не могу поверить, что я забыла о ней! Портия сказала, что она видела ее, в то время как я уехала в город, чтобы забрать мою камеру. Это было около двух часов.

– Сара. – Я подняла бровь.

– Я только попробовала быть полезной.

Я проигнорировала ее и выпрямилась во весь рост, трудно смотреть на человека, сидящего напротив нас. Мои первые впечатления от его силы не уменьшились от его вида.

Все его лицо было чрезмерно угловатым, высокие скулы и грубоватая, квадратная челюсть, делали столько, сколько его обсидиановые глаза передавали чувств становясь безжалостно целеустремленными. Его кожа была более темна, чем у англосакса, теплый, богатый цвет, который намекал на экзотическое наследие. Мерцающие темные волосы зачесаны назад и были лишены неровных возвышенностей, которые без сомнения заставляли женщин падать в обморок, чтобы пропустить сквозь пальцы шелковистые черные завитки. На мгновение мои пальцы испытали зуд, чтобы сделать это, но мысль умерла так же быстро, как и родилась.

– Если я отвечу на твои вопросы, то ты уйдешь? – спросила я с покорным вздохом.

– Портия! Ты не должна быть грубой!

Я посмотрела на нее взглядом, который должен был прояснить, что я думаю о таком смешном утверждении, но годы близкого знакомства сделали Сару невосприимчивой к таким вещам.

– Я начинаю думать, что здесь что-то большее, чем я ожидал, – ответил мужчина. – Но я клянусь тебе, что я не хотел причинить тебе никакого вреда.

Я заколебалась на мгновение, взвешивая мои варианты. Было верно, что шум от полного паба на нижнем этаже заглушит любые крики о помощи, которые мы могли бы издать, но мы не были полностью беспомощны. Был факт, что нас было двое против него. Если бы его толкнуть, а потом ударить, то я могла бы броситься на мужчину, в то время как Сара бы сбежала, чтобы привести помощь, кроме того, я не была настолько уверенна, что в данном гипнотическом состоянии она побежит за помощью.

Ясно то, что решение лежит в мирном решении ситуации. После того, как мы проводим человека из моей комнаты, я вызову полицию, и они разберутся с ним. Я дала бы ему несколько минут на двадцать вопросов, чтобы успокоить его ощущение контроля, затем убедила бы его выйти из комнаты.

– Хорошо, я отвечу на твои вопросы… ээ… как твое имя?

– Тео Норт. Когда ты в последний раз видела Хоуп? – повторил он.

– Какое хорошее имя, – сказала Сара с веселой жизнерадостностью. – Тео. Теплый и дружественный. Коротко. Но отлично. Мне нравится.

Мне тоже, фактически, но я не собиралась позволять ему знать это.

– Я видела Хоуп один единственный раз приблизительно часа в два днем, в течение приблизительно пяти минут. В то время, я была под действием, которое все же было опровергнуто к моему удивлению, но тесты лаборатории могли быть перепутаны, изменены, или преднамеренно изменены – что Хоуп была частью моих галлюцинаций.

– Галлюцинаций? – Он подверг меня исследующему взгляду. – Ты действительно являешься склонной к ним?

– Она думала, что волшебство в волшебном кольце происходило из-за грибов, – сказала быстро Сара. – Она – неверующая, ты видишь. Ты веришь во власть вокруг волшебных колец, не так ли?

– Конечно, – ответил он, заставляя меня хотеть кричать.

Взгляд триумфа на лице Сары был направлен исключительно на меня.

– Вот видишь? Даже Тео верит в волшебство волшебных колец! И он -…… эээ…, – Она оглянулась назад к нему. – Что точно ты делал, если ты не возражаешь против моего вопроса?

Он бросил на нее быстрый взгляд, но главным образом держал свое внимание на мне.

– Я – нефилим. Что ты сделала в кольце, чтобы вызвать Хоуп?

Это было пыткой, явной и чрезвычайной пыткой, таким образом, я полагала, что я закончу это как можно быстрее. Хотя Сара уже слышала большинство из этого, я описала, как я сидела в волшебном кольце и громко бормотала некоторые из заклинаний на ее фотокопиях.

– Хм, – сказал Тео, когда я все рассказала. Он погладил подбородок, совершенно нормальный жест, но тот, который имел некоторое причудливое обаяние для меня. Это обратило мой внимание на линии его челюсти, и сладкой кривоватой нижней губы… хорошая наживка, о чем я думаю? Только то, что он красив как дьявол, не означает, что я должна думать о его губах и его челюсти и том намеке мужественной щетины, которая, казалось, была безобразно соблазнительна для меня.

Я поняла, что они оба с надеждой смотрели на меня.

– Извините, я задумалась о… эээ…, Ты что-то спросил?

– Я спросил тебя, почему Хоуп ответила, когда ты вызвала ее.

– Я не вызывала ее. – Я нахмурилась на мгновение, вспоминая кое-что, что женщина- галлюцинация (не галлюцинация, если человек передо мной в это верит) говорила сквозь треск тех забавных огоньков в воздухе. Сами огни не причинили мне никаких неприятностей: они были словно пыльцой в воздухе, которая великолепно пол-солнца-ослепила. Хоуп немного менее легко объяснялась, но без сомнения она скрывалась позади дерева, и использовала в своих интересах подходящий момент, чтобы появиться. – Она сказала, что была довольна, что я вызвала ее, и что она была в опасности и не могла остаться, или она будет убита.

– Она – добродетель, – сказал Тео, и протер подбородок. Касание большим пальцем его квадратного подбородка отвлекло меня на мгновение, но я справилась с собой и стала смотреть на точку в двери позади него, вместо этого. – Она не может умереть, если она не удалена от Суда. Если она была в опасности, то это объяснило бы, почему я такое длительное время разыскивал ее… Очень хорошо, продолжай. От чего, она говорила, что была в опасности?