Дебра Дайер - Возлюбленная колдуна

Лаура бросила взгляд на его меч.

— Мужчина всегда должен быть готов за­щититься от врагов.

— Только не в нашем столетии. Сейчас люди цивилизованные.

— Я рад, что вам не нужно оружие. В наше время даже миролюбивый человек должен был носить меч, чтобы защищать свою страну.

Лаура недоверчиво взглянула на него, при­щурив глаза.

— Твоя страна — Ирландия?

— Моя страна— остров Эрин. Сейчас он зовется Ирландией. Но я очень много путе­шествовал. Мой народ всегда занимался тор­говлей, доставляя товары в далекие земли.

— И ты говоришь, что викинги были прос­тыми купцами, возившими на кораблях това­ры — почти так же, как мой отец?

Коннор улыбнулся.

— У нас много общего.

Лаура покачала головой, словно не могла себе позволить верить ему и должна была со­хранить хоть какую-то веру в логику.

— Этого не может быть!

Он хотел обнять ее, рассеять ее страхи, убедить ее, что все происходит так, как должно происходить. Он гладил ладонью ее руку, чув­ствуя, что она не позволит ему ничего боль­шего.

— Не надо ничего бояться, моя Эдайна.

— Почему ты так зовешь меня?

— Потому что ты — моя Эдайна. — Он продолжал гладить ее руку, узнавая на ощупь изгиб ее локтя, изящное предплечье, хрупкое запястье. — Моя Эдайна, вторая половина мо­ей души.

Лаура судорожно вдохнула воздух.

— Кто ты?

— Ты знаешь меня. — Он обхватил ее хо­лодную ладонь своими горячими пальцами и поднес ее руку к губам. Едва он прижался губами к ее влажной ладони, как почувствовал нежное благоухание, напоминающее ему о цве­тах в их потайной долине. — Ты знаешь меня давно: мы еще детьми играли в зеленой до­лине, где всегда цвели дикие цветы.

— Это какое-то безумие! — Она отступила на шаг, отстраняясь от него.

— Нет. Это не безумие.

— Ты ненастоящий!

— Я настоящий. Я — Коннор, принц Уэксфордский, сын короля Сетрика. Я родился в 862 году на острове Эрин.

Лаура покачала головой.

— Разве такое может быть?

— Я не могу объяснить, каким образом мы с тобой встретились, но знаю, что это произо­шло. Мы встретились, победив само время.

Лаура сжала ладони, как будто ей нужно было сдержать чувства, затопившие ее в беше­ном водовороте.

— Для того, что сейчас происходит, долж­но найтись какое-нибудь логическое объясне­ние!

— Ты позвала меня, и поэтому я совершил путешествие длиной в тысячу лет, чтобы быть с тобой.

— Я не знаю, кто ты такой и что тебе нужно, — Лаура набрала в легкие воздух. — Я знаю только то, что хочу, чтобы ты вернулся туда, откуда явился.

— Нет, неправда, — Коннор нагнулся и по­целовал ее в коврик носа. Она отскочила, как будто ужаленная пчелой. — И я собираюсь доказать тебе, что ты хочешь, чтобы я остался.

Губы Лауры раскрылись, и Коннор почув­ствовал на своей щеке ее разгоряченное ды­хание.

— Ну и наглец же ты… — она заколеба­лась, несмотря на свой гнев, будто в ее жела­нии было что-то непристойное. — Уверяю те­бя, я не хочу, чтобы ты остался.

Коннор нахмурился.

— Почему ты не кричишь на меня? Ты же этого хочешь.

— Настоящая леди никогда не станет кри­чать.

Одно мгновение Коннор обдумывал ее сло­ва.

— Но леди — тоже человек, не так ли? А людьми управляют эмоции.

— Очевидно, ты понятия не имеешь, что такое настоящая леди.

— Скажи мне, разве леди — не женщина?

— Конечно, женщина. Он усмехнулся.

— Тогда я имею кое-какое понятие о на­стоящей леди.

Губы Лауры сжались в тонкую линию.

— Очевидно, ты водил знакомство не с од­ной женщиной.

— Но ни одну из них нельзя сравнить с то­бой, — прошептал Коннор, положив руку ей на плечо и проведя пальцами по тонким волоскам на ее шее. — И ни одна из них не была так нужна мне, как нужна ты!

Лаура, едва не задохнувшись, оттолкнула его руку.

— Кажется, вы замечательно ладите друг с другом, — заметила Софи, влетая в комнату, нагруженная белыми простынями, увенчанны­ми маленькой горкой сапфирового шелка.

— Пожалуйста, простите, что не буду по­могать вам, тетя Софи. Но я больше ни мгно­вения не в силах вынести этого человека!

Глава 4

Коннор смотрел вслед уходящей Лауре, восхищаясь странным фасоном ее платья, об­тягивающим тонкую талию, которое собира­лось сзади в комок ткани и плавно покачива­лось при каждом шаге.

— Она похожа на искрящееся пламя, за­ключенное в кристалл.

— Да, — кивнула Софи, бросив постельное белье на кресло рядом с кроватью. — К сожалению, Лауру с самого детства учили подав­лять свои чувства. Ей никогда не разрешали играть с другими детьми.

Не потому ли она тянулась к нему, когда они были маленькими? Коннор вспомнил ша­ловливую девочку, с которой играл в их тай­ной долине, и мысленно сравнил ее с диким лебедем, несущимся по ветру.

— Как странно: она — та самая женщина, с которой я встречался во снах, но одновремен­но совсем другое существо!

— В своих снах мы пользуемся известной свободой быть теми, кем хотим быть. Боюсь, что Лаура никогда не знала такой свободы в реальной жизни. Ее учили быть тихой и смир­ной, хотя очевидно, что за безукоризненным холодным фасадом скрывается пламень.

— Да, я чувствую это, — согласился Коннор. И еще он чувствовал, что за внешней холодностью Лауры скрывается та женщина, которую он знал и любил. Он преодолел тыся­чу лет, чтобы покорить эту женщину.

— Меня всю жизнь называли мечтатель­ницей, безнадежно романтичной. Видимо, я всегда верила в чудеса, и вот явился ты. Живое доказательство, — Софи улыбнулась Коннору. — Я верила, что вы с Лаурой долж­ны были найти друг друга, и надеюсь, что ты сможешь вызволить ее из тюрьмы, в которой спрятаны ее чувства.

— Но вы пытались отправить меня обрат­но.

— К сожалению, я дала Лауре слово, — Софи сжала его руку. — Ведь ты понимаешь меня?

Коннор кивнул.

— Вы связаны словом.

— Да, — Софи утешающе улыбнулась. — Но у меня есть подозрение, что мои жалкие попытки не смогут разлучить тебя с Лаурой.

По правде говоря, Коннор понятия не имел, к чему могут привести ее причудливые закли­нания.

— Я приложу все усилия, чтобы остаться здесь. Ничто не сможет разлучить меня с ней!

— Я верю в тебя, — Софи похлопала его по руке. — А теперь давай устроим тебя на ночь.

Коннор помог Софи постелить белые прос­тыни и одеяла, после чего последовал за ней в ванную комнату. Пол и стены ванной были покрыты белыми мраморными плитками. Со­фи протараторила названия нескольких фар­форовых емкостей разных размеров: ванна, ра­ковина и «удобства».

— Это нужно для… ну… вот… — Софи дер­нула за медную цепочку, прикрепленную к бе­лому ящику над сиденьем «удобств». В фар­форовую емкость под дубовым сиденьем ма­леньким водопадом хлынула вода и с громким журчаньем ушла в слив. Через пару секунд все успокоилось. — Это нужно когда тебе понадо­бится… ну… естественные потребности…