Анна Князева - Маскарад чувств

— Я вас покину на минуту, — рассеянно сказал Кузминский, который заметил долгожданное появление «примы» — Зинаиды Мичуриной.

Ее рыжие пышные волосы и звонкий смех тотчас приманили всех мужчин, как актеров, так и зрителей. Алексею уже не раз довелось испытать, как этот огненный водопад струится ему прямо на лицо, когда он лежит в постели, а она улыбается ему сверху. И ощущения были, надо сказать, незабываемые. Он подумал, что и сегодня ночь с Зинаидой могла бы стать достойной наградой триумфатору. Ему захотелось немедленно увезти ее к себе, но Алексей понимал, что Мичуриной необходимо насладиться всеобщим восхищением, за тем и пришла. Если он лишит ее этого, она будет не в духе, и тогда ничего особенного Алексей не испытает. А ему хотелось потрясения.

На утро, Кузминский уже предугадывал это, ему захочется поскорее избавиться от громкоголосой бездарности, которая проложила себе путь к славе, перескакивая из одной постели в другую. И ей устраивали хвалебные рецензии, в газетах, пышные бенефисы… Тогда как он всего добивался только своим талантом.

«Зато мне есть за что уважать себя», — подумал он, целуя перчатку Зинаиды. При других она не выделяла его, опасаясь неудовольствия своего нынешнего покровителя — известного заводчика Курицына. Дежурная улыбка скользнула по ее надменному лицу, не слишком красивому, но ухоженному. И Алексей не был бы актером, если не ответил ей тем же. Это задело Зинаиду. Она нахмурилась и проследила за ним сердитым взглядом.

Отвернувшись, Кузминский удовлетворенно усмехнулся: «Все, попалась. Сегодня она будет моей. И будет стараться поразить меня!» И тотчас он встретил другой взгляд, в котором читалось неподдельное страдание. Не понимая, в чем дело, Алексей шагнул к Зыкову и под предлогом, что хочет представить его Мичуриной, увел от надоедливого трагика.

— Простите, что бросил вас с этим несносным стариком, — попросил он. — Но я обязан был поздороваться с мадам… У нас свои правила игры, вам не нужно их знать.

— Вы ее любите? — неожиданно прошептал Андрей.

Кузминский выразил неподдельное удивление:

— Люблю?! Да Бог с вами! Разве ее можно любить?

— Да ведь она настоящая красавица!

Алексей невольно оглянулся, точно уже подзабыл, как выглядит Мичурина.

— Красавица, верно. Только это красота хищницы, вы не находите? Такая красота способна привлекать лишь потенциального самоубийцу. А мне хочется жить, представляете?

Рассмеявшись, он вручил Зыкову очередной бокал.

— А давайте, знаете что, выпьем на брудершафт? Если вы не против, конечно, перейти на «ты» с простым актером… — Кузминский посмотрел на него пристально, чтобы заметить малейшие признаки неприятия.

Но Зыков, если и залился краской, то скорее от радости, Алексей угадал это по тому, как юноша опять начал заикаться от волнения:

— Как можно… С вами? Это такое счастье…

— Тогда будем на «ты», — объявил Алексей и обвил руку, которая показалась ему слишком неразвитой для мужчины.

Осушив бокал, он расцеловал Андрея в обе щеки и рассмеялся: таким ошарашенным тот выглядел.

— Да что с тобой? Ты такой поклонник моего таланта? Не можешь поверить, что мы стали друзьями?

— Не могу, — шепотом признался Андрей. — Это все сказка какая-то… Ты — мой друг. У меня пока это не укладывается в мыслях.

— А почему ты так заволновался насчет Зинаиды? — вспомнил Кузминский. — Она поразила твое воображение? Хочешь, я тебя с ней познакомлю? Только — как другу — на эту ночь я намерен ангажировать ее сам. А там уж — пожалуйста! Сколько душе угодно. Если она, конечно, согласится. Капризная штучка! Но твои деньги могут произвести на нее впечатление.

Внезапно ему показалось, что Зыков сейчас лишится чувств. Он покачнулся, и Алексею пришлось схватить его под локоть.

— Да что с тобой, приятель? Ты не болен? Или шампанское так на тебя подействовало? — Он рассмеялся. — Признайся, ты не большой поклонник Бахуса!

Зыков только слегка мотнул головой. Алексей внимательнее вгляделся в его лицо:

— Да ты и вправду неважнецки себя чувствуешь… Пойдем, я отвезу тебя домой.

— Нет-нет, — торопливо запротестовал Андрей. — Лучше выйдем в сад. На воздух…

Кузминский, которому не хотелось уезжать без Зинаиды, обрадовался:

— Тоже верно. Пойдем же, я провожу тебя.

В саду темно и тихо, только невидимые цикады поют свою нескончаемую песню да едва слышно перешептываются листья. Лиза, которая никак не могла окончательно освоиться в мужском платье, опустив голову, прислушалась к легкому хрусту камешков под ногами. Эти звуки — свидетельство того, что все происходит с ней на самом деле. И не кто иной, как Алексей Кузминский, идет сейчас рядом, буквально в двух шагах. Стоит ей внезапно остановиться и повернуться к нему, как они окажутся лицом к лицу… И губы их найдут друг друга…

«Да ведь я для него мужчина! — опомнилась она. — Не станет же он целоваться с Андреем Зыковым!»

Ей припомнились обрывки рассказов Николя о постыдном поведении некоторых мужчин, да и классическая литература, особенно греческие образцы ее, утверждали, будто между людьми одного пола случается то же, что и между мужчиной и женщиной. Но Лиза не могла даже в мыслях допустить такое относительно Алексея. И потому ей следовало себя вести более, чем сдержанно. Другое дело, если б на ней сейчас было ее обычное платье, и они вдвоем оказались в темном саду…

Лиза в волнении закусила губу: «Позволила бы я ему прикоснуться ко мне? Поцеловать? Почему бы и нет, раз только этого и просят мои душа и тело? Все из сестер Ольховских уже не раз целовались, они сами рассказывали об этом. И ни малейшего смущения при этом не испытывали. Хотя все их увлечения в то время уже были в прошлом… А моя любовь — на всю жизнь!»

— Ну, как? — Кузминский тронул ее за плечо. — Полегчало тебе? Ты, брат, поосторожнее с шампанским, коварная штука. Пьется легко, не замечаешь, как теряешь контроль над собой.

— В следующий раз буду осторожнее, — грубоватым голосом пообещала Лиза.

Алексей рассмеялся:

— А ты уже подумываешь о следующем разе? Да ты настоящий гуляка, приятель!

Лиза смутилась. Ей не хотелось, чтобы он думал об ее Андрее, как о непутевом малом. Она рассчитывала подружиться с Кузминским хотя бы в этом образе.

— Нет-нет, — торопливо заверила она. — Я вовсе не гуляка. Сегодня… исключительный вечер!

— Да чем же он такой исключительный?

— Хотя бы тем, что я познакомился со своим кумиром! — смело заявила Лиза.

Усмехнувшись, Кузминский остановился возле старого дуба.