Джулия Куин - Десять причин для любви

Ознакомительный фрагмент

Но если он и собирался напасть на нее и изнасиловать, то никак не торопился к этому приступать. Он всего лишь пожал плечами и просто сказал:

— Я очень любопытный.

Какое-то мгновение она смотрела на него. И, кажется, видела его впервые, но тут было слишком темно… А он разговаривал так, словно они были уже представлены друг другу.

— Мы знакомы? — поинтересовалась она.

— Не думаю, — загадочно усмехнулся он.

— Но может быть, я видела вас раньше?

Тут он рассмеялся и решительно заявил:

— Нет, конечно, но это не означает, что мы не можем очень мило поболтать.

Из этого Аннабел заключила, что он повеса и отлично это понимает. Более того, сознает, что является неподходящей компанией для незамужней леди. Она бросила взгляд в сторону дома. Ей следовало бы направиться туда. Чего, собственно, она ждет? На что надеется?

— Я не кусаюсь, — успокоил ее мужчина. — И не намерен делать ничего такого, из-за чего вам стоит тревожиться. — Он сел и похлопал рукой по одеялу: — Присаживайтесь.

— Я постою, — ответила она: Потому что еще не совсем утратила здравый рассудок. По крайней мере она на это надеялась.

— Вы уверены? — Он одарил ее обаятельной улыбкой. — Право, здесь, внизу, гораздо удобнее.

«Сказал мухе паучок». Аннабел едва удержалась от нервного смешка.

— Вы от кого-то скрываетесь? — поинтересовался он.

Она в этот момент снова глядела в сторону дома, но при этом вопросе резко повернула голову к нему.

— Это случается и с лучшими из нас, — заметил он почти извиняющимся тоном.

— Значит ли это, что и вы от кого-то скрываетесь?

— Не совсем. — Он слегка наклонил голову, как бы пожимая плечами. — Скорее, я жду своей очереди.

Аннабел очень хотелось выглядеть невозмутимой, но брови ее невольно подскочили вверх.

Губы его чуть изогнулись в легкой усмешке. В выражении его лица не было ничего порочного, и все же она ощутила некоторое возбуждение. Какое-то предвкушение пронзило ее.

— Я могу объяснить вам все в деталях, — продолжал он. — Но подозреваю, что это прозвучит не вполне пристойно.

Ничего пристойного с ней в этот вечер не происходило. Так что вряд ли он сообщит ей нечто такое, от чего она придет в смятение.

— Я не хочу высказывать скороспелые предположения, — продолжил незнакомец с улыбкой, — но, судя на цвету вашего наряда, вы не замужем.

Она коротко кивнула.

— А это означает, что ни при каких обстоятельствах я не должен сообщать вам, что находился здесь с дамой, не являющейся моей женой.

О-о, здесь ей следовало бы стать шокированной! И на какое-то время утратить дар речи. Но почему-то ей это не удалось. Он был таким обаятельным. Прямо источал шарм. И теперь улыбался ей так, словно только что поведал ей веселую шутку. И — она не могла этому противиться — ей захотелось посмеяться над этой шуткой. А заодно — войти в его клуб, его круг… словом, быть частью чего угодно, с ним связанного. Чувствовалась в нем харизма, магнетизм… Но было ясно, что даже когда он был мальчишкой в Итоне или еще где-то там, все сверстники к нему невольно тянулись.

Некоторые люди просто рождаются такими.

— Так кого вы избегаете? — продолжил он расспросы. — Самым подходящим субъектом будет назойливый поклонник, но это не объясняет отчаянного побега именно сюда… из дома. Ведь так легко затеряться в толпе. К тому же гораздо менее опасно для репутации.

— Мне не стоит объяснять, — пробормотала она.

— Ну, разумеется, нет, — согласился он. — К чему излишние откровения? Но насколько забавнее будет, если расскажете.

Она сжала губы, стараясь не рассмеяться.

— Вас кто-нибудь хватится? — спросил он.

— Рано или поздно.

— Наверное, то лицо, от которого вы убегаете?

Аннабел подумала о лорде Ньюбери с его уязвленной гордыней.

— Думаю, у меня еще есть немножко времени, прежде чем он начнет поиски.

— Он? — осведомился джентльмен. — Заговор сужается.

— Заговор?! — возразила она с гримаской. — Это неудачное определение. Это не та книжка, которую кому-нибудь захочется прочитать. Поверьте.

Он рассмеялся ее словам и снова похлопал по одеялу:

— Садитесь же. Мои джентльменские принципы оскорбляет то, что я лежу, а вы стоите.

Она постаралась высокомерно поднять брови.

— Тогда, возможно, вам следует встать.

— О нет! Этого я сделать никак не могу. Это превратит нашу встречу в нечто слишком официальное. Как по-вашему?

— Учитывая то, что мы не были друг другу представлены, некоторая официальность, пожалуй, будет кстати.

— О нет! — возразил он. — Вы все переворачиваете с ног наголову.

— Вы считаете, что я должна вам представиться?

— Не делайте этого ни в коем случае, — провозгласил он с некоторой долей театральности. — Делайте что хотите, но не называйте мне своего имени. Не ровен час во мне пробудится совесть, а это нам нужно меньше всего.

— Значит, у вас все-таки имеется совесть?

— К сожалению, да.

Аннабел испытала облегчение. По крайней мере, он не собирается утаскивать ее в темноту и не станет приставать к ней, как лорд Ньюбери. Тем не менее, ей следовало вернуться в бальный зал. Была у него совесть или нет, но он явно не принадлежал к тем джентльменам, с которыми молодой незамужней леди стоило оставаться наедине. В этом она была абсолютно уверена.

И вновь она подумала о лорде Ньюбери, который принадлежал к тому сорту джентльменов, с каким ей считалось возможным быть наедине.

Она подумала и опустилась на одеяло рядом с незнакомцем.

— Отличный выбор, — поаплодировал ей Себастьян.

— Я всего на минуту, — пробормотала она.

— Разумеется.

— Дело не в вас, — промолвила она несколько дерзко. Но ей не хотелось, чтобы он решил, будто она осталась из-за него.

— Вон там… — Легким поворотом запястья она указала на боковой сад. — Там мужчина и женщина… э-э…

— Наслаждаются обществом друг друга?

— Вот именно.

— И поэтому вы не можете вернуться на вечер?

— Мне, знаете ли, не хочется им мешать.

Он сочувственно кивнул:

— Да, это было бы неловко.

— И весьма.

Он задумчиво свел брови:

— Хотя если бы там был мужчина с мужчиной… Полагаю, что это оказалось бы еще более неловко.

Аннабел ахнула, хотя, по правде говоря, не испытывала негодования, которое бы следовало ей испытывать. Сидеть рядом с ним было так… обольстительно… особенно оказаться включенной в шутливую игру его ума…

— Или женщина с женщиной. Я не прочь посмотреть на такое.

Аннабел отвернулась, инстинктивно скрывая от него краску, бросившуюся ей в лицо, и тут же почувствовала себя глупой, потому что было темно, и он все равно ничего не смог бы рассмотреть.