Рексанна Бекнел - Непорочная грешница

Затаив дыхание, она прислушалась, пытаясь чутким ухом уловить и распознать сквозь неумолчный шум реки и другие лесные шумы знакомый с детства звук поступи тяжких конских копыт. Но лошадь, очевидно, стояла на месте, поскольку ни треска веток, ни шороха травы слышно не было.

Линни осторожно раздвинула заросли папоротника и огляделась. Где он, этот враг? И кто он? Или ржание ей просто послышалось? Возможно, никакой лошади здесь и не было вовсе, а по лесу пробирался олень или, к примеру, отбившаяся от стада овца. Но ведь мог быть и вепрь.

— Спаси меня, святой Иуда! — тихонько проговорила она. Вепрь — очень опасное животное: он хитер и агрессивен. Ей случалось перевязывать раны дровосеку, на которого в зарослях напал вепрь. Помнится, врачевание не помогло и дровосек умер.

Неожиданно птичий щебет стих. Когда у нее за спиной зашуршала трава, она в панике мотнулась вон из папоротника. Заприметив ближайшее высокое дерево, она без оглядки помчалась к нему.

Линни упрямо лезла по стволу вверх, оставив на земле тяжелый плащ и торбу с хлебом. Добравшись до толстой прочной ветки, она сразу же подтянула ноги, за что-то зацепилась подолом, с силой дернула его и порвала платье. Устроившись поудобнее, она с замирающим сердцем посмотрела вниз, проверяя, достаточно ли высоко она забралась и не допрыгнет ли до нее вепрь.

Ухватившись за ветку над головой, она встала ногами на шершавую поверхность своего насеста и огляделась. Прежде всего, она заприметила свою торбу, которая лежала в густой траве неподалеку. Но вот плаща нигде не было видно. И вепря тоже.

Потом внизу послышался подозрительный звук, и она замерла в напряжении. Неизвестное животное скрывалось поблизости за толстым стволом и, судя по всему, только и дожидалось того момента, когда она спустится с дерева.

— Святой Иуда! — в страхе выдохнула Линни. Как и куда, спрашивается, ей теперь податься, если рядом затаился дикий зверь?

Желая, тем не менее, рассмотреть преследовавшее ее чудовище, она изогнулась всем телом и выглянула из-за ствола. Если бы ее взору предстал огнедышащий дракон, то и тогда, наверное, она не испугалась бы больше. Руки у нее затряслись, и она едва не свалилась с дерева: на нее в упор смотрел Экстон.

Он сидел в высоком седле своего боевого коня и был необыкновенно мрачен. Его голова достигала нижних ветвей, и было ясно, что ему ничего не стоило поднять руки и снять Линни с ее насеста, словно спелое яблоко или персик. Все-таки Экстон догнал ее!

Линни не знала, то ли ей смеяться от радости, то ли проливать от горя слезы. Поэтому было выбрано компромиссное решение — подоткнув юбки, она полезла наверх.

Коротким и точным движением он тронул поводья и, объехав вокруг дерева, встал так, чтобы видеть, как она карабкается по стволу.

— Ты что же — собираешься лезть на самую верхушку, чтобы там от меня спрятаться? — спросил он с явной насмешкой. — Думаешь, тебе это поможет?

— Убирайся! — крикнула она, втайне надеясь, что ее повеление прозвучало достаточно грозно. На самом же деле оно скорее напоминало вопль о помощи.

Как бы то ни было, желаемого эффекта не последовало, и Экстон остался на месте.

— Слезай, Линни, очень тебя прошу. Ты можешь упасть и сломать себе руку или ногу.

— Я же сказала тебе — убирайся! — с еще большим запалом крикнула Линни.

— Черт бы тебя побрал, женщина! Это ради твоей же пользы. Спускайся вниз, поговорим…

— Поговорим, поговорим… Так, стало быть, ты теперь это называешь? — Ей удалось вскарабкаться уже довольно высоко и найти удобную для сидения развилку. Устроившись там весьма основательно, она посмотрела на Экстона сверху вниз. — Хочешь говорить со мной — говори. Что же касается меня, то я с удовольствием послушаю тебя отсюда.

Она увидела, как у него заходили желваки на скулах, но тут же, к ее большому удивлению, он сменил гнев на милость и даже изобразил на губах улыбку.

— Как скажешь, Линни, как скажешь. Будем вести разговор каждый со своего места, если тебе так больше нравится. Дело в том, что я принес тебе кое-какие известия о твоей сестре.

При этих его словах у Линни словно что-то сломалось внутри. Хотя она всем сердцем любила Беатрис и очень за нее тревожилась, ей не хотелось говорить о ней с Экстоном. Особенно с Экстоном.

Поскольку она молчала, Экстон заговорил снова:

— Я хотел поставить тебя в известность, что ее бракосочетание откладывается.

Линни при этом известии заморгала глазами. Нагнувшись вперед, чтобы как следуют его видеть — ей мешала густая зеленая крона дерева, — она для пущей уверенности решила переспросить:

— Ты говоришь, венчание откладывается?

Он пожал плечами.

— Разумеется. До тех пор, пока Питера не посвятят в рыцари.

— Посвятят в рыцари? — снова эхом отозвалась она, отказываясь что-либо понимать. Что общего могло быть между посвящением в рыцари Питера и предстоящим браком Беатрис?

— Они переедут в наш замок в Каене. Нормандия больше ему по нраву, нежели Англия. Впрочем, Каена не так уж далеко — всего день пути по морю и два — по суше. Ты сможешь ездить к ней в гости, когда тебе вздумается. Ну, и конечно, она может приезжать к тебе.

Линни нахмурилась и помотала головой. Все, о чем говорил Экстон, не имело никакого смысла. Получалось, что он женится на Беатрис после того, как Питера посвятят в рыцари. Отлично, но зачем же ему в таком случае отсылать свою жену с Питером в Каену?

Неожиданно у нее забрезжила мысль, что за словами Экстона могло скрываться и нечто другое… нечто совершенно невероятное… Она шумно вздохнула.

— Эй, поосторожнее!

Линни ухватилась руками за ветку как раз вовремя, чтобы не упасть с дерева.

— Черт бы тебя побрал. Линни! Кажется, мне все же придется лезть на дерево, чтобы доставить тебя вниз в целости и сохранности, — проворчал Экстон.

— Погоди. — крикнула она, что есть силы впиваясь в ветку руками. Ей не хотелось растравлять себя несбыточными надеждами, но надо же было выяснить, что произошло в Мейденстонском замке в ее отсутствие. Кто знает, а вдруг?..

— Ответь, почему Беатрис не может венчаться до того, как… Питера посвятят в рыцари?

Экстон тронул шпорой коня и оказался точно под развилкой, на которой она сидела. Если бы он встал на седло и вытянул руку, то, возможно, мог бы коснуться ее ноги. Но он этого делать не стал. Он просто сидел на лошади под деревом и смотрел на нее. Поначалу у него на губах блуждала улыбка — Линни так не удалось пока выведать главного его секрета, но потом улыбка исчезла, и лицо его стало серьезным, даже взволнованным.

— Да потому, что я хочу жениться на тебе, а не на твоей сестре.