Фабио - Викинг

Рты дружинников дружно раскрылись от удивления.

– Но как же… это… может быть? – запинаясь от удивления, спросил Орм.

– Я и сам это не понимаю. Я только знаю, что прожил еще одну жизнь, прежде чем вернуться к вам.

Дружинники недоверчиво стали переглядываться, а Оттар нетерпеливо спросил:

– Расскажи нам о своей третьей жизни, расскажи, ярл!

Виктор снова глубоко вздохнул. Настал решительный момент.

– Я был в месте, которое называется страной Будущего. Это – десятый мир.

Напряжение за столом достигло предела. Обескураженный Орм спросил:

– То есть вместо девяти миров существует десять?!…

– Да!

– А где страна Будущего, – спросил Овен.

Виктор, подбадривая сам себя, ответил уверенно:

– Да здесь же, на земле! Только через много тысяч лет после нас.

Раздался общий удивленный вздох.

– Значит, ты, ярл, путешествовал через века?

– Да! Почти на десять веков вперед!

– Десять веков!!! – воскликнул восхищенно Оттар.

– Да!

– И там ты нашел эту страну Будущего?! – воскликнул Канут.

– Да, Канут, именно там!

Воины взволнованно заговорили друг с другом, почти забыв о присутствии конунга. Однако, вскоре Ролло перебил всех:

– Расскажи нам о ней, ярл!

Викинги нетерпеливо закивали, стараясь сесть к конунгу поближе.

– Он – удивительный, этот мир Будущего! Это такое место, которое просто поражает воображение, – начал свой рассказ Виктор. – В стране Будущего есть удивительные приспособления. Их называют машинами. Они делают для людей все, что нужно: пашут поля, перевозят грузы и даже… летают на луну.

– Но это невозможно! – прохрипел Канут. – Никакие приспособления не могут выполнять человеческую работу!

– Ну, это не совсем так, – возразил Виктор. – Даже здесь в Ванахейме, есть повозки, чтобы перевозить грузы и людей. Или плуги, которыми мы пашем землю. – Несколько дружинников согласно закивали. – Потом, со временем, все эти простые устройства становились все сложнее и совершеннее, пока наконец не появились чудесные, совершенно удивительные вещи, которые могут делать за людей все, что нужно. Они шьют прекрасную одежду, и женщинам там не приходится тратить на эту тяжелую работу целые вечера. Гигантские стальные кони ездят из град в град и перевозят одновременно множество людей.

Речь Виктора прерывалась возгласами удивления и откровенного изумления.

– Расскажи нам еще об этих чудесах!

И Виктор принялся рассказывать о той жизни, которой он когда-то жил. Он рассказывал, стараясь подбирать более простые выражения и примеры о самых удивительных изобретениях человечества: о кораблях и самолетах, об автомобилях и даже… о телефоне и радио. Особый восторг у его слушателей вызвали рассказы о телевидении и кино, и о волшебных пилюлях и снадобиях, которые позволяют людям победить саму смерть. Викинги слушали оглушенные, пораженные до глубины души блестящими видениями будущего. По-детски восторженно, с горящими глазами, суровые воины, способные ударом кулака свалить лошадь, доверчиво внимали Виктору. Он похвалил себя за то, что решился на этот шаг. Он и сам теперь убедился в том, что сможет их многому научить.

Иногда они его прерывали, задавая вопросы. Где-то уже около полуночи, Виктор решил изменить тему своих рассказов и приступить к самой опасной части:

– В стране Будущего созданы и такие машины, с помощью которых, люди могут вести войны, – сказал он и посмотрел внимательно на своих воинов. Они явно оживились услышав о ружьях, бомбах и ракетах, а Канут сразу спросил:

– Скажи, ярл, можем ли мы сделать такие устройства у себя, чтобы с их помощью одолеть Вольфгарда?

– Нет, – покачал головой Виктор и, не обращая внимания на страшно разочарованные лица своих дружинников, пояснил: – Понимаете, в этой далекой стране, люди однажды таким оружием чуть не уничтожили сами себя. И меня отпустили к вам только для того, чтобы я рассказал вам об уроке, который извлекли для себя люди Будущего: война – это разорение и в ней – гибель для всех. В стране Будущего люди стараются жить в мире, потому что мир для них – дороже всего.

Увидев их недоверчивые взгляды, он рассказал им в иносказательной форме несколько эпизодов из всемирной истории: о двух враждующих нациях, которые чуть не уничтожили друг друга, но смогли заключить мир и совместными усилиями добились процветания.

– Нам мешает достичь этого прекрасного будущего только наша кровожадность и любовь к войнам, – подвел он итог.

– Значит по-твоему мы больше не должны воевать?

Услышав такое, Канут перепугался, чего с ним раньше никогда не случалось.

– А что мы будем делать если на нас нападет Вольфгард? – воскликнул он. – Что же нам выходит нужно сложить оружие и ждать, пока он нас перебьет?

– Нет, – сказал Виктор. – Если потребуется, мы будем защищать себя и свои семьи. Я говорю только о том, что мы должны избегать войн, а не хвататься за оружие по всякому поводу. Я считаю, что мы можем победить Вольфгарда хитростью. – Последние слова конунга встретило гробовое молчание. – Ну так что, мои воины? – спросил Виктор. – Вы обещаете подумать над моими словами?

– Да, ярл, мы это обсудим! – за всех ответил Ролло и вдруг улыбнулся. – Но сначала расскажи нам еще что-нибудь о стране Будущего.

И по просьбе своих дружинников Виктор до глубокой ночи рассказывал им истории о своей прошлой жизни.

– Неужели даже Ролло и Канут не требуют к себе женщин, чтобы удовлетворить свою похоть?

Сибил хихикнула:

– Нет, не требуют. – Затем она показала на поднос: – Может вы покушаете теперь, госпожа?

Рейна кивнула, однако, ее мысли были далеки от еды. Она думала о муже, который что-то уж слишком задерживается.

ТРИДЦАТЬ ДВА

В опочивальне, возле огня сидела Рейна и играла с лисом, которого она назвала Фреки. Благодаря ее неистощимому терпению, леммингам и крысам, которых она приносила лису, ей удалось приручить к себе и друга Фрейи. Рядом с Фреки, крошечные пушистые щенки жадно сосали свою мать. Вид Фрейи и ее детенышей наполнял Рейну нежностью. И ей становилось совершенно ясно, что и она сама носит ребенка. Грудь стала больше и нежнее. Ей все время хотелось спать и есть. Она быстрее уставала. Когда наступит весна, она родит ребенка и если сон Виктора был вещим, то это будет сын. Волнение охватывало Рейну, когда она думала о том, что родит ребенка, которому, возможно суждено счастливое детство. Но иногда ей становилось страшно. Страшно от того, что Виктор может использовать ее и ребенка для достижения своих целей. Из-за этого-то она пока и не рассказывает мужу об этой радостной новости.