Синтия Райт - Дикий цветок

— Я бы хотел обещать вам…

Шелби постаралась улыбнуться как можно веселее и шире:

— Просто нам, наверное, не удастся уехать до окончания Королевских скачек в Аскоте и до приема в Виндзорском замке. Есть немало увлекательного, чем можно заняться, если ты — герцогиня!

— Ах, вот как? Ты, кажется, уже заговорила, как этот гигантский, надутый воздухом пузырь Мэнипенни! — Насупившись, Тайтес добавил: — Вы только не забывайте, кто без конца менял ваши пеленки, ваша светлость! Так что я знаю, что задик-то у вас ничуть не лучше, чем у любой обычной девчонки.

Брови Джефа взметнулись вверх, и он сдержанно возразил:

— С годами ваша память ослабла, мой друг, особенно в этом случае. — Он поднял свой бокал: — Я хотел бы предложить тост за несравненный «арьергард» моей невесты! Все засмеялись и воскликнули: — Ну что ж, за нее!

И осушили свои бокалы.

В тот же вечер, позднее, вдовствующая герцогиня Эйлсбери приехала в имение Сандхэрст вместе с Чарльзом Липтон-Лайензом и Вивиан Кролл. Вивиан, казалось, была измучена этой поездкой в обществе матери Джефа, и не успели они войти в дом в сопровождении личной прислуги Эдит, как Вивиан было сделано замечание относительно ее собственного неподобающего поведения.

— Дитя мое, это все-таки неприлично, что вы путешествуете с Чарльзом без вашей горничной. Могут пойти пересуды.

— Но у меня нет горничной, — с отчаянием, ответила Вив. — Если уж быть откровенной до конца, я сама — горничная Шелби!

Пожилая дама ахнула, повернувшись к Чарльзу: — Боже милосердный! Мальчик мой, а вы знали об этом?

— Конечно. — Он бережно взял тонкую руку Вивиан.

— Что происходит с английской молодежью? Эти неотесанные американцы околдовали вас, что ли?

В это мгновение Эдит отвлеклась, увидев своего сына, который пришел, чтобы проводить ее в столовую. Оказалось, что остальные гости уже сели за стол, не дожидаясь опоздавших. Услышав об этом, Эдит воскликнула:

— Но, Джеффри, ведь еще нет даже восьми часов! Одни только варвары садятся обедать раньше половины девятого!

Заранее предупрежденные о вдовствующей герцогине, семья Мэттьюзов и их друзья постарались воздержаться от споров с ней в продолжение обеда. Однако терпение их подвергалось серьезному испытанию.

Пока Эдит дожидалась первого блюда, а остальные ели клубничные пирожные, она завела разговор с Мэдди. Хотя мать Шелби и приехала в Англию с американского Дикого Запада, Эдит почувствовала расположение к ней благодаря ее осанке и достоинству, с которым та держалась.

— Вы воспитывались в Южной Дакоте, миссис Мэттьюз?

— Нет, по правде говоря, я родилась в Филадельфии и прожила там до двадцати лет. В те времена Дэдвуд был только-только основан и был еще совсем… не цивилизованный. Черные горы все еще принадлежали индейцам Сиу, и жизнь там была опасной и трудной.

Рассказывая об этом, Мэдди с удовольствием замечала, как все шире раскрываются глаза и рот Эдит.

— Я воспитывалась, как барышня и была совершенно не подготовлена к такой жизни.

— Но как же ваша мать разрешила вам поехать туда?

— Она умерла незадолго до этого, и мы с моим братом Бенджамином переехали в Дэдвуд к отцу. — В глазах у нее блеснули искорки, и она добавила: — Должна сказать вам, ваша светлость, что вы напоминаете мне мою мать. Она была, так похожа на вас! — «Спесивая зазнайка!» — подумала она с улыбкой.

— О, мне очень приятно слышать это, дорогая. Вдовствующая герцогиня допила свою рюмку хереса и неожиданно улыбнулась:

— Вы просто очаровательны! Какая жалость, что вам приходится оставаться в такой ужасной дыре — как там ее? Западная Дакота?

— Черные горы Южной Дакоты очень красивы, и Дэдвуд вырос теперь в прекрасный город. Я бы не могла и мечтать о лучшем месте, чтобы жить и растить моих детей.

Ее светлость пренебрежительно отмахнулась:

— Но что вы там делаете, в этой глуши? Как это ужасно, должно быть, получить утонченное воспитание и быть вынужденной жить в городишке, полном вульгарных, невоспитанных людей!

Не в силах больше сдерживаться, Шелби вмешалась:

— Моя мама — просто чудо. Она не только легко и незаметно приспособилась к жизни в Дэдвуде. Они с папой даже несколько недель прожили среди индейцев Сиу. Это было в 1876 году, как раз перед тем, как Сиу потеряли свои Черные горы и были вынуждены уйти в резервацию.

«Забавно, — подумала Шелби, — наблюдать, как глаза Эдит раскрываются все шире, но разумнее будет, пожалуй, отложить пока сообщение о Сан Смайл и рассказать о ней когда-нибудь потом, после свадьбы».

— Индейцы дали маме чудесное имя — Огненный Цветок! Вдовствующая герцогиня поджала губы:

— Как это… странно!

— Напротив, — возразил Джеф. — Если подумать об ослепительных волосах миссис Мэттьюз, то имя Огненный Цветок кажется весьма подходящим и красноречивым.

— Да, — согласилась Мэдди. — И я горжусь им. — Она едва заметно подмигнула Джефу: — А Шелби сказала вам свое индейское имя, которое ей дали, когда она была еще в пеленках?

— Нет! — Он с радостным ожиданием наклонился вперед.

— Дикий Цветок!

— Чудесно! Интересно, почему она никогда не говорила мне о нем?

Тут Шелби, тоже рассмеявшись, вмешалась:

— Ты и так был такой нехороший и называл меня «шалунишкой», Джеф! Я не хотела предоставлять тебе новых возможностей.

Вид у вдовствующей герцогини был уязвленный.

— Весьма оригинально! Может быть, ее так и будут называть — «Герцогиня Дикий Цветок»?

— Мама!

Джеф тут же осекся, не желая портить обед, и только улыбнулся Мэттьюзам извиняющейся улыбкой. Мэдди, закончила есть, извинилась и вышла из-за стола. Пройдя в библиотеку, она стала ждать Фокса. Не прошло и минуты, как тот появился в дверях, а за ним — Тайтес, Байрон и Бен.

— Я не хочу оставаться здесь на ночь, с этой дамой, — твердо сказала Мэдди. — Уж лучше я перееду в гостиницу.

— Тут и так хватает гостей, — согласился Фокс. — Пожалуй, нам лучше будет в более простой обстановке.

— Как ты думаешь, Шелби не обидится? — забеспокоилась мать.

Бен покачал головой:

— Нисколько. Она бы и сама убежала от герцогини, если бы могла — да и Джеф тоже! Попозже, в гостинице, я расскажу вам историю, которая произошла на балу у герцогини Девонширской. Шелби отчитала свою будущую свекровь, на глазах, у не менее чем половины почитателей «Книги пэров» Дебрэ.

— Ну и молодчина, — одобрил Фокс, потом повернулся к своему сыну: — Байрон, почему бы тебе не пойти и не объяснить все Джефу и Шелби? Скажи им, мы решили, что будет слишком хлопотно распаковывать тут вещи на ночь, а завтра переезжать в гостиницу. Проще сделать все сразу.