Сьюзен Джонсон - Чистый грех

— Я добавляю много сахара, — сказала индианка. — Ну-ка, давайте сядем и выпьем. Вот так, умница!

Весенняя Лилия помогла Флоре привстать и выпить полную чашку настоя.

Чай и впрямь подействовал почти мгновенно. Уже через пару минут тошнота пропала, головокружение прошло.

— Ну, что я говорила! — довольно воскликнула Весенняя Лилия, видя, что лицо пациентки медленно розовеет.

— Да, намного лучше, — сказала Флора со вздохом облегчения. — Огромное вам спасибо.

— Расскажите Адаму. Он будет в восторге;

— К сожалению, вы заблуждаетесь, — мягко возразила Флора. — У меня, видите ли, не может быть детей, потому что я перенесла несколько лет назад лихорадку в тяжелой форме. Добрая дюжина известных докторов сошлись на том, что мне уже никогда не родить.

— А я вам скажу просто: они ошиблись, все двенадцать!

Это было произнесено с такой убежденностью, что Флора впервые всерьез задумалась: а вдруг эти светила действительно дали маху? Нет, глупо возрождать надежду. Флора тут же отбросила утешительную мысль. Не могли такие опытные врачи ошибиться. Весенняя Лилия, при всей ее доброте, попала пальцем в небо.

— Хотела бы, чтоб вы были правы… но, увы… — промолвила Флора с грустной улыбкой.

— Ладно, не станем спорить, — сказала Весенняя Лилия. Эта бледнолицая очень скоро убедится в том, что носит во чреве дитя Адама, так что препираться сейчас нет никакого смысла. — Однако настой помог вам — и это главное. Когда вы окончательно придете в себя, я познакомлю вас еще кое с кем из родственников Адама. Все горят желанием поближе узнать вас. Они хотят видеть женщину, которая сумела вернуть улыбку на лицо Адама.

При встрече с Адамом Флора не стала упоминать о непорядках со своим желудком — зачем волновать его попусту. А вдруг ожившие мечты о ребенке она решительно выбросила из головы как очевидную глупость. Впрочем, девушка рассказала о визите Весенней Лилии и спросила насчет возвращения Изольды.

— Тебе не нужно так тщательно оберегать меня от неприятных новостей, — заверила девушка, когда он сел отдохнуть, опираясь спиной о плетеный подспинник. — Я предпочитаю быть в курсе всех твоих проблем.

— Не хотел портить твое праздничное настроение, — сказал Адам. — Джеймс сообщил мне о появлении Изольды. Но коль скоро мы ничего не можем предпринять против нее, то не стоит тратить нервы на размышления об этой дряни.

Он коснулся своей серьги — так абсароки отгоняют злой дух, если случайно упомянут его разговоре.

— Чтобы выдворить Изольду из твоей жизни, — сказала Флора, — тебе понадобится более сильное средство, чем потрогать серьгу.

Ее трогала приверженность Адама к племенным традициям. И так мило видеть эти простодушные серьги в ушах могучего и грозного мужчины!.. Сейчас он был в кожаных штанах и мокасинах, с голой грудью, и она залюбовалась им.

— Да ну ее! — сказал Адам. — Будем ломать голову, когда придет время. А теперь мне хочется поплавать. В эту жару так приятно окунуться в прохладную реку. Давай возьмем Люси и отправимся купаться.

Так они и сделали. День прошел неторопливо, приятно, по-семейному. Они купались, потом обсыхали на солнышке, а ближе к вечеру, когда жара немного спала, верхом отправились в сторону гор. Люси в итоге так утомилась, что заснула рано; Адам и Флора долго сидели в темноте у реки, любуясь звездами и слушая отдаленный барабанный бой, сопровождавший пляски.

Они занимались любовью — несколько раз, медленно, нежно. И заснули в объятиях друг друга под темным высоким сводом безоблачных небес.

А утром Адам держал ее голову, когда она извергала из себя пищу. Флора так ослабела, что уже не отталкивала его. Он на руках принес ее обратно в вигвам от ближайших кустов, к которым девушка метнулась сразу после завтрака.

— О Боже! Как раз этого я и боялся, — сказал он, такой же бледный, как и она. — Холера засела в тебе — и вот проявилась. К счастью, у нас есть снадобья доктора Поттс. Я буду рядом, пока ты не выздоровеешь.

Да, придется изменить все планы. Нед Сторхэм подождет, никуда не денется. А перед возвращением к Масселшелл он вышлет разведчиков — узнать, насколько велики силы Сторхэма.

— Это не холера, — сказала Флора, мало-помалу приходя в себя. — Вчера утром у меня был точно такой же приступ, но Весенняя Лилия дала мне настой из трав — и все прошло. Весь день я чувствовала себя отлично. Холера, когда вцепится, уже не отпускает. Будь добр, приготовь мне чашку чаю. И добавь побольше сахара. Весенняя Лилия говорит, что сахар тут главное.

Он заварил чай и помог ей выпить.

— Ну вот, кажется, отпустило, — сказала Флора и добавила в задумчивости: — Два утра подряд. Постепенно начинаю верить…

— Что ты имеешь в виду? — спросил Адам. Молодой человек покосился на все еще спящую Люси и вспомнил, что Изольда в начальный период беременности по утрам мучилась приступами тошноты.

Флора немного растерянно пожала плечами.

— Честно говоря, верится слабо… Не знаю, что и сказать. Одно точно: это не холера. Кожа у меня розовая, сухости нет, голос не сел, тошнота только по утрам. Когда Весенняя Лилия сделала определенный вывод из этого, я решительно не согласилась.

— Какой вывод? — осторожно осведомился Адам.

— Обычный вывод. Утренняя тошнота — характерный признак. Но я сказала, что со мной ничего подобного не может быть…

— То есть ты сказала ей, что у тебя не может быть детей? — уточнил Адам.

— Да. Ты не против, что я была откровенна с ней?.. Такое чувство, что я совершаю предательство по отношению к тебе тем, что у меня не может быть детей… И, наверное, не стоило признаваться Весенней Лилии…

Он отрицательно мотнул головой.

— Все в порядке. Не нужно делать из этого тайну. Весенняя Лилия согласилась с тем, что она ошиблась в своих выводах?

— Поначалу она стояла на своем. Но я, кажется, в итоге переубедила ее.

— Сейчас ты выглядишь намного лучше, — заметил Адам. — Бледность прошла, глаза нормальные. Как ты себя чувствуешь?

— Отлично. Словно ничего и не было. Ты у меня замечательная сиделка. Беру тебя на работу.

— Ну вот, раз юмор вернулся к тебе, значит, все в порядке, — сказал Адам. — Но даже если бы ты вздумала уволить свою сиделку, у тебя бы, биа, ничего не вышло. Я от тебя ни на шаг.

Позже, когда Флора решила подремать возле Люси, Адам вышел из своего вигвама и отправился на поиски Весенней Лилии.

Он нашел ее в группе женщин, наблюдавших за игрой своих ребятишек. Когда хозяин ранчо попросил ее отойти в сторону на минутку для разговора, остальные женщины заулыбались и, не стесняясь, пожирали глазами красавца и достаточно громко повторяли слово «ба-бару-сабиш», что означало «прекрасный» или «великолепный».