Патриция Филлипс - Негасимое пламя

Они жевали марципан, слуга принес кубки с вином. Брин взахлеб хвастался перед Рисом своей новой гончей, которая, дай ей волю, загонит любого зверя. И пока обе женщины обменивались колкими взглядами, мужчины дружелюбно пересмеивались, радуясь встрече и не обращая ни малейшего внимания на то, как атмосфера постепенно накалилась.

— Я не имела ни малейшего понятия о том, что тогда произошло на самом деле, — наконец с видимым усилием произнесла Элинед. На лице ее играла странная улыбка. — Прошу простить меня.

— Так не лучше ли было вначале выяснить, что к чему, а лишь потом устраивать сцену?

— Стало быть, вы так еще и не простили мне эту глупую выходку? — насмешливо фыркнула Элинед, и глаза ее блеснули, как у кошки.

— Ничуть, просто хочу напомнить, как это было на самом деле, — осторожно ответила Джессамин. — Слава Богу, Рис поверил мне, так что ничего страшного не произошло… если не считать оскорбленной гордости… нашей, естественно!

Лицо Элинед потемнело.

— Ах, можете не объяснять, что вы чувствуете! А вот попробуйте представить теперь, каково было мне, когда до меня дошла весть, что Рис решил порвать нашу помолвку!

— Нельзя насильно заставить мужчину влюбиться, — невозмутимо напомнила ей Джессамин, гадая, скоро ли Рис с Брином наконец прекратят болтать всякую чушь и избавят ее от необходимости в одиночку развлекать эту злобную стерву.

— Ну, вам-то как раз это неплохо удалось! — огрызнулась Элинед. Вскочив на ноги, она взгромоздила на стол большой мех с вином. — Это вино особое — из королевских погребов. Его пожаловал Проктору сам король, в награду за его неизменную верность трону! — с кривой усмешкой добавила она, намекая на приверженность Риса интересам Глендовера.

Брин уже успел подхватить шейка на колени и с удовольствием играл с ним. Малыш визжал от восторга, жевал ему пальцы, а потом со страшным рычанием вонзил крохотные зубки в рукав Брина.

Элинед осторожно разлила по бокалам вино, наполнив их только до половины, маленькие — для женщин, мужчинам — чуть повыше.

— Брин, опусти собаку на пол! Разольешь вино! Тем более что здесь пить уже нечего, — резко одернула его Элинед.

Брин послушно подхватил щенка, но маленький упрямец вцепился в рукав мертвой хваткой, решительно отказываясь отправляться на пол. Рис вместе с Джессамин ринулись на подмогу, но все было напрасно — малыш только крепче стиснул челюсти.

Улучив момент, пока они возились с собакой, Элинед молниеносно высыпала в один из маленьких бокалов шепотку белого порошка, взболтав его, пока порошок не растворился без следа. Затем придвинула бокал поближе к Джессамин.

Наконец щенок недовольно разжал зубы, и Брин снова вернулся на свое место.

Рис предупреждающе вскрикнул и быстро подхватил кубки с вином: расшалившийся малыш кинулся к Элинед и с восторженным визгом вскочил к ней па колени. Она отчаянно завизжала, закрыв лицо обеими руками, пока он изо всех сил старался лизнуть ее в нос. Когда хохот немного улегся, брату удалось спасти ее. Подхватив на руки шалуна, он поставил его на пол прежде, чем тот успел испортить великолепный наряд взбешенной красавицы.

Рис махнул рукой слуге, и тот, подхватив на руки возмущенно извивавшегося щенка, торопливо выбежал из зала.

— Мне казалось, ты любишь собак. А этот к тому же совсем малыш. Он бы тебе ничего не сделал.

— А платью? — кисло скривилась Элинед. — Да он, чего доброго, напустил бы лужу и окончательно изгадил его!

Брин расхохотался:

— Хотелось бы мне посмотреть на это! Держу пари, Элинед подняла бы такой визг — в Англии было бы слышно!

— Если бы твой дублет стоил столько, сколько мое платье, дорогой братец, и ты бы визжал не меньше! — завопила в ярости Элинед, успев бросить молниеносный взгляд в сторону кубков с вином. И тут, к се ужасу, оказалось, что их уже не там, где она разливала вино. Кто-то, видно, передвинул их, причем в большой спешке — возле одного из кубков растеклась багрово-красная лужица, и вино крупными, тяжелыми каплями стекало на тростниковую циновку.

Чертова собака, подумала она в бешенстве. Если бы она не носилась тут как угорелая, ничего не случилось бы. Однако, казалось, в кубках оставалось еще достаточно вина, и Элинед немного успокоилась. Все еще может пройти как надо, подумала она.

— Ну а теперь, раз уж этого негодника увели, давайте выпьем за наше примирение, — сладенько пропела она, послав Рису сияющую улыбку. Взяв кубок в руки, она подняла на него глаза, и они сверкнули, словно кусочки голубого льда.

— Да, давайте выпьем за то, чтобы оставаться друзьями, — откликнулся Рис, подняв кубок.

Брин и Джессамин последовали их примеру.

— Прекрасное вино, — удивленно поднял брови Рис и с довольным видом причмокнул губами, смакуя изысканный вкус. — Передайте Проктору, что я в восторге!

— Слегка горчит, по-моему, — отпив немного, с видом знатока прищурилась Элинед. — Может, взболтали осадок за дорогу?

— Брось! Вино чудесное. Давайте-ка теперь выпьем за здоровье Риса и леди Джессамин. Пусть живут долго и счастливо, — предложил Брин, высоко подняв кубок и чокнувшись с остальными.

— Да, долго и счастливо… если смогут, — вполголоса прошипела Элинед. Она сделала большой глоток, подивившись, почему у нее вдруг пересохло в горле. Скорее всего, подумала она, эти болваны просто не могут отличить хорошего от плохого. Она — единственная, кто хоть что-то понимает в винах. Прекрасное вино… как же… ничуть не лучше того отвратительного пойла, что можно отыскать в любом паршивом трактире! И вдруг ужасная догадка парализовала ее мозг… вино и впрямь горчило! А что, если… если дело не в вине, а в том кубке, из которого она пила?! При мысли об этом сердце ее ухнуло в пятки.

— А как на ваш вкус, леди Джессамин, — горчит оно? — резко спросила она.

— Разве что немного… после марципана. Надо было сласти оставить на потом. — При этих словах Элинед почувствовала, что у нее словно камень с души упал. На лице ее отразилось облегчение.

— Вечно вы, женщины, недовольны, что вино горчит! — фыркнул Брин. — А я бы сейчас охотно выпил доброго валлийского эля — просто чтобы сравнить с этим королевским пойлом. Что скажете, Рис?

— Как раз об этом я сейчас и подумал! — Рассмеявшись, Рис велел слуге принести кувшин с элем.

— Я слышала, вы собираетесь пожениться в самом скором времени? — небрежно спросила Элинед, в то время как мужчины принялись обсуждать меч, который Рис добыл в бою за Брин-Глас.

— Это вас удивляет?

— Если речь идет о вас, то меня уже ничто не может удивить, леди Джессамин Дакре. А при том, что вы вечно возитесь со своими травами и настоями, так любой, зная, как вам удалось мигом окрутить моего жениха, решил бы, что вы спознались с нечистой силой!