Элизабет Лоуэлл - Очарованная

— Ариана ушла за своим приданым, — решительно заявил он.

— В своем ли ты уме? — воскликнул Саймон. — Чтобы она ушла пешком, да еще в бурю? Проклятое приданое может быть где угодно на пути между Нормандией и Англией!

Эрик прищурил глаза, вновь и вновь перебирая в уме все возможные события, которые преследовали его с того момента, как он узнал о пропаже приданого.

Саймон хотел что-то добавить, но Доминик сделал ему знак замолчать.

— Я почти уверен, — медленно произнес Эрик, — что Джеффри прихватил украденное приданое с собой в Спорные Земли. Если это так, то приданое спрятано где-то между Стоунрингом и Сильверфеллом.

— Она должна была сказать мне об этом, — мрачно произнес Саймон.

— Но ты бы не позволил ей отправиться одной, — возразила Мэг.

У всех мелькнула одна и та же мысль: Ариана решила, что пойдет одна на поиски пропавших сокровищ, чтобы Саймон не оставлял своего брата и господина одного в это тяжелое время.

— Приготовь лошадей, — сказал Доминик Саймону. — Ты должен нагнать ее как можно скорее. Лорд Эрик, не согласитесь ли вы отправиться с Саймоном?

— Я отправлюсь с ним сию же минуту, милорд.

— А что ты скажешь Дегерру? — спросил Саймон Доминика.

— Ничего. Ариана не выказывала ни малейшего желания встречаться с ним. Если нам повезет, то он ничего не заподозрит.

— Ну а если не повезет?

— Торопись, Саймон. Скачи во весь опор. Я хочу, чтобы моя жена снова могла спать спокойно.

Глава 33

Саймон и Эрик мчались по обледенелой тропинке, будто за ними гнались демоны, но перехватить Ариану им так и не удалось. Вскоре они достигли поместья Карлайсл, но и там ее не было. Им все казалось, что они разминулись с ней ночью, в бурю, и поэтому, послав Стагкиллера на поиски места ее ночлега, они лишь ненадолго забылись тяжелым, тревожным сном.

Пес воротился под утро. На его лапах налипли кусочки льда, и он не принес никаких вестей — ни дурных, ни хороших.

К удивлению немногочисленной прислуги Карлайсла, Саймон встал задолго до рассвета. Не притронувшись к завтраку, он молча сидел за столом, продолжая думать об Ариане.

— Она, должно быть, заблудилась, — наконец произнес он. Эрик отрезал кинжалом кусок холодного мяса, отломил кусок сыра и ломоть хлеба и положил все это перед Саймоном.

— Ты забываешь о ее волшебном даре, — коротко возразил он. — Пока существуют небо и земля, она теперь никогда не потеряет дорогу.

— Тогда почему нам не удалось ее нагнать? — угрюмо спросил Саймон.

На этот тревожный вопрос у Эрика не было ответа. Он знал только, что дурное предчувствие росло в его душе по мере того, как крепчала снежная буря.

— Стагкиллер не нашел следов ее присутствия в округе, — сказал он, помолчав. — Наверное, ей удалось раздобыть лошадь, и теперь она где-то впереди нас.

— Она же замерзнет — там такая стужа, — прошептал Саймон.

— На ней платье Посвященных.

— Разве оно сможет ее согреть?

— Ешь, — коротко бросил Эрик, не отвечая на его вопрос. — Мы попытаемся догнать ее верхом, а когда кончится метель, я пошлю своего сокола на разведку.

Но буря не утихла даже тогда, когда всадники подъехали к священному Каменному Кольцу. Ледяная мгла опустилась на землю, скрывая от взора путников огромные каменные глыбы. Саймон и Эрик остановили усталых лошадей, и Стагкиллер спрыгнул на землю, взрыхлив серебристый снег.

Сокол переступил со своего шеста на руку Эрика, встряхнул перьями и раскрыл клюв, словно наслаждаясь свободой и ветром. Эрик пронзительно свистнул, и птица ответила высокой, удивительно мелодичной трелью.

Посвященный резким движением руки подбросил сокола в небо, и Винтер, расправив изящные узкие крылья, растаял в холодной мгле.

Саймон смотрел в небо с надеждой и страхом, пока сокол не скрылся из виду. Сквозь тучи проглянуло солнце, слепя глаза, а он все так же напряженно вглядывался вдаль.

Наконец Винтер вынырнул из-за туч с протяжным, жутким кликом. Сокол пересвистывался со своим хозяином так долго, что Саймону захотелось прикрикнуть на них обоих.

Когда Эрик обернулся к Саймону, в его глазах застыла печаль.

— Нет! Не говори мне ничего! — яростно выкрикнул Саймон. — Я не хочу этого слышать! Ариана жива!

Эрик помолчал, прежде чем произнес те горькие слова, которые ему так не хотелось говорить.

— Ариана… — Голос его пресекся. — Ты больше ее не увидишь.

— Не верю! Она жива.

— Ариана неподвижно лежит внутри второго кольца камней, — продолжал Эрик. — Это все, что было дозволено увидеть Винтеру.

— Дозволено? Да что, черт побери…

— Второе кольцо, — прервал его Эрик, — нельзя взвесить, измерить или потрогать рукой. Но, несмотря на это, оно существует. Ты этого никогда не признавал. И теперь, живая или мертвая, Ариана тебе недоступна. Остается проверить, может быть, мне будет позволено проникнуть во второе кольцо.

Эрик дернул поводья и пришпорил лошадь. Саймон наблюдал за ним, еле сдерживая тревогу. Однажды он уже пытался выследить Мэг, когда та вошла в священное кольцо камней, и у него ничего не получилось. Затем он пытался помочь Дункану найти Эмбер, но опять не смог пройти сквозь невидимую преграду. И вот снова перед ним стояла загадка Каменного Кольца.

«Если только это и вправду загадка, — твердил себе Саймон. — Если только это и в самом деле так!»

Но даже сквозь пелену сомнения страх рос в его душе.

«А что, если она действительно там и я не смогу ее отыскать?»

Ответа на этот вопрос он не знал, но в нем росла безотчетная уверенность, что священное место испытывает его так же, как в свое время оно испытывало Доминика и Дункана.

И Саймон боялся, что его ждет неудача: он не обладал ни проницательностью Доминика, ни яростным упорством Дункана.

«Как я отыщу то, что не могу ни слышать, ни видеть, ни чувствовать? И почему, во имя всего святого, это удалось Доминику и Дункану?»

Лошадь Эрика внезапно остановилась как вкопанная.

— Оно не впускает меня! — свирепо крикнул Посвященный. — Клянусь всеми святыми, оно не впускает меня!

Страх и гнев обуяли Саймона. Он что есть силы пришпорил коня и направил его прямо на неподвижные каменные глыбы, скрытые в снежной мгле. Лошадь галопом поскакала вверх по холму и остановилась, будто наткнувшись на невидимую стену.

Для Саймона это уже не было неожиданностью. Он отшвырнул поводья и спрыгнул на землю с кошачьим проворством.

— Я пройду куда угодно, только бы ее найти! — крикнул Саймон каменным глыбам. — И к дьяволу все ваши священные тайны!

Как воин перед поединком, Саймон шагнул навстречу древним камням, проступающим сквозь пелену пурги.