Пушистая Сырная Мышь - Игра в невинность

— Куда она опять пропала, Джейми? — пробормотал Уолтон, опрокидывая очередной стакан с бренди. — В чью постель прыгнула на сей раз?

— Джон, приди в себя, — Эйвори встряхнул друга за плечи. — Ты же пьян, как сапожник! И из-за кого? Из-за распутной шлюхи с ангельским личиком?! Да таких полно вокруг!

— Ты прав, я надрался, как последняя сволочь, — Джон уронил голову на руки. — Можешь считать меня самым распоследним идиотом, Джеймс, но я люблю её. Просто люблю и всё.

Эйвори выругался про себя, понимая, что друг в безнадёжном состоянии.

— Ты действительно так сильно её любишь? — тихо спросил он.

Уолтон поднял мутные глаза, во взгляде которых сквозила глухая тоска.

— Да.

Джеймс вздохнул, потом резко ответил:

— Тогда ищи её. Ищи, где бы она ни была, заставь отойти от теперешнего образа жизни, тем более, как ты говоришь, у неё есть дочь! Только не кисни, Джонни, не хорони себя в тоске!

Уолтон стиснул пустой стакан.

— Я ей не нужен, Джеймс. Она не подпустит меня к себе.

— И тебя это остановит? Ты же её любишь, Джон, и желаешь добра, ради неё са-мой. Рано или поздно Карина поймёт это, и ещё благодарна тебе будет.

— Ты думаешь? — Уолтон с надеждой посмотрел на друга.

— Я не сомневаюсь, — уверил его Джеймс. "Прости, Господи, но ему нужна уверенность".

Джон Уолтон вдруг произнёс совершенно трезвым голосом:

— Клянусь, Джеймс, что не вернусь в Англию, пока не найду её.

— Ты думаешь, она поехала на материк? — Эйвори скептически изогнул бровь.

— Я в этом уверен.

Джон и не надеялся сразу отыскать мисс Мэлсби, допуская, что она могла даже сменить имя, но обретение цели придало ему сил и упорства. Побывав в Париже, он узнал, что да, здесь жила некоторое время мадам Аньес с дочерью, красавица вдова, но она вскоре уехала. Куда — никто не знал. Уолтон направился на юг Франции, оттуда в Италию, дальше наметив Испанию…

Карина открыла узкий футляр: внутри на чёрном бархате лежало изумительной работы колье с изумрудами.

— С днём рождения, любовь моя, — князь поцеловал тонкие пальчики молодой женщины. — Я подумал, они очень пойдут к твоим глазам.

— Александр, ты просто прелесть, — улыбнулась Кэрри. — В который раз убеждаюсь, что не ошиблась в тебе.

Она познакомилась с князем Александром Орельским в Германии, куда направилась после Франции, и они были вместе вот уже почти год. Карина назвалась вдовой, сказала, что путешествует, дабы немного прийти в себя после смерти мужа, и согласилась на компанию князя, любезно предложившего скрасить ей время вдвоём. Александр оказался прекрасным любовником, и образцово вёл себя, не проявляя ничего, кроме страсти к красивой женщине. Кэрри ни разу за всё время не заметила в нём тревожащих признаков чего-то серьёзного, чему была только рада. Однако, Александру надо было возвращаться в Россию, и они проводили вместе последнюю неделю в Италии. Малышке Аннелин исполнилось два года, и девочка очень радовала мать, непоседливо бегая по дому, путаясь в платьице из шёлка нежного цвета морской волны.

За этот год, с тех пор, как Карина покинула Лондон и Англию, она очень редко вспоминала Джона Уолтона, в основном только встречая кого-нибудь, похожего на него. Мисс Мэлсби не думала, что у него хватит глупости поехать разыскивать её по всей Европе, и потому совершенно не беспокоилась на счёт своего упрямого поклонника.

— Кэрри, я оставляю тебе этот особняк, живи в нём, сколько захочешь, — Александр взял её узкую ладонь. — Я уезжаю завтра, и благодарю за прекрасно проведённое время, ты навсегда останешься в моей памяти.

— И тебе спасибо, Александр, — она улыбнулась. — Мне было хорошо с тобой.

Снова Карина осталась одна, но это её не испугало и не вогнало в тоску. Вокруг была Венеция, прекрасный город, и молодая женщина собиралась отправиться на прогулку. Она надела лёгкое открытое платье из батиста абрикосового цвета, накинула на пламенеющие кудри воздушную шаль, проверила, как там спящая Аннелин, и вышла на улицу.

— Замечательная погода, — улыбнулась Карина сама себе и прогулочным шагом направилась к центру города.

Неожиданный порыв ветра сдёрнул шаль с головы, Кэрри обернулась, в надежде поймать шаль, и наткнулась на высокого черноволосого мужчину, державшего предмет её одежды.

— Это, случайно, не ваше, сеньорита?

— Сеньора, — улыбнулась Карина, принимая шаль. — К сожалению, мой муж недавно умер, оставив мне только дочь.

— Даниэло Ковалли к вашим услугам, сеньора, — поклонился он. — Нельзя, чтобы такая красивая женщина долго оставалась одна.

Кэрри чуть прищурилась, в зелёных глазах мелькнул огонёк.

— Вы очень любезны, сеньор, — проворковала она. — Я тут почти никого не знаю, и редко куда выхожу…

— Постараюсь развлечь вас, как смогу, — Даниэло коснулся губами тонких пальчиков.

Карина изогнула бровь.

— И как же вы можете, сеньор? — невинно захлопав ресницами, спросила она.

— Вы хотите узнать это прямо сейчас? — тихим голосом спросил он, голубые глаза блеснули, остановившись на её груди, прикрытой кружевами.

Кэрри негромко рассмеялась.

— Вы слишком торопитесь, сеньор Ковалли, — мурлыкнула молодая женщина, стрельнув в него глазами. — Всему своё время.

…Джон Уолтон в изумлении смотрел вслед удаляющейся паре, не в силах поверить удаче: вот так, случайно, встретить Карину в Венеции, когда он год безрезультатно мотался по Европе? Видимо, не зря он решил вернуться во Францию через Венецию.

— Только бы не испугать её своим появлением раньше времени, — пробормотал Джон, следуя за молодой женщиной и её спутником.

Карина же с удовольствием окунулась в новую игру, и Даниэло, похоже, прекрасно знал правила этой игры. Воздух Венеции, наполненный ароматами цветов и моря, кружил голову, она ощущала себя словно в каком-то тумане. Месяц она водила Ковалли за нос, лишь сильнее разжигая страсть в итальянце. Среди высшего общества Венеции, куда ввёл Карину Даниэло, молодая вдова сеньора Мэлсби имела несомненный успех.

— Кэрри, когда я смогу наконец видеть тебя в своём доме? — прошептал Даниэло, медленно целуя нежную шейку, плечи, грудь Карины.

— Сеньор, я всего лишь бедная вдова, дайте же мне прийти в себя, — мурлыкнула она, откинувшись на спинку скамейки в самой отдалённой части сада. Чуть прикрыв глаза, она наслаждалась приятной дрожью, вызванной поцелуями.

— Ты же хочешь этого не меньше, чем я, Кэрри, — Даниэло поднял голову.

— Всему своё время, милый, — она улыбнулась, выскользнув из его рук. — Нам пора возвращаться, мы слишком долго отсутствовали.