Лей Гринвуд - Лорел

— Но она не любит прислушиваться к советам других людей.

Именно это и беспокоило Хена.

— Ладно, пусть мне не удастся уговорить ее. Но почему бы тебе, Хоуп, не поговорить с ней? Возможно, она…

В этот момент дверь распахнулась, и на пороге конторы появилась Грейс Уорти.

— Так вот ты где, Хоуп, — недовольным голосом она обратилась к дочери. — Как я сразу не догадалась, что неприятности притягивают тебя, как яркий цветок пчелу. Ты что, забыла, что ресторан открывается через час? Я сбилась с ног, и мне нужна твоя помощь!

Гнев матери не предвещал ничего хорошего, и Хоуп упала духом.

— Но я должна была рассказать шерифу о Блакторнах, — робко начала оправдываться девочка. — Он ведь не знает еще, что их сотни и сотни и что они подлые и кровожадные. И готовы стрелять во все, что движется.

— Думаю, что они не настолько глупы, чтобы без причины стрелять в невинных жителей, — заметила миссис Уорти. — Но с одним не могу не согласиться: Блакторны — очень беспокойная семья. Уверяю вас, вы не последний раз слышите о них. Их проделки постоянно на слуху.

— Вот видите, я же говорила! — подхватила обрадованная Хоуп.

— Честно говоря, меня больше беспокоит Лорел Блакторн, — признался Хен. — Дэмьен пригрозил, что все равно они заберут мальчика.

— Возможно, по-своему, он прав.

— Хочу попросить вас или кого-нибудь из дам встретиться с Лорел и уговорить ее перебраться в город.

Миссис Уорти ответила не сразу. Воспользовавшись заминкой, Хоуп открыла, было, рот, но суровый взгляд матери заставил девочку промолчать.

— Буду рада помочь, но сомневаюсь, что она прислушается к моим словам.

— Почему вы так думаете?

— К сожалению, между ней и жителями города сложились напряженные отношения. Боюсь, вина лежит на обеих сторонах. Она — молодая женщина с трудным характером, оказавшаяся к тому же в крайне тяжелом положении. Думаю, с ней поговорить должны вы.

— Но мы едва знакомы.

— Именно поэтому лучше поговорить с ней вам самому.

— Я могу пойти, — вызвалась Хоуп.

— Что касается вас, юная леди, то вы немедленно отправитесь домой и займетесь работой. А если вы еще хоть раз уйдете из дома без разрешения, обещаю: вы целую неделю просидите в своей комнате.

Угроза оказала должное воздействие, и Хоуп послушно пошла впереди матери к выходу. У двери миссис Уорти повернулась:

— Когда Лорел впервые появилась в здешних местах, некоторые дамы пожелали проявить милосердие и предложили помощь. Но, к несчастью, почти никто не поверил в замужество Лорел. Кроме того, женщины не разрешили своим детям играть с Адамом. Лорел восприняла подобное отношение как оскорбление и дала понять, что никому не позволит смотреть на себя и на сына свысока. Боюсь, она совсем разуверилась, в человеческой доброте и справедливости. Надеюсь, вам удастся изменить ее мнение.

Хен удивленно смотрел вслед миссис Уорти. Самым веским аргументом в любом споре он всегда считал ружье. Интересно, почему эта женщина решила вдруг, что он сможет повлиять на Лорел Блакторн?

Молодой человек небрежно швырнул связку ключей в ящик стола и со скрипом задвинул его. Но даже резкий, неприятный звук не отогнал беспокойные мысли. Хен раздраженна передернул плечами. Ему не хотелось иметь дело с женщиной. Но он обязан защитить ее!

Громко выругавшись, он подхватил шляпу и направился к двери.

Несмотря на полуденную жару, на улице толпились люди. Не хотелось ни встречаться, ни тем более разговаривать с кем-то. Хен быстрым шагом обогнул угол тюрьмы и пошел по направлению к оврагу.

Блакторны не беспокоили его, он думал только о Лорел. Одна-единственная встреча — и эта своенравная женщина запала в душу. Что же будет дальше?

Конечно не ее вина в том, что он так вспыльчив, раздражителен и готов оторвать кому угодно голову. Не ее вина в том, что ему приходится выполнять работу, которая не нравится. Не ее вина и в том, что имеет ребенка, который остро нуждается в защите и покровительстве надежного мужчины. И уж совсем не виновата Лорел, что ее прекрасные черные волосы покорили сердце Хена. Перед глазами молодого человека возник двигающийся с грациозностью газели образ.

Нет, так не может продолжаться, нужно прекратить думать о ней. Если бы она узнала, что у него на уме, наверняка бы швырнула рубашки ему в лицо.

Хен усмехнулся: твердости характера Лорел не занимать, но, очевидно, гордыня и упрямство заглушают голос рассудка. Будь она благоразумнее, она бы давно уже вышла замуж: и уехала подальше от Сикамор Флате.

А он сам обладает здравым смыслом? Наверное, не больше, чем Лорел. Уже скоро тридцать, а он так и не нашел свое место в жизни. И вместо того чтобы заняться чем-нибудь нужным, полезным, он нянчится с этим захолустным городком, растрачивая время зря. Разве умный мужчина станет забивать голову всякой ерундой, как убедить настырную женщину покинуть ставшее ненадежным убежище в горах и помириться с местными обывателями. Она ни за что не согласится! И ее не за что винить.

После девяти часов улицы Сикамор Флате становились многолюдными. Как и в любом западном городе, здесь имелось изрядное количество салунов, которые ближе к вечеру, когда спадала жара, гостеприимно распахивали двери. Вокруг Сикамор Флате располагалось немало шахт и приисков, поэтому в городе то и дело появлялись шахтеры, желающие пополнить запасы продовольствия и немного передохнуть после многомесячных трудов. Проведя несколько дней в городе, они вновь отправлялисъ на поиски счастья, пытаясь добыть немного богатства в недрах скудной матушки-земли.

Женщины быстро скрылись в домах, хлопоча по хозяйству. Мужчины, возбужденные недавним происшествием, собирались группами у стоек баров и толпились вокруг карточных столов, потягивая виски. Стрельба в салуне Элджина стала основным предметом разговора. То там, то здесь угловатые подростки пытались пристроиться поближе к взрослым, прислушиваясь к разговору.

Хену никогда не нравилось общество людей, являвшихся завсегдатаями салунов. Но он — шериф. Ему надо бывать везде.

Салун Элджина — не самое популярное место в городе, но здесь бывали почти все респектабельные горожане. Хен обменялся приветствием с сидящими за карточными столами.

— Шериф, — окликнул молодого человека владелец заведения, — добрый вечер. — Лицо Элджина расплылось в радушной улыбке.

— Выпейте, угощаю. После этой проклятой стрельбы двери моего салуна открыты для вас в любое время. И выпивка за мой счет.

— Благодарю, но я не пью.

— Никогда? — недоверчиво переспросил Эл-джин.

— Это не доставляет мне удовольствия и не соответствует моим принципам. — Хен посмотрел на потолок. — А с крышей придется повозиться.