Кэт Мартин - Ни о чем не жалея

Жокеи непрерывно подгоняли лошадей. Прильнув к их шеям, они двигались в такт стремительному бегу почти с такой же грацией, с какой скакали лошади. Огромная толпа, заполнившая ипподром, держала пари, кто победит. Голоса становились все громче, и Кейт явственно ощущала, как нарастает возбуждение. Вот лошади вышли на финишную прямую. Слышно было, как они приближаются, громко стуча копытами, из-под которых вылетали комья земли. Ураган снова вырвался вперед почти на корпус, однако Сэр Гарри мчался с головокружительной скоростью.

Кейт закусила губу, моля Бога, чтобы лошадь герцога пришла первой. Люди повскакивали со своих мест, громко крича. Вот до финиша осталось шесть корпусов. Пять... Четыре... Три...

– Сэр Гарри вырвался вперед! – крикнула Кейт, хватая герцога за рукав. – Он победит, Рэнд! Непременно победит!

– Да... – тихо прошептал герцог, и голос его прозвучал хрипловато. – Похоже, что победит.

Но когда он поднял голову, взгляд его упал вовсе не на лошадей, а на губы Кейт, и ей показалось, будто его карие глаза полны такого огня, что нарядное шелковое платье цвета спелой сливы вот-вот вспыхнет. Она поймала себя на мысли, что впервые назвала герцога по имени, и смущенно отвернулась, пытаясь припомнить, смотрел ли когда-нибудь кто-то на нее так, как этот красивый статный мужчина.

Лошади пересекли финишную черту. Первым пришел Сэр Гарри, совсем чуть-чуть опередив соперника. Кейт, Элизабет и добрая половина зрителей восторженно приветствовали победителя.

– Вы выиграли! – Кейт повернулась к герцогу, смеясь. – Победа!

Герцог слегка усмехнулся.

– По-моему, это не я, а Сэр Гарри заслуживает похвалы. И ему придется выиграть состязания снова, если я хочу забрать домой приз. – Они одновременно повернулись к скаковой дорожке, глядя, как жокей пустил Сэра Гарри по кругу, чтобы остудить его немного перед следующим заездом.

Белдон внимательно наблюдал за лошадьми и внезапно нахмурился.

– Он хромает, – заметил герцог, вставая. – Что-то случилось. – И, не вдаваясь в дальнейшие объяснения, он направился к конюхам и тренерам, стоявшим рядом с лошадьми.

Кейт повернулась к Элизабет и лорду Рейвенуорту.

– Если его лошадь и хромает, я этого не вижу. И как Белдон мог разглядеть это с такого большого расстояния?

– Рэнд знает своих лошадей, – заметил Рейвенуорт, глядя на скаковую дорожку. – Если он говорит, что лошадь хромает, значит, так оно и есть.

А на скаковой дорожке уже стоял спустившийся с трибуны лорд Маунтрайден и оживленно о чем-то спорил с герцогом. Было видно, что мужчины никак не могут договориться. Кейт нервно покусывала кончик перчатки. Что-то происходило, и герцог явно был недоволен. Наконец он повернулся, вновь поднялся на трибуну и, пройдя мимо Кейт и четы Рейвенуорт, приблизился к человеку, сидевшему вместе с маленькой группой зрителей на другом конце трибуны.

– Он разговаривает с лордом Уайтлоу, – сообщил Кейт Рейвенуорт. – Этот человек занимается на скачках призами.

Несколько минут спустя Рэнд вернулся к Маунтрайдену, вручил ему конверт, повернулся и зашагал прочь.

– Можем ехать, – сказал он, подходя к Кейт и Рейвенуортам. – Сегодня состязаний больше не будет.

– Как жаль, – разочарованно протянула Элизабет. – А мне так хотелось увеличить мой выигрыш.

– А как Сэр Гарри? – с беспокойством спросила Кейт, представив себе красивого жеребца с длинной шеей.

Герцог удивленно вскинул брови.

– Сэр Гарри? Отлично.

– Но вы же говорили, что он хромает. Герцог улыбнулся:

– Это не Сэр Гарри хромал, а Ураган. Должно быть, повредил сухожилие, когда проходил последний отрезок дистанции.

– Ураган? – Кейт бросила взгляд на скаковую дорожку, ища глазами красивого вороного жеребца. – Неудивительно, что я этого не заметила. Полагаю, лорд Маунтрайден был вынужден заявить о своем отказе участвовать в скачках?

Герцог покачал головой.

– Это я заявил об отказе участвовать в скачках. Ураган – один из самых потрясающих коней, которых я когда-либо видел. Маунтрайден загнал бы его до смерти, намереваясь выиграть. Я не хотел, чтобы это произошло.

Кейт ошарашено смотрела на него. Сначала она даже подумала, что неправильно его поняла. Неужели он отказывается от десяти тысяч фунтов, чтобы спасти животное от увечья? И не свое, а чужое?

– А что, если Маунтрайден возьмет и выставит свою лошадь на других скачках?

– Не выставит. Я заявил об отказе участвовать в скачках лишь на том условии, что Ураган не будет принимать участия в бегах в течение по крайней мере двух месяцев. До этого времени все ставки аннулируются, а через два месяца состоится повторное состязание.

Кейт украдкой разглядывала красивый профиль герцога. Ей припомнились слова Элизабет Уорринг о том, что у него тонкая душа. Сейчас это подтвердилось. Не много найдется мужчин, способных пожертвовать десятью тысячами фунтов, особенно когда они их почти получили.

В этот момент Кейт почувствовала, как Элизабет сжала ее руку.

– Ну, как тебе твои первые в жизни скачки, Кейт? Понравились?

– Как сказали бы вы, британцы, потрясающе! – ухмыльнулась Кейт.

Элизабет расхохоталась, а следом за ней и герцог. Он повел Кейт к коляске, и всю дорогу она ощущала на себе его внимательный взгляд.

– Мне еще предстоят кое-какие дела на ипподроме, – сказал он, усаживая ее в коляску. – Поскольку экипаж Ника тоже здесь, мы присоединимся к дамам в городском доме немного позже. – Он поднес к губам ее руку, и Кейт почувствовала сквозь перчатку, словно ее обожгло огнем. – Я не задержусь, Кейт, – многозначительно прибавил он, впервые назвав ее по имени, как совсем недавно сделала она. – Обещаю.

Кейт лишь кивнула в ответ. Что-то сегодня изменилось в их отношениях. Она впервые почувствовала себя рядом с ним женщиной.

Здравый смысл подсказывал, что ей следует держаться настороже, но меньше всего она хотела сейчас быть разумной.

Глава 4

Стоя рядом с Рэндом Клейтоном, Ник Уорринг смотрел, как его жена и Кейтлин Хармон уезжают с ипподрома в коляске Элизабет. Герцог тоже не сводил с нее глаз, и было ясно, о чем он думает. Наконец коляска скрылась из вида.

– Спокойнее, друг мой, – проговорил Ник. – У тебя все на лице написано, и, если я правильно понимаю, мысли твои абсолютно безнравственны.

Рэнд тихонько рассмеялся, ничуть не удивившись тому, что Ник видит его насквозь. Они дружили с Оксфорда, где оба учились. Нику здорово досталось в жизни, и Рэнд всегда приходил к нему на помощь в трудную минуту. Они практически все знали друг о друге.

– Не стану отрицать, Кейт Хармон мне нравится, – признался Рэнд.