Мартин Реймонд - Потребители будущего. Кто они и как их понять

Даже если мы делаем что-то по альтруистическим соображениям, не всегда это осознавая, то в результате формируется доброжелательное отношение к нам или социальный либо творческий капитал, а это по–вышает вероятность того, что вам ответят тем же. Плотные и концент–рированные сети «обитателей края» характеризуются высоким уровнем взаимности, потому что люди, которые включаются в эту сеть, понимают ее подразумеваемые требования, а именно то, что их вклад в эту сеть не только улучшает ее общую ценность, но и повышает их собственный «курс акций»; мало кто об этом говорит, но большинство знает, пусть даже и подсознательно.

Этот процесс особенно знаком «творцам», живущим в районе, о кото–ром шла речь. Он также был известен средневековым ученым – когда гильдии, религиозные братства, университетские общества или квази–религиозные организации использовались для сплочения сообщества, переноса знаний или информации из одной его части в другую или для сохранения их в одной части этого сообщества. Чем активнее вы участ–вовали в деятельности одной из этих групп, тем больше были включены в более широкую культуру или общество в целом, потому что все эти группы были взаимосвязаны.

Понимая это, католическая церковь со Средневековья до своего рас–цвета в эпоху Ренессанса исподволь использовала свою сеть монастырей (мужских и женских), папских нунциев, приоратов и «собственных сол–дат Бога» – скромных приходских священников, чтобы опутать Европу и части Ближнего и Дальнего Востока сетью, которая позволяла скрытно и весьма эффективно отслеживать изменения в распространении идей или мышлении каких-то групп и сообщать о них Ватикану.

Именно благодаря таким сетям Британская империя в период самого активного расширения также достигла наибольшего процветания и действовала наиболее инициативно. Это была не империя губернаторов и региональных деспотов с узко ограниченными рамками власти (хотя они, несомненно, существовали), а империя «маленьких людей»: реги–ональных администраторов, крупных и мелких чиновников, которые сплачивали империю и управляли ею намного эффективнее, чем любая армия. Причина в том, что целостность созданной ими сети обеспечи–валась образованием, общими взглядами и традициями в такой же сте–пени, что и официальными бюрократическими системами, за которыми иногда не видно было реальной политической опоры империи.

Таким же образом продолжают функционировать социальные, де–ловые, классовые сети и сети трендов. Мы критикуем их, приводим доводы за или против них, требуем права присоединиться к одной сети, а другую просим ликвидировать, называем их устаревшими, эксклю–зивными и снобистскими; но мало кто – кроме не допущенных в них людей – заявит, что эти сети не дают никаких возможностей или во–обще не приносят пользы.

Итак, исходное суждение, помогающее понять сети: они обладают силой. А источник этой силы, как вы, наверное, уже догадываетесь, – в предназначении сетей: соединять одних людей, держать других на расстоянии или вообще не пускать. Это мы называем благоразумием сетей, и вам нужно строить и развивать дискреционные сети, если хо–тите стать нацеленным на будущее чутким брендом.

14. Похвала сетям – новые сообщества вне Интернета

Дискреционными были сети, существовавшие ранее в городах с сильны–ми гильдиями – Флоренции, Генуе, Венеции и Болонье. Эти сети состо–яли из групп, отстаивавших определенные интересы; сети такого типа мы находим в творческих или центровых группах, в новых и спонтанно возникающих сообществах «на краю», в Сингапуре, Куала-Лумпуре, Бар–селоне, Атланте, Эдинбурге и Дублине – интернациональных городах, где тем не менее есть прочные местные, региональные и партийные связи, которые не всегда заметны человеку со стороны или новичку.

В книге Томаса Вулфа «Мужчина в полный рост» ясно раскрыты про–цессы, возможности и опасности дискреционных сетей. Объясняя, как «черная» Атланта живет внутри «белой» Атланты, как старые богатые семьи контактируют с новыми и как их подпитывает это необходимое взаимодействие друг с другом, Вулф показывает, что все эти на первый взгляд несопоставимые персонажи с такими разными биографиями и общественным положением на самом деле каким-то образом соедине–ны друг с другом. Из-за этих связей они участвуют в сообществах или судьбах других людей, иногда против своего желания.

Отличный пример того, как могут и должны действовать дискреционные сети

Именно благодаря образованию дискреционных сетей, или, скорее, группировке единомышленников и связей между ними, появляются такие области, как Кремниевая долина. По той же причине графство Кембриджшир в Англии стало центром технологий, а Берлин, Остин, Лондон, Лиссабон и Марсель – центрами моды, музыки и возникающих уличных «племен»; а область вокруг города Прато в Италии превратилась в один из самых успешных и обладающих богатейшими связями текстильных центров в Европе и подает отличный пример того, как могут и должны действовать дискреционные сети.

Этот центр появился благодаря одному человеку – Массимо Мени-кетти, производителю текстиля. В начале 1970-х он унаследовал крупную текстильную фабрику, которая несла значительные финансовые убытки. Меникетти не закрыл ее, а разделил на восемь компаний, работавших независимо друг от друга (тактика слизевика наоборот). Он продал 30-50% акций каждой компании ее ключевым сотрудникам (тем самым создавая «клетки» внутри «клеток» и закладывая основу потенциально полезной спонтанной системы или сети в миниатюре), позволяя им платить за акции из их собственной прибыли.

Схема оказалась настолько успешной, что его примеру последовали другие фабрики с подобными проблемами. К концу 1980-х, когда мы сами работали в области моды и текстиля, в том регионе действовало 15 000 маленьких фабрик, которые можно сравнить с клетками, в сред–нем с пятью сотрудниками; их всех соединяли сети – семьи, друзья, акции, облигации, поставщики и очень гибкая дистрибуция. Все они конкурировали, но были подключены к одним и тем же дистрибуцион-ным сетям, закупочным картелям, группам предсказания трендов и име–ли доступ к передовым технологиям. Это позволяло им поддерживать низкий уровень затрат, получая максимальные преимущества от этой взаимности. Кроме того, поощрялось налаживание связей и партнерских отношений на всех уровнях. Каждая фабрика была связана со всеми остальными в этом регионе с помощью сети impannatori – посредников по продаже текстиля, которые следили за тем, чтобы все извлекали ка–кую-то выгоду из групповых или индивидуальных сделок, заключаемых в отрасли моды и стиля жизни.