Ирина Ангара - Мертвые тоже хотят жить (СИ)

О чем хочешь?

Скептически посмотрев на женщину поверх чашки, задумалась. Рассказывать ни о чем не хотелось. Я совершенно запуталась в своих мыслях и желаниях, чтобы еще и вываливать их на совершенно постороннего человека. Я и так в последнее время только и делала, что думала. Обдумывала свои реплики, свои действия, реакции. И… не понимала…

Закусив губу, поставила чашечку на стол, отвернулась и посмотрела в окно. Совершенно серый день. Скучный и безликий, как впрочем и моя жизнь в последние дни.

— Как ты в больнице то снова оказалась, чудо?

Вздрогнув, недоуменно посмотрела на женщину.

— Вы не слышали?

— Нет, — та пожала плечами и откусив конфету, блаженно прикрыла глаза. — В Кельн ездила, а как приехала, так сразу и озадачили.

По лицу женщины прошла волна гнева:

— Чтоб им пусто было, и не отнекаться же никак! — съев новую конфету, подтолкнула коробку ко мне. — Не стесняйся. Бери.

— Спасибо, — взяв лакомство, покрутила его в пальцах и, засунув в рот, мрачно зажевала. Вкусно. А рассказать… а почему бы и нет?

Прожевав, опустила глаза вниз, на стол и, заметив маленькую тонкую трещинку на ровной поверхности столешницы, погладила ее пальцем и начала разговор, изредка прерываемый возгласами заинтересованно слушающей не мертвой: «М-м-м»… «А ты?»… «И правильно!»… «А он?» «Да уж…» «Хм-м-м».

— И что решила? — подперев подбородок ладонью, блондинка снова потянулась за конфетой, а я поведала ей о своем решении пожить отдельно. — Логично.

Согласилась в скором времени та.

— А Марк что?

— А ничего! Закончился Марк, — буркнув, присоединилась к поеданию конфет и с горя съела сразу две.

— Что? Совсем? — не поверила та.

— Совсем.

Склонив голову набок, женщина смерила меня взглядом, усмехнулась, а потом звонко расхохоталась:

— Ну и дураки!

Отсмеявшись, она аккуратно вытерла набежавшие слезы. Покосившись на мою непонимающую физиономию, покачала головой:

— Нет, я конечно понимаю — ты. Молоденькая, без опыта… Но Марк!?

Сцепив зубы, исподлобья посмотрела на веселящуюся женщину. И что смешного?

— Мариш, — нагнувшись ко мне, Анна вытерла последнюю слезинку и доверительно начала: — Понимаешь, Марк провел слияние…

— Не до конца ведь! — я откинулась на спинку кресла и отгородилась, сложив руки на груди.

— Какая разница?! Сам факт!

— И что? Глеб тоже пытался и…

— Глеб?! — она фыркнула и пренебрежительно махнула рукой. — Давай забудем об этом недоразумении по ошибке влившемся в наши ряды. Мы говорим о полноценном объединении. У вас начался обмен воспоминаниями. И смертями! Это очень важно!

Ткнув в потолок указательным пальцем с французским маникюром, Анна уверенно качнула головой.

— Так что жди, скоро твой закончившийся появится на горизонте, — оценив мой насупленный вид и в то же время настаивающий на своем взгляд, она вздохнула и спросила: — Не веришь?

Я скривилась.

Чему? Тому, что слияние важно? Или что Марк вскоре покажет свой ясный лик? Что-то как-то не очень верится, а судя по последнему разговору, так вообще проблему веры можно закрыть как неактуальную. Нет и все! Без вариантов.

Мягко улыбнувшись на мой скептицизм, не мертвая отвернулась к окну.

— Смерть — это личное. В нашем кругу не принято делиться личными воспоминаниями. О них знают лишь пары, супруги. И все. Разговоры о смерти — табу для остальных.

— Почему? — проследив за ее взглядом, кроме обнаруженной ранее серости за окном, ничего нового не заметила.

— А тут все просто, — она развернулась и вперила в меня острый взгляд, пытающийся залезть прямо в душу. — Вот ты сама. Как насчет твоей смерти?

Поджав губы, отвернулась. Хоть и казалось в последнее время, что я «забыла», выкинула из головы воспоминания о своем последнем дне Мариной, но на самом деле… Нет… Этот день я не забуду никогда. И делиться с кем-то? Нет!

— Вот видишь. И такое у каждого из нас. Единственно, что я знаю, каждый умер страшно. Каждый!

Анна замолчала и устало потерла лицо руками, а потом посмотрела на меня и, нахмурившись, грозно рыкнула:

— А ну возьми себя в руки! И не порти мне мебель! — подпрыгнув на стуле, отдернула пальцы. Оказывается, я сама того не замечая, самозабвенно раскорябывала трещинку на столешнице.

Виновато улыбнувшись, вцепилась в сумку.

Неловко вышло.

Внимательно проследив за моими суетливыми действиями, не мертвая хмыкнула и подбадривающе улыбнулась.

— Мариш, не знаю, что там в голове Марка, но он тебя не оставит. Можешь конечно подождать и посмотреть на что он там решится, но мой тебе совет, сделай первый шаг сама.

Кивнув, снова посмотрела в окно. Мне никогда не нравились конец октября — начало ноября. Слякоть, дожди, туманы. Вроде уже не осень, но и до зимы далеко. Редкостная гадость, прям как у меня на душе.

— Эй? Ты тут? — звонко щелкнув пальцами и дождавшись моего внимания, Анна выразительно посмотрела на часики. — Не рассиживаемся. Я конечно рада бы с тобой поболтать еще, но работа сама работаться не будет… К сожалению. Так что давай, поднимайся и вперед. И не забудь о нашем разговоре.

Выдав последние наставления, мне вежливо указали на выход и со стоном открыли папки, лежавшие на краю стола. Уже закрывая за собой дверь кабинета, услышала тихое бухтение не мертвой:

— И зачем я приехала из Кельна? Радовалась бы солнцу, колбаскам и пиву. Так нет…

Аккуратно прикрыв створку, оглянулась.

В коридорах было еще тихо, но скоро они наполнятся движением и шумом, спешащих по своим делам студентов и преподов, мне тоже по идее стоило поспешить на следующую пару, но откровенно не хотелось. Потерев лоб, снова рассеянно оглянулась и не спеша пошла на выход. К черту все! История никуда не убежит, а вот моя личная жизнь вполне.

Что там Анна говорила? Явится? Причем стопроцентно? Фантастика.

Выйдя на крыльцо, вдохнула прохладный важный воздух и поежилась. Группка парней курила невдалеке и совершенно не обращала внимания на мою персону. И это у лучшему. Не нужно оно мне, внимание это. Ну почти.

Перед глазами возникла дымная фигура, постоянно меняющая свои очертания.

Возможно Анна и права, надо все же попробовать поговорить с ним. Задушить в себе страх отказа и поговорить, а даже если и не получится… Пусть! Я сама буду знать, что пробовала, что хоть что-то предприняла, и тогда, клянусь, никаких мыслей о нем. Выкину из головы к чертовой матери и буду жить дальше!

До дома я добралась спустя час. Медленно бредя вдоль улиц дороги и парка, я всеми силами оттягивала предполагаемую встречу. Я даже телефон отключила. Исключительно ради подумать! Чтоб никто не отвлекал, хотя и знала, что никто мне звонить не будет. Не в том я положении, и не тот я человек. Манечка, Мария, Мари и всего лишь для одного я Мариша-сестреныш. А этот один с головой ушел в свою новую любовь.