Вина и грехи - Мара Вульф

– Ты сломаешь себе шею. – Ария забрала у меня метлу и выбрала другую. – Эта тебе больше подойдет.

Я не стала с ней спорить и взяла ничем не примечательную деревянную метлу. Главное, чтобы она доставила меня в замок.

Полотно на входе снова сдвинулось, и появились Альма и Марго. Как ни странно, сегодня они были одеты на удивление неброско. Раньше я этого даже не заметила.

– Возьми это. – Альма сунула мне в руки небольшой мешочек. – Противоядие. Нужная доза для твоей сестры. И повязки на раны. Они уже пропитаны заживляющей мазью. – Потом дала еще одну баночку. – А это подойдет и стригою, – проворчала она.

– Как вы узнали, что я пойду к ним? – озадаченно спросила я.

– Деточка, – ответила Марго. – Ты была бы не ты, если бы не попыталась.

– А Селеста знает?

Альма отмахнулась.

– Конечно, нет. Этой змее и в голову не придет, что кто-то может рискнуть ради другого человека. Она думает, что карательная мера запугала вас всех. Но все равно, пожалуйста, будь осторожна.

– Буду. Спасибо.

– Что ж, тогда мы еще раз проверим мальчика. Элени сказала, что колдун уже принес тебе противоядие.

– Да, – подтвердила Селия. – Мы просто не уверены, что можем дать его Илие. Единственный, кто ему доверяет, – это Валеа.

– Покажи мне.

Мне хотелось как можно быстрее добраться до Лупы, но я подождала, пока Альма и Марго осмотрят эликсир. Они понюхали его, а потом даже попробовали на вкус.

– Бальзам превосходный, – сказала Альма, с уважением кивнув. – Мы не смогли бы сделать лучше. А он талантливый, этот юноша, и такой красивый. – Старушка подмигнула мне.

– Вам не следовало колебаться, – укорила Селию и Арию Марго. – Не помешало бы чуть больше верить в свою будущую королеву.

Я не стала говорить им, что никогда не стану королевой, а просто ускользнула в ночь.

У входа в подземелья стояла Бредика и сурово взирала на меня, пока я шагала к ней.

– Даже не пытайся меня остановить, – предупредила я ведьму. – Как ты узнала, что я приду?

– Альма и Марго – мои подруги. Они прислали мне сообщение.

Наверное, одну из этих надоедливых бумажных птичек.

– Ты действительно связалась с колдуном, которому Селеста позволила поселиться в южном крыле? Вряд ли это хорошая идея.

– Невен пока не дал мне ни единого повода усомниться в его преданности. – Я попробовала протиснуться мимо Бредики, но она меня удержала.

– Кириллу это бы не понравилось, но ты все равно меня не послушаешь. – Она вздохнула: – Я собрала немного еды для Лупы. Свежий бульон и немного фруктов. Так она сможет быстро восстановить силы.

– Если выживет.

Я забрала корзину, которую она мне протянула, и сердито вытерла со щек слезы, которые все-таки прорвались наружу, так как меня наконец настиг страх. Что будет ждать меня внизу, когда я спущусь?

Бредика сочувственно посмотрела на меня, а затем подала мне носовой платок.

– Это просто из-за встречного ветра, – заявила я. К моему удивлению, метла превратилась не в брошь, а в заколку для волос в виде розовой розы. Когда Илия пойдет на поправку, обязательно нужно будет провести с ним разговор на эту тему. – Я верю Невену, – произнесла я, после того как высморкалась. – Ты его совсем не знаешь. Кирилл прекрасно бы с ним поладил, потому что не судил людей по их предкам.

Управляющей замком хватило приличия пристыженно опустить глаза.

– Извини, я просто за тебя волнуюсь. А теперь поторопись. Я отправила тюремщика на кухню и пообещала ему особенно вкусную еду. Хотя вообще-то на порог бы его не пустила, такого немытого.

– Спасибо. – Мне захотелось броситься Бредике на шею. – Я познакомлю тебя с Невеном, и тогда ты поймешь, почему я ему доверяю.

Она закатила глаза.

– Он симпатичней, чем палатин?

Я щелкнула пальцами, и к нам подскочили два люмина. Хотелось надеяться, что они не улетят, когда поймут, куда я направляюсь.

– Великая Богиня, и ты туда же!

Несмотря на страх за Лупу, я невольно улыбнулась, а потом побежала по неровной земле так быстро, как только могла. Стремительно пересекла мрачные коридоры и пыточную тюремщика, особо не оглядываясь по сторонам. А достигнув коридора, который вел к камерам заключенных, остановилась. Люмины обеспокоенно подпрыгивали у меня над головой.

– Приглушите-ка немного свет.

Сразу стало темнее, и я помчалась дальше. Из камер доносились стоны и шелест соломы. Сейчас здесь пахло еще хуже, чем во время моего первого визита. Я вознесла молчаливую молитву, чтобы не ошибиться с поворотом и не заблудиться. Это беспокойство исчезло, когда я ступила в один коридор, а люмины наотрез отказались следовать за мной и влетели в другой.

– Ну что ж. Надеюсь, вы лучше знаете дорогу, – шепотом пробормотала я и последовала за ними.

По спине стекал пот. Что, если я опоздала? Что, если я доберусь до камер, а они оба уже мертвы? От этой мысли я запнулась и чуть не упала, лишь в последний момент ухватившись свободной рукой за решетку. Из темных теней подземелья раздалось дикое рычание. Я отдернула руку, однако, отшатнувшись, налетела на прутья противоположной камеры. Тут же громко клацнули зубы, когда кто-то или что-то, сидящее внутри, попыталось меня укусить. Я побежала дальше, догоняя возбужденно подпрыгивающие люмины. Наконец они замерли перед одной из камер, прошмыгнули сквозь прутья и осветили клетку, куда бросили гнить заживо мою сестру. Задыхаясь, я рухнула на колени.

– Лупа, скажи что-нибудь. Хоть что-нибудь.

Неужели она уже умерла? Я должна попасть в эту камеру. Ее истерзанное тело лежало на куче грязной соломы прямо перед решеткой камеры Алексея. Кто-то, предположительно Разван, расстелил на соломе плащ, чтобы девушка не соприкасалась с грязью. Но открытые раны на спине рано или поздно воспалятся. Раздалось угрожающее рычание, и я всхлипнула от облегчения.

– Хватит валять дурака, – всхлипнула я. – Если ты и дальше будешь пытаться меня убедить, что потеряла рассудок, я съем суп Бредики одна.

– Не смей, – простонала она. – Великая Богиня, я убью эту ведьму. Придушу ее. Скажи, что ты принесла что-нибудь от боли.

– Принесла.

– Бросай сюда. – Раздался очередной стон, когда сестра попыталась сесть, но почти сразу завалилась обратно. – А потом убирайся отсюда, пока тебя кто-нибудь не обнаружил.

– Забудь об этом.

Я внимательно изучала решетку. Нет ни двери, ни замка. Наверняка Селеста наложила на эти две камеры особое заклинание, которое мог снять только тюремщик.

– Валеа, оставь все здесь и убирайся, – более настойчиво потребовала Лупа и прищурилась, когда два световых шарика зависли прямо над ней. – Убирайся из Ардяла. Селеста победила.

Для человека, которого только