Крис Картер - Операция «Скрепка». Файл №302

Да какая же он сволочь! Он садовником родился и садовником умрет. Все цветы ему надоели, кроме… орхидей? И все люди ему надоели. Кроме… Да без «кроме»! Все.

И вы тоже, молодые люди, гости непрошеные — маскарадный hombre с милейшей фройляйн… э-э, простите, мисс).

Вы здесь неугодны, молодые люди. Что вам угодно, молодые люди?

— Виктор Клемпер?

— Молодые люди, по правилам этикета не мешало бы сначала представиться, нет?

— Фокс Молдер.

— Дэйна Скалли.

— Очень приятно.

— По вашему тону не скажешь.

— Вы наблюдательны, фройля… мисс. Но по правилам этикета принято говорить «Очень приятно».

— Итак?

— Что?

— Виктор Клемпер? Знаем, что — Виктор Клемпер, но по правилам этикета принято осведомляться, прежде чем…

— Вам знакомы правила этикета, молодой человек? По вашему облачению не скажешь. Вы как сюда добрались? На мустанге? На пироге?

— На машине.

— Где вы ее оставили?

— На площадке перед оранжереей.

— Так вот, вас не затруднит вернуться к ней, сесть за руль и — покинуть меня так же, как вы добрались сюда? Видите, я очень занят.

— Чем?

— Цветочками. Моими цветочками. Будете проходить мимо — проходите. И ни в коем случае не заденьте своим… серапэ. Они такие хрупкие, капризные.

— Мистер Клемпер! Вы, в отличие от ваших цветочков, не создаете впечатление хрупкого и капризного. Зачем же вы со мной так? И с леди?

— Я, молодой человек, не создаю впечатление. Я такой, какой есть. Честь имею.

— Да? Имеете? Честь? Уверены?

— Молодой человек, закончим общение, а?

— Еще не начинали, мистер Клемпер. Или вы предпочитаете — герр Клемпер? Значит, говорите, «Я такой, какой есть»?

— Что вам угодно, молодой человек?!

— Зовите меня просто мистер Молдер. Я же представился. Агент ФБР Молдер. Фокс Молдер.

— О, ФБР! А документик можно?

— Документик можно. Документы, герр Клемпер, в порядке.

— Спасибо. А ваша дама?

— Она тоже.

— Из ФБР?

— Да.

— А документик можно?

— Придется поверить на слово. Она тоже из ФБР. Агент ФБР Скалли.

— Гм. И что угодно двум агентам ФБР от мирного садовника?

— Садовника? Мирного?

— Я, знаете ли, садовником родился и садовником умру…

— Герр Клемпер, вы знаете, что это не так. Мы знаем, что это не так. И?

— Зовите меня просто мистер Клемпер. Для лучшего взаимопонимания, если нам, конечно, удастся его достичь.

— Попытаемся.

— Попытка, конечно, не пытка, мистер Молдер, но… Возможно ли взаимопонимание между агентами ФБР и… мирным садовником? Как там говорится: я имею право хранить молчание, я имею право на адвоката, я имею право…

— Мистер Клемпер. Ваша ирония сейчас не к месту и не ко времени. Забудем о ФБР. Я пришел к вам не как юридическое лицо к юридическому лицу. Я пришел к вам частным порядком — как сын человека, с которым вам доводилось вместе работать и работать. Мистер Клемпер, вы знаете, что это так. Мы знаем, что это так. И?

— Предположим. И?

— Давняя история. Вы ведь, когда пересекли Океан и прибыли в Америку, сразу были востребованы нашим правительством?

— Я был востребован вашим правительством и поэтому пересек Океан. Давайте не путать причинно-следственные связи.

— Давайте. И?

— Что — и?

— Над чем вы здесь у нас работали и работали?

— Послушайте, мистер Молдер… Вы знаете, что я знаю, что вы знаете. К чему ворошить?.. Сами сказали: давняя история. Я старик. Воспоминания о прожитом, даже приятном, нагоняют на меня тоску, в преддверии скорого ухода из этого мира.

— Давняя история — приятное прожитое, герр Клемпер?

— Мы же договорились — мистер Клемпер.

— Мистер Клемпер.

— Послушайте, мистер Молдер… Я сказал: воспоминания о даже приятном.

— То есть та давняя история вам неприятна?

— Послушайте, мистер Молдер… Вы не против, если я буду говорить не с вами, а с мисс Скалли? Просто не могу избавиться от ощущения, что общаюсь с каким-нибудь Чингачгуком.

— Рецидив? Предубеждены против наших цветных братьев?

— О, ну что вы! Я сугубый интернационалист! Просто не могу избавиться от ощущения, что вот-вот лишусь скальпа. И потом, извините… запах. Вы, извините, когда последний раз мылись? Мои орхидеи и то не в силах перешибить…

— Мистер Клемпер! Повторюсь, ирония сейчас не к месту и не ко времени.

— Уж какая тут ирония! К тому мне, хоть и старику, приятней беседовать с цветущей женщиной, чем, извините… с вонючим hombre. А вы пока побудьте на расстоянии, на мои цветочки посмотрите, понюхайте.

— Что ж, мистер Клемпер… Скалли?

— Да, Молдер. Да.

— Так-то лучше, молодые люди. О, каков парфюм! Совсем другое дело! Что за парфюм, дорогая фройляйн? «Пятое авеню»?

— Это мой естественный запах.

— Ну-ну, не обижайтесь на старика. У всякого возраста свои причуды.

— Экий вы причудливый, мистер Клемпер! Итак?

— Итак, дорогая фройляйн? Вы знаете, что я знаю, что вы знаете. Итак?

— О давней истории. Она, говорите, нагоняет на вас тоску. Потому что История с большой буквы обошла вас? Или потому что вы обошли ту историю с маленькой буквы?

— Что вы, дорогая фройляйн! Кто я для Истории с большой буквы?! Фрейд, Менге-ле, фон Браун — вот величины, которыми знаменит уходящий век. А кто такой Клемпер? Если и вспомнят о нем, то лишь как о мяснике. Была, дескать, такая история… с маленькой буквы.

— История с маленькой или большой буквы не объективна ли?

— Дорогая фройляйн! Знаете мои работы? Знаете, чего мы добились?

— Вы как наци? На деньги, запятнанные чужой кровью?

— Дорогая фройляйн! Не надо нотаций. Жизнь коротка, искусство вечно. Искусство экспериментатора — тоже искусство. Я много старше вас. И если не умней, то мудрей. Мы тогда были молоды и захвачены экспериментом. Как вы сейчас захвачены расследованием… Или преследованием, дорогая фройляйн?

— Вы угодили в н-неудачный исторический период.

— Отношусь к этому философски. Времена не выбирают, дорогая фройляйн. В них живут.

— И умирают, между прочим. В результате ваших захватывающих экспериментов.

— Не без того, не без того. Но и вы отнеситесь философски. Те эксперименты изменили мир. И к лучшему.

— Ценой жизней тысяч и тысяч ни в чем не повинных людей.

— Наука требует жертв.

— А совесть?

— О, мой бог! Дорогая фройляйн, как вы еще молоды! Нет, вам не понять… Совесть, говорите? Моя совесть всегда со мной и… и, позвольте, я не буду афишировать наши с ней отношения. Я умру так же, как и все. Десятком лет раньше, десятком лет позже — разница? Принципиальная разница? Все в землю ляжем, всё прахом будет. В общем, все умерли.

— Все умирают по-разному!!!