Смертельный танец - Гамильтон Лорел Кей

– Итак, миз Блейк, повторите, пожалуйста, еще раз, лично для меня. Прошу вас.

И он наставил перо в блокнот, будто собирался снова записывать.

– Мы помогали моей соседке внести наверх новый телевизор.

– Миссис Эдит Прингл. Да, она это подтверждает. Но зачем вам понадобилось заходить к себе?

– Я хотела прихватить отвертку, чтобы помочь ей настроить телевизор.

– У вас дома много инструментов, миз Блейк? – Он что-то написал в блокноте. Спорить могу, просто чертиков рисовал.

– Нет, детектив. Но отвертка у меня есть.

– Миссис Прингл просила вас принести отвертку?

– Нет, но она ее у меня брала, когда купила стереосистему.

Это была правда. Я старалась свести ложь к абсолютно необходимому минимуму.

– И вы предположили, что отвертка понадобится.

– Да.

– И что было дальше?

Он спрашивал так, будто, никогда еще ответа не слышал. Черные глаза смотрели внимательно и пусто, непроницаемо и ожидающе – все одновременно. Мы подходили к моменту, где он верил не до конца.

– Я отперла дверь и уронила ключи. Когда я присела их подобрать, первый выстрел грохнул у меня точно над головой. Я выстрелила в ответ.

– Как? Ведь дверь была закрыта.

– Я стреляла через дыру, пробитую ружейным выстрелом.

– Вы стреляли через дыру в двери и попали?

– Дыра большая, детектив, и я не была уверена, что попала.

– А почему вас не ранило вторым выстрелом, миз Блейк? От двери не осталось столько, чтобы можно было спрятаться. Где вы находились, миз Блейк?

– Я вам говорила, что первым выстрелом дверь качнуло, и меня сбило на пол, боком. Второй выстрел пришелся выше.

– И вы еще два раза выстрелили этому человеку в грудь, – сказал детектив Брансвелл.

– Да.

Он помолчал, разглядывая мое лицо. Я встретила его взгляд не моргнув. Это было не слишком трудно – я была отупелой, опустошенной, отстраненной. В ушах еще звенело чуть-чуть. Но это пройдет. Раньше всегда проходило.

– Вы знаете человека, которого убили?

Кэтрин взяла меня за руку.

– Детектив Брансвелл, моя клиентка очень старалась вам помочь. Она уже много раз сказала, что не узнала убитого.

Брансвелл перелистал свой блокнот.

– Вы правы, советник, миз Блейк очень нам помогла. Мертвец – это Джеймс Дуган, Джимми Двустволка. За ним хвост преступлений длиннее, чем ваш рост, миз Блейк. Местный силовик. Такой, которого вызывают, когда надо сделать дешево и быстро и без разницы, насколько грязно.

Произнося эти слова, детектив глядел мне в глаза.

Я невинно моргала.

– Вы можете назвать кого-нибудь, кто хочет вашей смерти, миз Блейк?

– Навскидку – нет.

Он закрыл блокнот и встал.

– Я буду рекомендовать окружному прокурору вынести постановление об оправданном человекоубийстве. Думаю, вам не придется видеть интерьер зала суда.

– Когда я получу обратно свой пистолет? – спросила я.

Брансвелл поглядел на меня в упор.

– Когда эксперты-баллистики с ним закончат, миз Блейк. И я бы на вашем месте был благодарен, что вообще его получу. – Он мотнул головой. – Я слыхал рассказы о вас от копов, которые приезжали на вызов из вашего дома, на тот случай с двумя киллерами-зомби. – Он снова покачал головой. Не поймите меня неправильно, миз Блейк, но вы не думали о переезде в другой район?

– Наверное, хозяин нашего дома предложит мне то же самое, – ответила я.

– Я в этом не сомневаюсь. До свидания. До свидания, советник, до свидания, сержант Сторр.

– Спасибо, что допустили меня присутствовать, Брансвелл, – сказал Дольф.

– Вы сказали, что она из ваших людей. А кроме того, я знаю Гросса и Брэди. Это те, которые приехали первыми на вызов по зомби. Они о ней хорошо отзывались. Я говорил со многими сотрудниками, которые сообщали, что миз Блейк им спасла шкуру или стояла с ними плечом к плечу под огнем и не сдрейфила. Это дает вам большой запас прочности, Блейк, но не бесконечный. Поглядывайте, что у вас за спиной, и старайтесь не убивать случайных прохожих.

С этими словами он вышел.

Дольф глянул на меня сверху вниз.

– Я тебя отвезу домой.

– Меня ждет Ричард, – сказала я.

– Анита, что случилось?

– Я рассказала Брансвеллу все, что знаю.

Кэтрин встала:

– Анита уже ответила на все вопросы, на которые должна была.

– Он мой друг, – сказала я.

– Он все равно коп, – возразила Кэтрин. – Я права, сержант Сторр?

Дольф смотрел на нее целую минуту.

– Вы, несомненно, правы, миз Мейсон Джиллет. – Он отодвинулся от стены, поглядел на меня. – Потом поговорим, Анита.

– Знаю, – ответила я.

– Ладно, – сказала Кэтрин, – поехали отсюда, пока они не передумали.

– А ты мне веришь? – спросила я.

– Я твой адвокат. Конечно, верю.

Я поглядела на нее. Она на меня. Я встала. Мы вышли. Интересно, поверит ли мне Ричард. Ой, вряд ли.

5

Мы с Ричардом шли к его машине через полицейскую автостоянку. Он не сказал мне ни слова, только пожал руку Кэтрин и пошел к машине. Сел на место, я села на свое. Ричард включил мотор, дал задний ход и стал выезжать со стоянки.

– Ты на что-то злишься, – сказала я.

Он выехал на улицу – осторожно. Ричард всегда водит аккуратно, когда злится.

– А на что мне злиться?

Сарказм был такой густой, хоть черпай его ложкой.

– Ты думаешь, будто я знала, что у меня в квартире ждет убийца.

Он глянул на меня, и это была чистая ярость, без примесей.

– Ты знала и дала мне уйти из коридора настраивать этот дурацкий телевизор. Ты меня убрала от греха подальше.

– Я не была уверена, Ричард.

– Спорить могу, ты вытащила пистолет еще до его выстрела.

Я пожала плечами.

– Анита, черт возьми, тебя же могли убить!

– Не убили ведь.

– Это твой ответ на все. Раз ты выжила, значит, все хорошо.

– Это куда лучше альтернативы.

– Кончай свои шуточки.

– Послушай, Ричард, не я же охотилась на этого типа. Он пришел ко мне.

– Почему ты мне не сказала?

– И ты бы тогда – что? Первым вошел в дверь? Получил бы полную грудь оленьей дроби и выжил. А как бы потом объяснял? Тебя бы выгнали как ликантропа. Работу ты бы потерял – как минимум.

– Можно было вызвать полицию.

– И что сказать? Что Крем обнюхивал дверь? Они бы пошли проверять, и их бы застрелили. Этот тип тоже нервничал, помнишь? Он стрелял через дверь. И не знал, в кого.

Ричард свернул на Олив, качая головой.

– Ты должна была мне сказать.

– А что бы это изменило, Ричард? Разве что ты попытался бы изобразить героя, а если бы выжил, то погубил бы свою карьеру.

– Черт, черт! – Ричард снова и снова ударял руками по баранке. Когда он повернулся ко мне, глаза у него были желтые и чужие.

– Мне не нужно, чтобы меня защищали, Анита.

– Аналогично.

Молчание заполнило машину, как ледяная вода. Никто не погиб, кроме злодея. Я поступила правильно. Но объяснить это было трудно.

– Не в том дело, что ты рисковала жизнью, – сказал Ричард, – а в том, что ты перед этим сплавила меня. Ты даже не дала мне шанса. А я никогда не вмешивался в твою работу.

– Ты считаешь это частью моей работы?

– Ближе к твоей работе, чем к моей.

Я минуту подумала.

– Ты прав. Одна из причин, что мы до сих пор встречаемся, – что ты не пытался давить на меня мачизмом. Я прошу прощения. Я должна была тебя предупредить.

Он посмотрел на меня глазами – все еще светлыми, волчьими.

– Я только что выиграл спор?

Я улыбнулась.

– Я признала, что была не права. Это одно и то же?

– Абсолютно одно и то же.

– Тогда очко в твою пользу.

Он усмехнулся:

– И почему я не могу на тебя долго сердиться?

– Потому что ты очень снисходителен, Ричард. Одному из нас необходимо таким быть.

Он уже в третий раз за этот вечер заехал на стоянку возле моего дома.

– Тебе нельзя сегодня оставаться дома. Дверь разнесена в щепки.