Ядвига Войцеховская - По ту сторону стаи

   - Ну, что, мистер вы наш Макдауэл, не было тут этих, из Лондона? - последние слова собеседник старика произносит с ненавистью, растягивая первую "о" - Ло-о-ондона.

   - А как же, были! - Ну, наконец, и до дела дошло, и ему есть, что сказать, не зря он ещё, видать, на свете живёт. - Были, ещё как были, недаром весь день за дорогой следил, как просили. Что ж я, или не понимаю? Не-е-ет, шалишь, от меня не уйдёшь! Только не останавливались они, - старик с сожалением качает головой. - "Ровер" ихний как просвистел по шоссе - и только его и видели. "Ровер"-то этот неужто я не узнаю? Его, поди, весь город знает. Так и уехали на Эдинбург.

   - На Эдинбург, говорите? - темно, но старик видит, как собеседник пристально смотрит на юго-восток. - Ну, где Эдинбург - там и... - он на секунду останавливается, - там и до границы недалеко.

   - Ну да, ну да, - Макдауэл согласно кивает. - Но, если что, я уж смотрю за дорогой-то, не сомневайтесь...

   Быстро как справились, эти молодцы из ИРА - сильные, крепкие, загляденье прямо. И ящики тяжеленные как пушинки перекидали, кто это больно так сможет, если он не ирландец?

   - Мы не всё забрали, вы уж постерегите, хорошо? - старший опирается рукой на борт машины. - И за дорогой присмотрите. Как меня найти, знаете. Ничего, - говорит он тихо, но угрожающе, и старику чудятся в его голосе разрывы гранат и самодельных бомб, - будет и на нашей улице праздник. И мы потанцуем, так потанцуем, как в старые времена, правда, мистер вы наш дорогой Макдауэл? А как танцевала ваша матушка на ярмарке в день Святого Падди в Голвее - вот уж загляденье было, - он предаётся воспоминаниям. И перед глазами у старика тут же возникает площадь в Голвее, жёлтый яркий полдень, играет рил, мать кружится в вихре шерстяных юбок, и каждая своего цвета - синяя, красная, зелёная - она, как цветок, такая же яркая и свежая, или как листок клевера...

   Хлопает автомобильная дверца, и старик Макдауэл вздрагивает, возвращаясь в реальность. "Должно быть, ему его отец рассказывал про Кэтрин О`Донелл", - думает старик. Этому мистеру - да и фамилия-то похожа - Ориш... Нориш... Данеш... Нет, не припомнить сейчас.

   Армейский грузовик трогается с места и исчезает в промозглой ноябрьской темноте, оставив после себя чуть ощутимый запах бензина.

   Старая женщина поднимает голову от вязания и, прислушиваясь, строго смотрит поверх очков в сторону окна. Ну, так и есть - фырчанье мотора.

   - Варёной картошки, Дориш? - она даже не глядит в сторону вошедшего.

   - Минни? - человек в потёртой коже озадаченно смотрит на неё.

   - Ну, ты же заставляешь всех этих людей верить, что ты ирландец, или кто там? Каждый раз по-разному, да? Ирландцы очень любят варёную картошку, я слышала. Притворяться - так до конца.

   - Какая, к чертям, картошка? - он в упор не понимает, о чём она. - Их "Ровер" видели на дороге в Эдинбург. К границе. А, значит, и к Нью-Кастлу.

   - Одного за другим, да? - она припечатывает его взглядом, точно он прогулял уроки. И тут же, вслед за этим, выиграл кубок школы.

   - Одного за другим, Минни. И я... мы утопим их в их собственной крови.

   - Нью-Кастл? Это значит...

   - Да. То и значит. Что ты там говорила про варёную картошку?

   Женщина откладывает вязание в сторону и, усмехаясь уголками губ, идёт накрывать на стол...

   "Ровер" всё ещё стоит поперёк дороги; на встречке замер грузовичок с открытой дверцей.

   - Давай, Легран, - Райс подходит к "Роверу". Эта баба - так Джои продолжает про себя называть Потрошительницу - насилу выползает на шоссе, обхватив себя руками. Парочка сломанных рёбер уж точно, - удовлетворённо отмечает про себя Джои. В другом состоянии допрашиваемые от них не выходили, иначе они бы не были Райс и Купером.

   Начинает накрапывать дождь. Со стороны леса, из низины, к шоссе ползут клочья тумана. "Отличная ночка, особенно для тёмных делишек", - думает Джои с юмором. Надо же, у него ещё лезет откуда-то этот юмор, будь он неладен!

   Райс помогает этой бабе дойти до грузовика и устроиться на заднем сиденье. Джои заводит мотор "Ровера", съезжает с дороги и загоняет машину за ближайшие деревья, недалеко, так, чтобы не было видно от шоссе.

   Раздолбанный грузовик издаёт такие звуки, точно вот-вот развалится на части. На руль надет идиотский чехол из искусственного меха, который когда-то был пушистым, а теперь местами вытерся до основы. А, может, просто слипся от грязи - Джои не знает, но испытывает стойкое желание содрать его к чертям собачьим и ощутить под пальцами привычный холод пластика.

   - Я совсем не думаю о том, что всего несколько часов назад взял и вот просто так завалил несколько человек, - вдруг говорит он неожиданно для самого себя. - Я даже не знаю, сколько. И почему-то меня это ни хрена не волнует.

   - Не просто так, - Райс сидит сзади, вместе с этой бабой. - Ведь я объясняла тебе. Половине тех, кто там находился, промыли мозги. С тобой могли проделать то же самое, и ты сделал бы всё, что тебе приказали. Спрыгнул с обрыва, перерезал глотку мне или даже самому себе.

   Джои мигом вспоминает то, как он стоял, как дурак, приклеившись к дверной ручке, и рассказывает об этом Райс. В зеркале заднего вида он опять встречается с ней взглядом, а потом видит, как она переглядывается с сидящей рядом ненормальной. И тут же Джои понимает, что взгляд её меняется - он даже в полутьме кабины замечает, как она вздрагивает, словно её ударило током и подаётся в сторону своей спутницы. Джои оглядывается: та сидит, сжавшись в комок и всё так же обхватив себя руками, а из уголка рта стекает струйка крови. Райс тянется и пальцами стирает эту струйку - а на лице у неё выражение понимания и даже какой-то совсем уж непривычной мягкостью. Потому Джои это и кажется непривычным - мягкость ей совсем несвойственна. Потом она быстро оглядывается по сторонам, прищурившись и силясь разглядеть хоть что-то в чернильной темноте, начинающейся сразу за стёклами машины.

   - Уолли, - наконец, тихо говорит она, обернувшись. - Ближе всего до Уолли.

   - Нет, - голос этой бабы хриплый и еле слышный. - Там пусто, Близзард. Просто никого нет и всё.

   - Но опёка действует. Чёрт, я только теперь понимаю, что это была опёка владетеля.

   - Наверное. Не знаю. Просто его там нет.

   Райс - или нет, она ведь не Райс, надо же, так странно - некоторое время думает, а потом произносит:

   - Давай на Нью-Кастл, Джои.

   Он почему-то даже не спрашивает, что будет в Нью-Кастле. Теперь что будет - то будет. Встречный поток воздуха превращает дождевые капли в размазанные по лобовому стеклу дорожки, которые со скрипом исчезают под щётками стеклоочистителей, в темноте мелькают редкие указатели, а в зеркале заднего вида проносятся осточертевшие горы, похоже, переломившие его всю и без того не слишком удавшуюся жизнь...