Вольфганг Хольбайн - Книга мёртвых

— А что ему еще остается? Он явно не тот человек, с которым я мог бы подружиться. К тому же я не вправе требовать у него, чтобы он действительно понял, что здесь происходит. На его месте я отреагировал бы так же. — Внезапно я тихонько рассмеялся. — Мне даже почти жаль этого беднягу. Думаю, если сейчас сюда заявился бы Говард в сопровождении капитана Немо, Слотер вообще сошел бы с ума.

— Немо? — Ланс нахмурился. — Ты имеешь в виду того самого Немо? Капитана «Наутилуса»? Он действительно существует?

Я кивнул.

— И корабль тоже существует?

— Я на нем плавал, — ответил я.

Ланс невозмутимо посмотрел на меня, сунул руку в карман и, достав носовой платок, начал протирать очки.

— Ну конечно, — пробормотал он. — И чему тут удивляться? Я видел настоящего динозавра, столкнулся с живыми каменными фигурами и парой призраков, пообщался с ангелом, который… — Запнувшись, он нервно сглотнул и смущенно посмотрел на меня. — Прости. Я… я не хотел… я не хотел напоминать тебе об этом.

— Ничего. — Я улыбнулся, хотя это далось мне нелегко. — Ничего страшного. Возможно, когда-то мне все равно пришлось бы говорить об этом.

— Ты любил ее, не так ли?

— Тень?

Ланс кивнул.

— Тень. Архангела Уриила.

На этот раз мне было сложно сдержать себя. Даже Коди поднял голову и изумленно посмотрел на Ланса.

— Ты… Ты знаешь, кто… — Я замолчал на полуслове.

Я сам впервые узнал настоящее имя Тени в замке Некрона, и то лишь потому, что Некрон преднамеренно упомянул его. Но раньше мне не хотелось верить в это.

— Она мне ничего не говорила, — продолжил Ланс. — Если тебя пугает именно это. Но я умею читать. И думать. — Он улыбнулся. — Архангелов всего четыре, Боб. А на Михаила или Люцифера она не очень-то похожа. Впрочем, как и на Гавриила. — Он попытался улыбнуться, но улыбка не получилась.

Я почти обрадовался тому, что в этот момент у палатки послышались чьи-то шаги. Через несколько секунд к нам присоединился Слотер. Вид у него был взволнованный. Повязка над ухом потемнела от крови, но он, похоже, даже не замечал этого.

— Пойдемте, господа, — позвал он. — Думаю, вам это будет интересно.

— А что случилось? — спросил я.

— Патруль возвращается, — с триумфом заявил Слотер. — Целый и невредимый. И с одним из ваших якобы непобедимых тамплиеров!

Отойдя от входа, он нетерпеливо замахал руками, так как ему показалось, что мы идем недостаточно быстро.

Я не вполне разделял оптимизм капитана. Если в пустыне действительно стоял отряд тамплиеров Жана Балестрано, то я с трудом представлял себе, что двое кавалеристов смогли бы победить их.

С другой стороны, преимущество солдат заключалось в эффекте неожиданности. В конце концов, тамплиер, убивший Педерсена, вряд ли рассчитывал на то, что встретит меня среди солдат, и, насколько мне известно, Соединенным Штатам Америки тамплиеры войны не объявляли. А может, их здесь было только двое или трое. Я собственными глазами видел уничтожение Драконьего Замка. Если кто-то из атаковавших его тамплиеров и выжил, то их силы наверняка были на исходе.

Но все эти игры в вопросы и ответы воспринимались мной как пустая трата времени, ибо очень скоро я сам мог узнать, в чем тут дело.

Весь отряд Слотера собрался в западной части лагеря, за исключением солдат, охранявших индейцев Иксмаля, но и они с любопытством наблюдали за приближением патруля. И только трое солдат, занявших позицию на скалах, над лагерем, не шевелились, глядя прямо перед собой и держа наготове оружие.

Остановившись, я внимательно присмотрелся к трем людям на скалах. Топот копыт стал громче, и мне даже показалось, что в темноте, по ту сторону костра, начали вырисовываться фигуры четырех всадников, — но часовые не шевелились.

— Слотер! — позвал я.

Капитан не отреагировал.

— Слотер! — Я крикнул так громко, что двое кавалеристов повернулись и, нахмурившись, уставились на меня. — Что-то тут не так.

Но даже если бы Слотер и прислушался к моему предупреждению — а он этого не сделал, — было уже слишком поздно.

Всадники приблизились. Они ехали не галопом, но все же очень быстро, поэтому пленник, шедший между ними, должен был передвигаться с большой скоростью, чтобы не упасть на землю. Он был связан лассо, так что всадники фактически тащили его за собой. Они не стали замедлять ход даже тогда, когда подъехали поближе, и солдаты Слотера, сбежавшиеся посмотреть на происходящее, расступились, давая им дорогу.

Но и в этот момент часовые на скалах не шевельнулись.

Все произошло настолько быстро, что я даже не успел закричать от страха. Пленный, бежавший между четырьмя всадниками, внезапно споткнулся и упал, проехавшись по земле. Он отпустил веревку. В следующее мгновение четыре всадника открыли огонь по людям Слотера.

Это стало полной неожиданностью для всех. В воздухе прогремели четыре выстрела, и каждая пуля попала в цель. Четыре раненых солдата Слотера упали на землю, но вслед за первым последовал второй залп — и еще двое солдат упали. Остальные в панике начали разбегаться. Четыре всадника всадили шпоры в бока лошадей и направили животных на толпу. Пятый же сжимал в руках уже не веревку, а острый меч. В руках всадников тоже блеснули смертоносные лезвия, обрушившиеся на спасающихся бегством солдат.

Вновь зазвучали выстрелы, и я не сразу понял, что сейчас в солдат стреляет не патруль, а часовые на скалах. Одна из пуль, словно злобная свинцовая пчела, прожужжала возле моего уха и вонзилась в землю. Упав, я неловко перекатился на бок, а затем, пытаясь встать, ударился носом, ибо совершенно забыл о том, что ноги у меня скованы. Эта неудача спасла мне жизнь, так как следующий выстрел оказался более метким — пуля пролетела там, где находилась бы моя голова, если бы я встал. Поспешно повернувшись, я на четвереньках отполз в сторону и укрылся за палаткой, лишь после этого осмелившись встать. Увиденное ледяной хваткой ужаса парализовало мою душу.

С начала сражения не прошло и полминуты, но стоянка уже превратилась в настоящее поле боя. Четыре тамплиера спешились и, прекратив стрелять из винтовок, обнажили мечи и набросились на солдат Слотера. Это было странное зрелище: вооруженные до зубов солдаты, которых никто из нас не осмелился бы назвать трусами или слабаками, не имели ни единого шанса в бою с тамплиерами. Если кто-нибудь думает, что огнестрельное оружие более эффективно, чем меч, то он просто никогда не видел, на что способен клинок в руках человека, который действительно умеет с ним обращаться. Следует также учитывать внезапность предпринятой тамплиерами атаки. Как, впрочем, и тот факт, что миссия рыцарей была самоубийственной.