Вольфганг Хольбайн - Книга мёртвых

— Конечно, они уже не ходят в своих исторических костюмах, — продолжил я. — Они надевают их лишь тогда, когда собираются на тайные встречи.

«Или когда идут в бой», — мысленно добавил я, но из соображений безопасности не стал этого говорить. Если бы я попытался рассказать Слотеру о Некроне и Драконьем Замке, он отправил бы меня в сумасшедший дом. Ну, или убил бы на месте.

— И что? — спросил Слотер, когда я замолчал.

— Я и сам этого не понимаю, — сказал я. — Я неплохо знаю этих людей, но всегда считал, что мы… ну, по меньшей мере союзники, если не друзья.

Произнеся эти слова, я вспомнил о том, что случилось несколько дней назад. Человек, убивший Педерсена, был уже не первым тамплиером, который пытался напасть на меня. Так же поступил и Рейно де Мезьер. Но с тех пор произошло слишком много всего, и у меня не было времени об этом подумать. Что же случилось в Париже, если тамплиеры теперь пытаются убить меня?

— Так, значит, это все, что вам известно? — осведомился Слотер.

— На данный момент, капитан. Я не знаю, как этот человек попал сюда, и уж точно не могу сказать, почему он хотел убить меня. Я говорю правду.

Внимательно глядя на капитана, я осторожно потянулся к его сознанию. Не то чтобы я пытался его загипнотизировать или лишить свободы воли, нет, я лишь подтолкнул его к принятию правильного решения. Через какое-то время, когда я опустил глаза, он уже был готов поверить мне.

Но это вовсе не значило, что Слотер стал приветливее.

— Ну ладно, Крейвен, — буркнул он. — Пока что сойдемся на этом. Я и без вашей помощи выясню, что это за сумасшедшие, поверьте мне.

— Что вы имеете в виду? — оживился Коди.

— Пошлю к ним пару моих людей, — ухмыльнувшись, заявил Слотер. — Возможно, тут в округе шляются еще несколько таких… вымерших тамплиеров. Этот безумец говорил во множественном числе, помните?

— Вы хотите выслать патруль? — испугался я. — Прошу вас, не делайте этого, капитан.

Глаза Слотера превратились в узкие щелки.

— Почему это, осмелюсь спросить, мистер Крейвен?

— Потому что тогда вы больше не увидите своих людей, капитан. Поверьте, если там действительно есть еще другие тамплиеры, вы посылаете своих людей на верную смерть.

— Вот как? — Слотер криво улыбнулся. — Что ж, звучит убедительно. Кстати, есть и другое объяснение подобному поведению. Вы боитесь, что кто-то из ваших приятелей-тамплиеров расскажет о Роберте Крейвене то, что вас не устраивает?

— Капитан, я говорю серьезно! — возмутился я. — У ваших людей нет ни единого шанса!

— Ни единого шанса в сражении с горсткой безумцев в ярких тряпках и с длинными ножами? — Слотер злобно рассмеялся. — Мы говорим о кавалерии Соединенных Штатов Америки, Крейвен. Это вам не детский сад!

Ланс опять попытался вмешаться, на этот раз игнорируя угрожающие взгляды Слотера.

— Вы должны серьезно отнестись к этому предупреждению, капитан, — спокойно произнес он. — Судя по тому, что я слышал и читал о тамплиерах, они непобедимые противники.

Слотер презрительно фыркнул.

— Черт побери, профессор, выйдите отсюда и посмотрите. Перед палаткой лежит один из ваших непобедимых тамплиеров. И он, должен я вам сказать, мертв.

— Это другое дело, — возразил я. — Он явился сюда добровольно, и ваши люди держали его на прицеле. В темноте же у вас шансов не будет. Пустыня — это их стихия!

Не ответив, Слотер повернулся и молча вышел из палатки.

— Вот дурак, — прошептал Постлетвейт. — Если там действительно тамплиеры, то ему придется вступить в бой, по сравнению с которым Аламо покажется ему прогулкой.

Я ничего не сказал, но голос в моей голове нашептывал мне, что Ланс недооценивает происходящее.

Прошло около получаса с тех пор, как Слотер покинул нас, выставив у входа в палатку в четыре раза больше часовых, чем раньше. Я видел силуэты солдат сквозь тонкую парусину и время от времени слышал позвякивание металла. Я буквально физически ощущал их нервозность.

Волнение в лагере тем временем постепенно улеглось, да и здесь, в палатке, было тихо. После ухода Слотера мы не обменялись и словом. Энни и Билл сидели в углу, прижавшись друг к другу. Энни закрыла глаза и опустила голову на плечо Коди, и на мгновение я почувствовал укол глупой ревности, но это тут же прошло.

Обреченно вздохнув, я повернулся и посмотрел на Присциллу. Она по-прежнему спала, и на ее лице было все то же пугающее выражение удовлетворенности. Я почувствовал, как у меня мурашки побежали по спине. Я довольно долго сопротивлялся этой мысли, но постепенно начал бояться Присциллу, и эта боязнь неудержимо усиливалась. Конечно же, я боялся не саму девушку, а существо, в которое она превратилась. Ее разум сковывали путы черной магии, и я сомневался, что нам когда-либо удастся разорвать их.

Затем я взглянул на «Некрономикон», эту чудовищную книгу в черной обложке, лежавшую на ее груди, и невольно протянул к ней руку. Но я не закончил движение. Возможно, мне даже удалось бы взять книгу, открыть ее и сделать то, что уже давно нашептывал тонкий голосок в моем сознании. Я хотел найти в «Некрономиконе» заклинание, которое могло бы освободить Присциллу. Да, в это мгновение я даже был уверен в том, что мне удастся это сделать.

В то же время я знал, что Присцилле уже не поможешь. Вероятно, я сумел бы освободить ее разум, но что бы ни произошло потом, ситуация будет только ухудшаться. Зло нельзя победить, не породив при этом еще большего зла.

— Ты думаешь, что у тебя есть шанс помочь ей? — спросил кто-то у меня за спиной.

Подняв голову, я испуганно отдернул руку и взглянул на Постлетвейта. Сняв очки, он крутил их в руке. Ланс казался старым. Старым и уставшим.

— Помочь? — Я пожал плечами.

— Ну, когда все это закончится, — пояснил Постлетвейт и уселся напротив меня на край кровати. Затем, убрав кончиками пальцев локон со лба Присциллы, он перевел взгляд на книгу. Он так смотрел на «Некрономикон», будто видел его впервые. Впрочем, о книге Ланс говорить не стал.

— Если мы справимся со всем этим, то, возможно, смогу, — ответил я после небольшой паузы. — Однако я не уверен в том, что так и произойдет.

— А там, снаружи, и вправду тамплиеры? — внезапно спросил Ланс, и мне стало ясно, что он уже давно думает об этом. — Я имею в виду настоящих тамплиеров, а не толпу безумцев, переодевшихся в исторические костюмы, как считает Слотер.

— Это настоящие тамплиеры, Ланс. — Я покачал головой. — Боюсь, даже слишком настоящие.

— Но тогда Слотер посылает свой патруль на верную смерть, — решительно заявил Постлетвейт. — Вот идиот!