Ричел Мид - Падший ангел

Все это сидело в сознании Сета. Прошлое его возраставшего чувства ко мне смешивалось с настоящим, и я пила и то и другое.

Не просто красивая. Сексуальная. Чувственная. Богиня, каждое движение которой вызывает желание. Крохотные капельки пота на ложбинке между моими грудями. Я стою на его кухне в одной майке с надписью «Блэк Саббат». «Под майкой ни намека на нижнее белье. Интересно, что чувствует мужчина, просыпаясь рядом с такой женщиной, вольной и не знающей преград?»

В меня вливались его мысли. Их становилось все больше и больше.

Он следил за мной в магазине. Ему нравилось, как я разговаривала с покупателями. Нравилось, что я знала понемногу обо всем. Остроумные реплики, которые он придумывал для своих персонажей, срывались с моих губ без всякого труда. «Поразительно. Никогда не встречал человека, который бы говорил так в обычной жизни». Моя торговля с владельцем букинистического магазина. Харизма, возвышавшая меня в глазах тихого, стеснительного Сета. Добавлявшая и ему уверенности в себе.

Его эмоции стремительно просачивались в меня. Мне еще не доводилось ощущать ничего подобного. Конечно, я чувствовала симпатию и влечение, которое вызывала у своих жертв, но никогда не сталкивалась с такой любовью.

Да, Сет считал меня сексуальной. Ощущал желание. Однако к физическому влечению примешивались доброта и нежность. Маленькая Кейла сидит у меня на коленях, ее белокурая головка прижимается к моей груди, а я заплетаю ей косу. Мгновенная смена образа: Сет представляет себе, что у меня на коленях сидит его дочь. «Сильная и решительная с одной стороны, нежная и беззащитная — с другой». Я пьяная в его квартире. Стремление защитить меня. Он укладывает меня в кровать и несколько часов следит, как я сплю. Мои несовершенства, слабости и недостатки, не меняют его мнения обо мне. Только приближают меня к нему и усиливают его любовь…

Я пила все больше и больше и не могла остановиться.

«Почему она ни с кем не встречается?» — спрашивает Сет Коди. Коди? Да, он тоже там, на задворках сознания Сета. Воспоминание. Коди тайком учит Сета свингу. Мне они ничего не говорят, только туманно ссылаются на необходимость с кем-то встретиться. Сет, отчаянно пытающийся заставить свои ноги слушаться, чтобы получить возможность потанцевать со мной и ощутить мою близость. «Она боится, — говорит вампир. — Думает, что любовь причиняет боль».

Любовь причиняет боль.

Да, Сет любил меня. Был не просто влюблен, как думала я. Испытывал ко мне не чисто физическое влечение, которое я внушала. Это являлось чем-то большим, намного большим. Я была олицетворением всего, что он искал в женщине: чувства юмора, красоты, ума, доброты, силы, харизмы, сексуальности, сострадания… Казалось, его душа узнала мою и неосознанно потянулась к ней. Он любил меня с силой, которой я не осознавала, хотя, видит бог, старалась осознать. Я хотела этого. Хотела почувствовать, всосать в себя все, что горело у него внутри. Съесть его. Ощутить то же пламя самой.

— Джорджина!

Кто-то издалека звал меня, но я не могла оторваться от Сета. Не могла перестать впитывать его силу, силу его чувства ко мне. От поцелуя это чувство становилось еще сильнее. Его губы были нежными и жадными, голодными и требовательными. — Джорджина!

Я хотела стать с Сетом единым целым. Нуждалась в этом. Нуждалась в том, чтобы он наполнил меня… физически, умственно, духовно. Там было что-то… в нем скрывалось то, до чего я не могла дотянуться. Прятавшееся в подсознании. Что-то, что мне давно следовало понять. «Ты моя жизнь». Мне нужно было проникнуть еще глубже, докопаться до большего. Найти то, что пряталось от меня. Этот поцелуй казался спасательным тросом, соединявшим меня с чем-то большим, чем я сама, с чем-то, по чему я всегда тосковала, но никогда не знала. Я не могла остановиться. Не могла перестать целовать Сета. Не могла…

— Джорджина! Отпусти его!

Чьи-то руки грубо оттащили меня от Сета. Казалось, с моего тела сорвали кожу. Я громко вскрикнула от боли и стала бороться с тем, кто удерживал меня. Мне было необходимо узнать тайну, маячившую за этим поцелуем, полностью завершить соединение с Сетом…

Сет.

Я опустила руки и заморгала, пытаясь сконцентрироваться на окружающем. Это был реальный мир, а не сознание Сета. Я по-прежнему находилась в своей квартире. И мое тело тоже было реальным, оно перестало меняться. Я оказалась маленькой стройной женщиной с медового цвета волосами. Та девушка, которой я когда-то была, снова появилась. Будь моя воля, я никогда бы не выпустила ее наружу. Жизненная сила Сета переполняла меня.

— Джорджина, — пробормотал Хью, отпустив мои руки. — О боже, ты напугала меня.

Посмотрев в другой конец комнаты, я увидела неряшливо одетого Картера, склонившегося над Сетом.

— Господи! — Я вскочила, побежала к ним и опустилась на колени рядом с ангелом. Сет лежал на полу, его кожа была бледной, холодной и влажной. — О боже. О боже. О боже. Он?..

— Жив, — ответил мне Картер. — Но жизнь в нём еле-еле теплится.

Я погладила Сета по щеке, заросшей золотисто-рыжей щетиной, и почувствовала, что на мои глаза навернулись слезы. Его дыхание было неглубоким и прерывистым.

— Я не хотела… не хотела брать так много…

— Ты сделала то, что должна была сделать. Ты была совсем плоха и могла умереть.

— А сейчас может умереть Сет…

Картер покачал головой.

— Нет. Он не умрет. На выздоровление понадобится какое-то время, но он справится.

Я отдернула руку, испугавшись, что мое прикосновение повредит Сету. Потом обвела глазами квартиру и поняла, что она разгромлена куда сильнее, чем апартаменты Джерома. Фарфор и хрусталь разбиты вдребезги. Столы сломаны. Кресла и диван перевернуты. Покосившийся шкаф, наконец, рухнул. Обри забилась под кухонный стол и пыталась понять, что происходит. Я задумалась. Нефилимы куда-то исчезли. Что случилось? Неужели я все пропустила? Рядом разыгралась крупнейшая за последнее столетие битва сил добра и зла, а я ее даже не заметила? Да, поцелуй был хорош, но все же…

— Где… все остальные?

— Джером у твоих соседей. Пошел… э-э… компенсировать ущерб.

— Да вы что?

— Самое обычное дело. Понимаешь, битвы сверхъестественных существ тихими не бывают. Приходится кое-что стирать в памяти. Чтобы не тревожить власти.

Я проглотила слюну и неохотно задала следующий вопрос:

— А что… что стало с нефилимами?

Серые глаза Картера смотрели на меня долго и пристально.

— Знаю, знаю, — наконец, пробормотала я, уставившись в пол. — Припаять им десять лет с правом досрочного освобождения за примерное поведение нельзя. Вы их уничтожили.