Лори Хэндленд - Темная луна

Тем более что прозвучал еще один выстрел. Волки завыли снова, и от их жалобной серенады по коже побежали мурашки. 

Хотелось громко позвать Ника, но все же я крепко сжала его пистолет и уже собралась прочесать лес, как вдруг услышала чьи-то шаги. Судя по голосу, бормочущему бесконечные проклятия, ко мне приближался Ник. 

— Все понятно, ты промазал, — сказала я вместо приветствия. 

В его поднятом на меня взгляде читалось любопытство. 

— Готов поклясться, что попал. Он упал... 

Я навострила уши, когда Ник использовал это местоимение, и переспросила: 

— Он? 

— Трудно сказать. Он — или она — поднялся, а потом… — Ник щелкнул пальцами, — просто исчез. Я знаю не больше твоего. 

Все-таки я знала больше. Если Ник выстрелил в кого-то, а этот кто-то поднялся и исчез со скоростью света, готова побиться об заклад, что мы имеем дело с оборотнем. 

Но если это так, зачем ему убегать? Черт, зачем ему вообще понадобилось использовать оружие? Не очень хотелось здесь торчать, чтобы узнать наверняка. 

— Не могу поверить, что промахнулся, — пробормотал Ник.

— Бывает. 

Сначала я собиралась вернуть Нику пистолет, но потом решила, что даже без серебряных патронов он лучше, чем ничего, и запихнула ствол в карман юбки. 

— Но не со мной, — возразил Ник. 

Я не ответила. Не важно, кто стрелял, и кого — или что — преследовал Ник: у него не было подходящего снаряжения, чтобы поймать монстра. Может, он и лучший из действующих агентов ФБР, но когда сталкиваешься с вероломным ягер-зухером, оборотнем или кем-то подобным, то будешь гоняться за призраками до тех пор, пока они не решат, что ты им надоел. И тогда ты покойник. 

И что мне с ним делать? 

— Надо добраться до телефона. — Ник спрятал пистолет в кобуру. 

— Удачи, — фыркнула я. 

— Ну где-то же он должен быть. 

— Ага. За восемьдесят километров отсюда в соседнем городке. — Я поглядела на толстые стволы деревьев, неуклонно темнеющее небо и, подумав о призраках, серебре и Билли, вздрогнула. — Пора двигать. 

И как можно быстрее. 

— Пешком? — нахмурился Ник, как будто никогда так не ходил. 

— Есть другие предложения? — Я обвела руками стоянку, где догорали машины. 

— Рано или поздно кто-то появится. Или нет? 

— Конечно, появится. Через две недели, когда придет время поставки продуктов. 

— И больше никто сюда не приедет? Никто не позвонит, чтобы узнать, почему от вас ничего не слышно? 

Эдвард бы заволновался. И прыгнул на следующий рейс на запад, чтобы разузнать о случившемся. Я не хотела его приезда. Тот, кто это сделал, знал о нас больше чем достаточно. Отсюда и серебряная пуля. А еще злодеям известно, что в конце концов Эдвард сюда заявится, и, может статься, именно этого они и добиваются. 

Надо связаться с шефом без риска быть подслушанной, а если это невозможно, то хотя бы добраться до него без «хвоста». 

Я бросила взгляд на Ника. Любой из вариантов будет трудновыполним. 

— Я здесь одна, — ответила я. 

— И больше ни души? Нет ни уборщиков, ни дружелюбных отшельников? А как насчет тех боевиков из Монтаны, которыми мы постоянно занимаемся? 

— К сожалению, нет. Именно оторванность от внешнего мира и была решающим фактором при покупке этой земли. 

Тем не менее его комментарий заставил меня вспомнить, что совсем без транспортного средства мы не остались. 

— Позади загона для волков есть сарай. — Я глянула на лес. — Там у нас стоит квадроцикл. 

— И как далеко можно на нем уехать? 

— Уж точно дальше и быстрее, чем на своих двоих. 

Мне хотелось, чтобы до темноты между мной и лабораторией, бессмертными монстрами и заряженным серебряными пулями ружьем пролегло как можно больше километров. И даже чувствуя, что стрелок ушел, я не собиралась рисковать ни своей жизнью, ни жизнью Ника, опираясь на голую интуицию. 

— Есть хоть какие-то соображения насчет личности стрелка? — спросил Ник, следуя за мной через лес. 

— Список бесконечен, — намеренно сухо ответила я. Лучше показаться саркастичной, хотя я вовсе не шутила. 

— Элиза, это серьезно. 

— По взрыву я уж догадалась. 

Как отвлечь его от бесконечных вопросов и остаться в живых, пока мы ищем телефон? Ни одной идеи. 

Мне было бы проще добраться до города самой, но я не могла бросить Ника. Он понятия не имеет, с чем мы столкнулись. 

Прикинув, что вряд ли размахивающий оружием убийца будет в загоне для волков, я прошла вдоль забора. Когда один из моих волков бросился на сетку, я взвизгнула и врезалась в Ника. 

Он попытался удержать меня, но я отпрянула, чтобы подойти к волкам поближе. Вожак стаи — Хосе — стоял по другую сторону ограждения. Он был напуган, что на него не похоже. 

— Надо их выпустить, — пробормотала я. 

— С ума сошла? 

Ник схватил меня за локоть, но я вырвалась и направилась к воротам. 

— Не могу оставить их запертыми, если о них некому позаботиться. 

— Волки сами в силах о себе позаботиться. 

Возможно. Но им будет лучше на воле. 

— Отойди, — приказала я. 

Набрала код, открывающий дверь, и спустя мгновение наблюдала, как все шестеро растворяются в лесу. 

Видимую на три четверти луну закрыли плотные тучи. И хотя попасть в меня в такой полутьме было бы намного сложнее, надвигающиеся тени нервировали. Пусть луну и не видно, но от этого она никуда не девается. Как и монстры. 

Ник не отставал от меня ни на шаг, пока я мчалась по тропинке вдвое быстрее обычного. 

— Есть соображения насчет того, кто мог заложить бомбу? — спросил он. 

Основной принцип сотрудников правоохранительных органов: задавай один и тот же вопрос тысячами различных способов. 

— К нам никто не приходил кроме тебя. 

Внезапно меня осенило. Ник много времени провел снаружи, пока я была в подвале. Что он делал все это время: читал книгу или давал сообщнику инструкции, куда заложить бомбу? 

С другой стороны, зачем ему взрывать штаб ягер-зухеров, если он понятия не имел, чем мы тут занимаемся? Разве что он понял больше, чем говорит. Или хотел выдать себя за кого-то другого — прямо как я. 

Я остановилась, Ник — тоже. Он наклонил голову. 

— Клянусь, я не поджигал здание. 

— Так утверждают все безумные террористы, — возразила я. 

Губы Ника дернулись, но когда он заговорил, голос звучал спокойно. 

— Если я взорвал лабораторию, тогда кто в нас стрелял? 

— Твой сообщник? 

— Подозреваешь всех и вся, да? 

— Каждый чертов день. 

Ник придвинулся ближе, и его дыхание взлохматило мои волосы. 

— Раньше ты не была такой напряженной.