Много смертей Гарри Поттера - ShayneT

страхе за свои жизни, могли бы они быть добрее? Они бы действительно заботились о Гарри, конечно, не так сильно, как о Дадли, но хотя бы немного?

Несмотря на то, что девочка имела гораздо больше поддержки, чем Гарри когда-либо, он сказал бы наверняка, что она была глубоко неуверена в себе. Пока с них снимали мерки для новых мантий, она призналась, что её задирали за страсть к знаниям. Он не стал рассказывать ей, как ему приходилось отвечать за полученные знания, как только он начал ходить в школу. Получение оценок лучше, чем у кузена, рассматривалось не иначе как мошенничество, и скоро он усвоил, никогда не получать больше, чем тот мог бы.

Вечер настал быстрее, чем он ожидал. Хоть он и осматривался, выискивая лица в темноте, на случай, если кто-то рассматривает его сзади, он был менее обеспокоен, чем в первый раз. Первая заминка произошла, когда Грейнджеры начали настаивать, что подождут, пока семья не заберёт его. К сожалению, в «Дырявом котле» не было телефона. Гарри наконец признался, что ему надо возвращаться домой на поезде. Они ужаснулись, что ребёнок его лет вообще подумал об этом, но Поттер уверял, что у его дяди и тёти просто не было иного выбора. Насколько же он изумился, когда они настояли на том, чтобы самим подвезти его до дома. Это было тридцать минут езды: час туда и обратно для них, но они были достаточно внимательны, чтобы предложить. Гарри ощутил комок в горле от их доброты. В любой другой ситуации он, должно быть, заподозрил бы, что они хотели увезти его куда-нибудь, но, сравнивая с волшебниками, насколько это плохо?

Никто за всю его жизнь не делал для него ничего настолько доброго, по крайней мере, не имея скрытого мотива. Он поскорее забрался в машину, заметив людей, выходящих из паба. После всей проделанной работы по маскировке, последнее, что ему нужно, это закатывать сцены. В пути, он почувствовал, как защипало в носу. Он выжил в этот раз, полностью благодаря доброте незнакомцев.

Он не может и дальше полагаться на подобную удачу. У него должен быть план на самый худший случай. Надеяться на лучшее — безрассудный оптимизм.

5. Поездка

Месяц, проведённый дома, не подготовил Гарри к поездке в Хогвартс. Тётушка жалела о потраченных трёх сотнях фунтов и его походе на Косую аллею, но говорила с ним спокойно, не оставляя повода для волнений. Дурсли переселили его в неиспользуемую комнату Дадли после того, как увидели, куда было адресовано письмо. Гарри был впечатлён. Он не только получил, наконец, нормальную комнату, но и возможность читать книги при свете луны. Даже с накопленными деньгами он не смог позволить себе и половины тех книг, что Грейнджеры купили дочери. Однако он просматривал учебники по новейшей магической истории, в надежде найти информацию о войне, в которой погибли его родители. Найденное шокировало.

Было не только крайне публичное пророчество о нём, но и единодушное мнение, что Тёмный Лорд вернётся. Это придавало воодушевления его последователям, которые, в свою очередь, продолжали негромкие нападения в течение последних одиннадцати лет. Они были организованы и искренне верили, что их хозяин — единственный, кто был способен убить Гарри Поттера. Гарри вздрогнул и погладил свой живот. У него уже был шанс убедиться, что это не так, если только пророчество не означало, что только Тёмный Лорд может убить его окончательно. Но, насколько он понял, лицо на затылке и было Тёмным Лордом, и ему всё-таки не удалось убить Гарри.

Ну конечно же, клинок не был в руке Тёмного Лорда! Он лежал в руке того, кто служил ему пристанищем. И если всё было так, то, когда Тёмный Лорд возродится в своём теле, у Гарри будут большие проблемы.

Весь Магический мир ожидал, что Гарри Поттер это кто-то вроде мастера-дуэлиста, но он не понимал, как такое вообще может быть возможно. Гарри знал, что Тёмный Лорд находился в Британии, и предполагал, что тот работает над восстановлением тела. Он надеялся, что кто-нибудь… Гермиона или кто-либо ещё скажет ему настоящее имя его врага. Оно не указывалось ни в одной книге, а ему казалось правильным знать имя человека, убившего его уже дважды.

Конечно же, он постарался выучить все книги насколько это возможно, стараясь не мозолить глаза родственникам. Он не предполагал, с чем столкнется в Хогвартсе, но одно знал точно — там будут учиться дети Пожирателей смерти. Некоторые, несомненно, будут такими же задирами, с которыми Гарри сталкивался в школе; одни жертв с азартом задирали, а остальные радостно присоединялись к ним. Для Гарри школа, где ученики всё время таскали с собой оружие, казалась безумием. Он видел, насколько импульсивны его одноклассники, и он мог только гадать, насколько хуже должны быть дети волшебников. Всё же, они жили в мире, где нормальные законы не действуют. Гарри полагал, что он должен заявить себя как имеющего право.

Он даже начал понимать, почему дядя с тётей называли волшебников сектантами. Они отделяли себя от внешнего мира, держа некоторых членов в изоляции несколько месяцев в году, хранили секретность, не позволяя никому распространяться о том, что происходит в их сообществе. Не преподавая своим студентам математику, историю и другие науки, они уничтожали саму возможность покинуть сообщество. С хогвартским образованием волшебники никогда не смогли бы поступить в университет, а значит, они никогда не получили бы хорошую работу в неволшебном мире. Гарри принуждали жить среди волшебников, подчиняться их правилам и следовать по пути, которое выбрало их сообщество.

Однако, если уж они положили оружие ему в руку, он найдёт, как им распорядиться. Гарри лучше, чем кто-либо другой, знал, что бывает необходимо защищать себя. Хотя ему придётся учиться годами прежде, чем он сможет одолеть взрослого волшебника. Лучшей стратегией было бы знать и уметь больше, чем кто-либо может от него ожидать. Застав врага врасплох, можно отлично уравновесить шансы, и даже дилетант, возможно, победит тренированного бойца, выкинув что-нибудь неожиданное. Так что он учился старательнее, чем когда-либо в своей жизни. А как только он было начинал задумываться об отдыхе, рука, будто самостоятельно, ложилась на живот, а Гарри возвращался к учёбе.

Конечно, он всё ещё выполнял свою обычную работу по дому, но теперь не был загружен дополнительной для соседей. Так как стояло лето, и не было уроков, у него было время для своей учёбы. Только одно но — пользоваться палочкой вне школы воспрещалось. Грейнджеры встречались со школьным