Питер Страуб - Пропавший мальчик, пропавшая девочка

Тим выудил из кармана пиджака мобильник и набрал номер телефона в доме 55 на Гранд-стрит. Поскольку все обитатели дома были его близкими друзьями и часами торчали друг у друга в гостях, не имело значения, кто именно снимет трубку. Так и вышло: он набрал номер Вин, а ответила Мэгги Ла. Он попросил ее подняться к нему, посмотреть на ком­пьютер и перезвонить по телефону на его письмен­ном столе. Мэгги перезвонила и сообщила, что ком­пьютер вроде бы не подает признаков жизни. Вообще никаких. Умер. Он попросил Мэгги позвонить Ми­рону, соседу и компьютерному гению, и срочно вы­звать его отремонтировать компьютер, сломавшийся после того, как Мирон установил «Gotomypc.com».

А внизу, в переулке, бульдозер собирал обломки бетонных блоков и грузил их в кузов грузовика, по­степенно оседавшего все ниже. Полицейские в фор­ме, четверо мужчин в желтых костюмах космическо­го вида и детективы в спортивных куртках плотными группами стояли на заднем дворе дома Калиндара и в переулке. Сержант Полхаус наблюдал за сносом стены, взобравшись на поваленный забор Андерхиллов. К удивлению Тима, рядом с ним стоял Филип.

Позвонил Мирон и сообщил, что поднимается по лестнице дома 55 на Гранд-стрит.

— Ты настоящий друг, — сказал Тим.

— А ты все еще в отъезде, да?

— В отъезде.

— А я уже в твоей квартире, — сказал Мирон. — Так, что тут у нас... Ты уверен, что эта железяка включена в сеть?.. Хм, включена Ты запускал ту про­граммку?

— Да, — ответил Тим. — Мне очень надо вернуть­ся на последний сайт. Понимаешь, вернуться на тот сайт, где я был, когда компьютер вырубился.

— Да не переживай ты так, сейчас раздену тво­его дружка и посмотрю, что с ним

Минуты полторы Мирон орудовал отверткой и снимал с корпуса крышку.

— Так, теперь повернем его... Бог ты мой! Мэгги, ты только взгляни!

— До Тима донесся смешок Мэгги.

— А что смешного?

— Твой жесткий диск, дружище. Он расплавил­ся, что ли... Вытащить-то я его вытащу, но ему, похо­же, хана. Ух ты, горячий! Как это угораздило? Про­граммы так не действуют.

— Знаю, — проговорил Тим. — Я так сказал, что­бы ты побыстрее поднялся ко мне.

Мирон пообещал установить новый жесткий диск до завтрашнего возвращения Тима в Нью-Йорк.

— А на какой сайт ты хотел вернуться?

— Уже не важно. Завтра поболтаем, хорошо?

Тим повесил трубку и вернулся к окну. Он чув­ствовал себя потрясенным и до странности непри­частным к тому, что произошло. Марк и Люси убе­гают, едва не застигнутые штормом, как Адам и Ева. Даже в том мире, подумалось Тиму, безопасность хрупка и не достается даром. Но радость их так ис­крилась и любовь была так чиста и безгранична, что бездушный монитор удаленного компьютера не мог этого скрыть.

«Если небо красно к вечеру, моряку бояться не­чего; небо красно поутру моряку сулит тоску», — вспо­мнилось отчего-то Тиму.

Альманах «Старый фермер» пропустил третье — когда небо багровое пополудни, когда спешат куда-то прекрасные Адам и Ева в едва прикрывающих тела обрывках одежд...

Он смотрел, как бульдозер загреб ковшом и высы­пал в доверху наполненный кузов грузовика остат­ки восьмифутовой стены Джозефа Калиндара Как послушный стажер, Филип Андерхилл покорно сто­ял рядом с сержантом Полхаусом.

Тим не придержал дверь, и она громко хлопнула Филип повернул голову, чтобы одарить брата взгля­дом, каким капитан смотрит на командира взвода, опоздавшего на постановку боевой задачи.

«То, что я видел, должно остаться при мне», — по­нял Тим

Тучный рыжеволосый бульдозерист крикнул из кабины:

— Сержант! Простите, сержант, можно вас?

— Да, слушаю, — откликнулся Полхаус.

— Начинаем работать с землей? Стена больше не мешает.

— Только потихоньку, — сказал Полхаус. — Плюс мне еще нужен медэксперт. Томпсон! Возьми лопа­ту, будешь работать с бульдозером, хорошо?

Один из облаченных в желтые «скафандры» и гру­бые башмаки потрусил к сержанту.

— А вы, ребята, сразу все сюда, как только мы что-нибудь найдем, — велел Полхаус.

Он бросил на Тима непроницаемый взгляд.

— Экстренные новости. — Он казался полностью ушедшим в себя, будто некое существо, укрывшее­ся собственными крыльями. — Ллойд-Джонс само­устранился. — Ярость окружала его, как красный туман. — Вышел из игры.

— О нет! — вырвалось у Тима.

По удовлетворенно-мрачной ухмылке Филипа он понял, что брат уже в курсе.

— Примерно час назад Ллойд-Джонс покончил с собой в камере. Разорвал пополам рубашку, обмо­тал один конец вокруг шеи, другой привязал к ре­шетке и скатился с кровати. Казалось бы, так ничего не выйдет, — ан нет, получилось.

— Легко отделался, ублюдок, — прошипел Филип.

— Наверное, понял, что ваш брат не собирается писать о нем книгу, — сказал Полхаус.

Бульдозер фыркнул и резко остановился, качнув­шись на гусеницах. Томпсон, пятившийся перед ма­шиной по мере того, как она осторожно снимала тон­кий слой грунта, закричал:

— Сержант! Один есть!

Все трое, сойдя с поваленного забора, вышли в пе­реулок. Офицер Томпсон провел лезвием лопаты по­перек полоски земли, затем нагнулся. Действуя ру­кой, одетой в «космическую» перчатку, он обнажил из-под земли зеленовато-серую человеческую кисть, следом — предплечье в рукаве когда-то белой ру­башки.

— Это не Марк... — проговорил Филип.

Полхаус махнул им рукой, чтоб уходили. Братья вернулись на участок Филипа и наблюдали за тем, как первая юная жертва начала путешествие наверх, к белому свету.

Примечания

1

«Смитсониан» — ежемесячный научно-популярный х<ур-нал США. Издается в Вашингтоне Смитсоновским институтом (Smithsonian Institution). (Здесь и далее прим. перев.)

2

Сеть кофеен корпорации «Starbucks».

3

От «independent» — общее название для небольших студий грамзаписи, которые записывают альтернативную рок-музыку или джаз, неинтересную по коммерческим соображениям главным (major) студиям.

4

«If you stand still, the pigeons will perch on your shoulder» — английская поговорка: «Если ты будешь стоять спокойно, то голуби сядут тебе на плечо».

5

Питер Страуб возвращается к событиям своего романа «Коко».

6

Игра слов: английское «shoot» — можно употребить в значении «снимать» кино или же «стрелять».

7

Газированный напиток из корнеплодов с добавлением сахара, мускатного масла, аниса, экстракта американского лавра и др. Рецепт составлен в конце XIX в. филадельфийским аптекарем Ч. Хайрсом, впервые представлен публике на Филадельфийской выставке столетия США (International Centennial Exposition) в 1876 году.